Я беспокоюсь за тебя

      На часах 8:00. В Минске наступило очередное утро. На улице уже во всю пели птицы, без конца сигналили машины, громко, но неразборчиво разговаривали люди. Ильдар лежал на своей мягкой, уютной кровати и смотрел в потолок. Глаза ещё не полностью открылись, и мужчина был бы не против поспать лишний час, но, запланированные на сегодня дела, ему, к сожалению, этого не позволяли. Если быть точнее, то сегодня Ильдар снова договорился снять очередное совместное видео с Женей, который мог явиться с минуты на минуты, так что времени на валяния не оставалось совсем.       Потянувшись и протерев глаза, Ильдар, с небольшим трудом встал с кровати и направился в ванную умываться. Холодная вода, касавшаяся светлой нежной кожи лица, явно помогла Приятному полностью проснуться и мыслить адекватно. Не медля, Ильдар прошёл на кухню и поставил чайник греться, а сам полез в шкафчик в поисках чего-нибудь вкусненького, что хорошо бы подошло к горячему чёрному чаю. Найдя где-то в глубине неоткрытую упаковку овсяного печенья, мужчина достал её и поставил на стол возле двух беленьких чашек. Не успел он уйти куда-то глубоко в свои никому неизвестные мысли, как услышал громкий настойчивый звонок в дверь.       — «О, вот и Женёк походу», — проговорил про себя Ильдар и поспешно направился к двери. Заглянув в глазок и убедившись, что это точно его приятель, белорус с широкой улыбкой открыл дверь и встретил Некого крепкими, тёплыми, дружескими объятиями.       — Хабибулька, наконец-то, думал уже не доживу, — с усмешкой сказал Женя, принимая объятия друга.       — Да ладно тебе, прошла всего лишь одна неделя, — улыбнулся Ильдар       — Для тебя может и одна неделя, но для меня - целая вечность. Ты не представляешь насколько мне скучно одному.       — Понимаю, понимаю, но ладно, давай не будем о плохом, у нас с тобой целый день впереди, оторвёмся по полной! — с уверенностью сказал Ильдар, хлопая приятеля по спине. — Пойдём на кухню, я заварил нам чай и откопал целую пачку свежего печенья. Нельзя терять времени, сейчас быстро похаваем и за работу. Послушно кивнув головой, Женёк разулся и последовал за хозяином на кухню. Мужчины в спешке проглотили по паре печений, выпили чай, который уж очень сильно понравился Жене, так как Ильдар, зная своего друга как никто другой, добавил нужное количество сахара, и поскорее уселись на стулья перед камерой, в нетерпении побыстрее снять ещё одно видео.       Съёмки прошли очень быстро и незаметно. Одна шутка за другой быстро ещё больше подняли обоим парням настроение, которое и так изначально было хорошим.       — Ну что ж, я считаю мы молодцы, теперь можно и пару каточек в КС замутить, не так ли, коллега? — с довольным выражением лица спросил Ильдар, глядя на младшего.       — Конечно, коллега, не смею отказать, — с улыбкой ответил Женя, посмотрев другу глубоко в его изумрудно-зелёные глаза, в которые можно было бы смотреть вечно и без остановки.       — Ну тогда погнали, а потом сходим в ресторан и вечером на тусу какую-нибудь, отожжём по полной.

***

      День прошёл очень насыщено, не считая того, что в ресторане не оказалось свободных мест внутри и мужчинам пришлось сидеть на улице, где к ним на протяжении всей трапезы приставала большая противная оса, которых так боится Женёк; в баре на Ильдара случайно разлили коктейль, ну а по пути домой ввалил сильный ливень, который застиг приятелей врасплох до того, как они успели добраться до дома.       — Да-а, весёлый вышел денёк, однако, — пробормотал Макаров, вытирая сырую голову полотенцем и параллельно наблюдая, как его лучший друг переодевается.       — Да ладно, ничего, главное, что теперь мы дома, в тепле и в сухой одежде, — снова улыбнувшись сказал Ильдар, вкидывая сырую одежду в стиральную машину.       Женя прошёл в зал и уселся на диван, было уже 11 часов вечера, что немного смутило парня, так как обычно после 10 он уже уезжал в гостиницу. «Блин, и как мне быть? Вся моя одежда в стирке, башка ещё не высохла, на улице ливень… Не могу же я остаться у Ильдара на ночь, я как минимум не хочу его тревожить, а спать с ним на одной кровати я точно не решусь… Хотя кто мне вообще сказал, что Ильдар пустит меня к себе на кровать, не уверен, что он испытывает то же, что и я… Наверно просто скажет мне спать на полу. Так, Женя, соберись, сейчас что-нибудь придумаем». Нервно почесав затылок, Макаров глубоко выдохнул и, собравшись с мыслями, встал с дивана и направился в ванну, в которой всё ещё находился Ильдар.       — Это… Ильдар… Я так подумал, ничего страшного, что на улице сильный дождь, я вызову такси и быстренько добегу до машины, а одежду я тебе завтра верну, обещаю, верну её в ценности и сохранности.       — Ты что, совсем свихнулся? — в недоумении спросил Приятный, смотря на младшего в недопонимании, — У тебя башка сырая, ноги, обувь - насквозь. Ты простудиться решил? Я же переживать буду, не надо так.       — Просто… Я не хочу тебя тревожить, не хочу тебе мешать, не переживай, мне же недалеко, не простужусь.       — Ты вообще не понимаешь, Жень? — уже немного повысив голос спросил Ильдар, — Чтобы заболеть много времени не надо, оставайся у меня на ночь, что в этом такого? Кровать у меня большая, мы вдвоём уместимся спокойно. Дашь своей обуви высохнуть.       — «Он только что реально предложил мне поспать вместе с ним? Не может быть… Так, нет, так нельзя. Так не должно быть, я ещё не готов, боюсь не удержаться и сказать много чего лишнего, надо уходить…», — Ильдар, пожалуйста, я сам знаю, как будет лучше для меня, я вернусь завтра и верну одежду, а также заберу свою. И не повышай на меня, пожалуйста, голос.       — Не повышать на тебя голос?! Да ты реально с дуба рухнул что ли! — уже чуть ли не крича проговорил Хабибуллин, — я как раз таки хочу для тебя как лучше, я не хочу, чтоб ты заболел, а ты ведёшь себя как маленький глупенький мальчик, который нихера не понимает! Это же элементарно заболеть с такими условиями, Женя, проснись, — со злостью прошипев, Ильдар ближе подошёл к Жене и схватил его за воротник.       — Ильдар, ты что творишь, ты нормальный вообще? Отпусти меня! — прокричал Женя, вырываясь из хватки старшего, — Просто дай мне уйти, заболею - ну и хуй с ним!       — Ты реально хочешь уйти? — от злости дрожащим голосом спросил Ильдар.       — Да, я хочу уйти, — спокойно ответил Макаров, с ненавистью глядя на мужчину.       — Ладно, ну и хер с тобой, делай что хочешь, проваливай! — белорус резко толкнул Женю, от чего тот потерял равновесие и грохнулся на пол, ударившись рукой. Младший почувствовал, как к глазам подступают слёзы, то ли от боли, то ли от сильной обиды, от того, что он толкнул его. «Да как он посмел? За что? Что я тебе такого сделал? Да, возможно я и несу бред, но тебе меня не понять, так как ты не чувствуешь того, что чувствую я к тебе. Зачем ты делаешь мне больно?» — сотни мысль пролетали в голове Жени в тот момент, он смотрел на Ильдара как в тумане, он больше не понимал, что, как, зачем и почему.       Быстро поднявшись, Макаров как будто ещё хотел сказать что-то напоследок, но почувствовав, что ещё немного и он сорвётся, парень поспешил удалиться из квартиры, громко хлопнув за собой дверью. Выбежав из квартиры, Женя уселся на лестницу и дал волю своим накипевшим эмоциям. Злость, боль, обида - всё вырывалось из него одновременно, он больше не мог сдерживать слёз. Некий пытался не шуметь, чтобы не разбудить соседей, он старательно вытирал слёзы, несильно бил кулаком по стене. Ему больше ничего не хотелось.       Ильдар сидел на холодной плитке в ванне, прислонившись к стене и смотрев в одну точку. Он не моргал, не шевелился, просто сидел и смотрел. Было понятно, что ему до нервного срыва тоже недалеко, но он сдерживал все свои слёзы. «Какой же я дебил. Какой же я мудак. Какая же я тварь в конце концов!» Ильдар схватился двумя руками за голову, нервно дыша и трясясь. «Что же я наделал, как я вообще посмел толкнуть его? Что, блять, такое на меня нашло? Я обязан извиниться, обязан найти его, иначе нашим каким либо отношениям будет конец». Приятный посмотрел на потолок и выдохнул, — Неужели ты не понимаешь, что я беспокоюсь? — проговорил он, зная, что его никто не слышит.       Поднявшись с пола, Хабибуллин побежал к входной двери, открыл её и сразу увидел сидевшего на лестничной площадке Женю.       — Жень, Женя, прости, прости пожалуйста, я не хотел, честно, ты слышишь меня? —мужчина моментально подлетел к другу, усевшись возле него и взявшись за его руки, — Я просто… просто переживаю, я беспокоюсь за тебя, неужели ты не понимаешь? Женя слегка приподнял голову, заглядывая в глаза старшего, которые тоже уже были на мокром месте.       — Ты… переживаешь? — с дрожью спросил Макаров       — Конечно, конечно переживаю, неужели непонятно? Я не хочу, чтоб ты болел, я не хочу, чтоб ты плакал, я не хочу, чтоб тебе было больно, я хочу, чтоб ты был счастлив, понимаешь?, — Ильдар медленно и нежно взял того за подборок и приподнял голову выше, вытирая большим пальцем слезу на щеке младшего, — Извини, я не хотел причинять тебе боль, извини, что толкнул тебя.       — Нет, нет, это ты прости меня. Я вёл себя как полный идиот, я сам вывел тебя из себя, я сам виноват. Не вини себя, пожалуйста, я сам нарвался, — усмехнулся Женя, уже чувствуя себя намного лучше       — Мне нравится, когда ты улыбаешься, и я рад, что вижу твои милые ямочки снова, — с умилением сказал Ильдар, поправляя причёску Жени, — Мир?       — Мир.       Ильдар крепко обнял Женю, одной рукой гладя его по голове, а другой - по спине. Женя же прижался к старшему вплотную, снова ощущая себя в безопасности. Они оба понимали какую глупость совершили, из-за какого пустяка поссорились. Но это уже в прошлом, это уже неважно, сейчас уже всё хорошо.       — Пойдём домой?, — спросил Ильдар, смотря на Женю       — Конечно, пойдём, — улыбнулся тот, вставая со ступенек и направляясь к квартире.       Зайдя внутрь, оба сразу пошли в спальню и уселись на мягкую кровать, которой им так не хватало. Ильдар осторожно коснулся руки парня, поглаживая.       — Сильно болит? Может лёд принести?       — Да нет, не надо, уже терпимо вроде, давай просто поскорее ляжем спать, — зевнув сказал Макаров, глядя на старшего милыми глазками       — Хорошо, как скажешь, мой некий парень. Оба посмеялись, наслаждаясь и питаясь счастьем друг друга.       Сняв с себя штаны и футболки, парни улеглись на кровать, накрываясь воздушным, приятным и тёплым одеялом. Ильдар придвинул младшего поближе к себе, целуя его сначала в макушку, потом в висок, в лоб, в щеку, замирая и заглядывая в красивые глаза парня, переводя свой взгляд на его светлые, слегка опухшие губы, беря его за подбородок и сладко целуя их, один раз, второй, третий, наслаждаясь каждой секундой, чувствуя как сплетаются не только их губы, но и их сердца. После нежных поцелуев, белорус прижал Макарова к своей груди, ограждая от внешнего мира, от боли, от страданий и даже от себя. От другого себя.       — Я хочу, чтоб ты навсегда запомнил то, что я беспокоюсь за тебя, беспокоюсь потому, потому что люблю, — улыбаясь шёпотом сказал старший.       — Я тоже тебя люблю, — сладким сонным голосом ответил парень, а если точнее, его парень.       Спустя пару минут оба мужчины погрузились в глубокий сон, забыв о всём произошедшем ранее и с нетерпением ждущих следующего дня, чтобы снова провести его вместе, а потом второй день, потом третий, а в итоге всю жизнь.