Ты моя?

POV Реми — Эмерсон! Эмерсоооон! Эй, соня! — я тянул этого бедолагу за ногу и орал на весь автобус. — Ремингтон, хорош орать, — возмутился Себастьян, — в холодильнике есть вода, воспользуйся! — Посоветовал он и уткнулся в маленькое зеркальце. — Оооо, — басом протянул я, — Эээм, тебя ждет ад! — со всех ног я стартанул к заветной бутылочке. — Ремии, — пробубнил в подушку Барретт. — Бубнеж, не означает пробуждение! — подняв вверх палец, сообразил я и уже был наготове вылить на него водичку. — Ремии, Ремимишечка, — продолжал бубнить Эмерсон, — мой дорогой и горячо любимый, ты пожалеешь об этом, — он еле оторвал голову от подушки. — О неет, о таком я жалеть не буду! — я уже поднес бутылку к его голове, как вдруг автобус резко затормозил и раздался визг. — Ремингтон, мать твою, Лейт! Да что ж ты блеать творишь, урод же ты недоделанный! — Муахаха, — я никак не мог сдержаться, — Эмерсон, это мать его судьба, судьба, брат! — весь автобус истошно ржал, а Эмерсон, свалившись с кровати, на корячках, пытался поймать меня за ногу. — Хорош в воздухе висеть, обезьяна! — возмущался Эм, — спускайся, или ты боишься меня, придурок? — Это была моя месть! Не будешь больше Элен зажимать, — все так же смеясь, я искал доводы. — О, наш мальчик ревнует, как это мило. А вот и буду! — Серьезно? — Я спрыгнул с верхней полки и, повалив Эмерсона на пол, стал трепать его волосы. — Еще раз тронешь её и я, — не успел я договорить, как в автобус зашла Элен. — Вы чего такого не поделили, что опять вас слышно на всю дорогу? — Элен, не вмешивайся, — Себастьян потянул её за руку и усадил на диван. — Я тебя сейчас прибью, — пытался вырваться Барретт, — что ты там говорил? Нука продолжи! Что ты там мне сделаешь? — Узнаешь! Я буду хранить тайну, — со всего маху ударил его по плечу и отпустил. — Посмотрим, посмотрим, — Эм стал тщательно разгребать свои непослушные волосы. — Эли, ты как? — я сел рядом с ней и провел по лицу рукой, — болит? — Сойдет. — Я смотрю, ты пыталась закрасить синяк? Ну честно говоря, детка, у тебя это плохо получилось, — усмехнулся я. — Да уж куда мне до тебя. Вот все хочу взять у тебя уроки по искусству макияжа, и все как то занята, да занята, — съехидничала она, — ну а если серьезно, то я думаю, у тебя и правда это лучше получится… POV Элен       Ремингтон взял меня за руку и повел к зеркалу. Помещение туалета в автобусе, конечно, не как во дворце, совершенно маленькое. Он поставил меня спиной к зеркалу и плотно прижал. — Прости, но тут по другому не получится, -смущенно произнес он, глядя на меня сверху вниз. — Реми, я знаю тебя кучу лет, делай давай уже свое дело. — Что вы там обсуждаете? — раздался голос Эмерсона. — Отвали! — и Реми закрыл дверь. — Эй, Ремингтон, открой дверь, придурок! Только тронь ее, я тебя покусаю, — ломился в дверь Эм. — Твою мать, не мешай! — после этих слов, Ремингтон взял пару заколок и заколол мою челку. — Если будет больно, можешь меня бить. Я очень постараюсь быть нежнее. — Ремингтон! Ты что там блеать несешь?! — все никак не мог угомониться Эм. — В смысле нежнее? Чем вы там занимаетесь? — Ну Эмерсон, не мешай ты ему, иначе я его тут изобью от боли! — вмешалась я, и подняв глаза на Реми увидела его легкую улыбку. — Я конечно очень много и очень часто смотрю на тебя, но никогда не замечал насколько у тебя красивые глаза, — Рем нежно наносил мне тональный крем и рассматривал моё лицо. Его темные карие глаза затягивали меня все глубже и глубже. Хоть мы и дурачимся с ним постоянно, но так близко и так долго, наши лица еще не находились вместе. Да, он постоянно смотрит на меня щенячьим взглядом, когда ему что то нужно, и это адски мило, но вот так… Я даже не могу описать это состояние, вроде бы все обычно, но ощущение какое то новое. POV Реми       Никогда не обращал внимание, что ее кожа настолько нежная. Она как лепесток пиона, тонкая, почти прозрачная и бархатистая. Она смотрела на меня широко открытыми голубыми глазами и почти не моргала. Я облокотился одной рукой на тумбу, за ее спиной, тем самым прижав ее к себе сильнее. — Прости, — шепотом произнес я, — мне так немного удобнее. — Она, не отводя взгляда, кивнула и постаралась выпрямиться и встать на носочки, чтобы я меньше наклонялся. Я закончил наносить тональный крем, но предательская рука никак не хотела отпускать ее из этого плотного плена. — Рем, — я продолжал на нее смотреть не реагируя на имя, — Реми, — тихо продолжала она, — тебе не кажется, что ты уже можешь меня отпустить. — А, да, прости, — я еле отпустил руку и она аккуратно встала на полную стопу. — Да ничего, — смущенно сказала она и повернулась к зеркалу. — Прости меня пожалуйста, — я резко и сильно обнял ее со спины, положив голову на плечо. — Это все моя вина, если бы я не связался с этой дурой, то ничего бы не было. — Если бы не с ней, то с другой, да и к тому же она ведь не специально. — Прости, — я сжал ее еще сильнее и уткнулся носом в шею. POV Элен       Я чувствовала на шее его горячее дыхание и мурашки начали бегать по всему телу. Реми, Рем, зачем ты так? — Реми, ну правда же, все хорошо. Синяк скоро пройдет. — Эли, моя маленькая Эли, — продолжал он. От шевеления его губ по моей шеи, мне все больше становилось не по себе. Нужно с этим что-то делать. — Реми, отпусти, мне щекотно, — наконец то придумала отмазку. Он поднял лицо, но все так же продолжал обнимать. Он прижимал меня одной рукой за талию, а другой, держась за мое плечо, прижимал за грудную клетку. Он держал меня так, будто боялся, что я убегу, хотя бежать то было и некуда, мы находились в помещении «метр на метр». — Ты очень мне дорога, я не хочу, чтобы какая-нибудь тварь испортила наши отношения. — Этого не произойдет. Друзья на века? — я улыбнулась и посмотрела ему в глаза через отражение в зеркале. — На века, — он поцеловал меня в щеку и наконец то отпустил. POV Реми       Я чувствовал, что мне так не хочется ее отпускать. Это какое то странное ощущение. Мы же и так всегда вместе, что еще мне надо? Но я хотел остаться в этом пространстве как можно дольше.       Я только начал приоткрывать дверь, как ее тут же кто то резко дернул. — Вы чего так долго? — неиствовал Эмерсон. — Красоту наводили, — отчеканил я. — Какую красоту? Там и так все в порядке с красотой. — О, как мило, спасибо Эм, — Элен приобняла Эмерсона, на что тот растянулся в улыбке. — Слышал, да? — опять ехидничал брат. — Да отстаньте вы от девчонки, ну честное слово достали ее делить целый день! — влез в разговор Себастьян, — девушек уже себе найдите наконец, пока вы Элен в клочья не разорвали. — Действительно, — пробубнила Эли, — я чувствую себя каким то трофеем. — Это все ты виноват! — тыкнул я в Эмерсона. — Я? О чем ты? Это ты все время лезешь к ней обниматься. — Да твою мать! Вам сколько лет? Напомните блин! — Вскочил Себастьян. — Ээээ, мне девятнадцать, — выстрелил Эмерсон. — Нет, ну ты точно ребенок, это риторический вопрос, — пробубнил я. — Ммм, тогда тебе, Рем, получается двадцать один. — Да ты математик прям. — Вот именно, вам не по семь лет, чтобы девчонку за косички дергать, угомонитесь, бесы, — проворчал Себ. — Спасибо, Себастьян, — Элен приобняла его, склонив голову к плечу. — И я не лезу вечно обниматься, — пробубнил я в сторону Эмерсона. — Да что ты говоришь, губы еще надуй, не забудь. — Да пошел ты, — и я кинул в него полотенце. — Так! Я вообще то по делу пришла. Сегодня в фургоне ночевать не будем! — улыбнулась Элен, — Эй, я что то не слышу радости?! — Круто, круто! — кто то из музыкантов поддержал девушку. — Хм, я думала реакция будет как то поактивнее. Ну да ладно. В общем, сейчас мы приезжаем в нужный нам город, отыгрываем концерт и едем в снятый дом на ночь. Всех все устраивает? — Ну даже если и нет, то что с того? — отреагировал я. — Правильно! А ничего с того, все равно будет так, как я говорю. — Она мило топнула ногой и вышла из автобуса. — Я что то не понял, что это такое было? — я толкнул Эмерсона в грудь. — Ты о чем? — Все о том же. Ты когда так успел к Элен прилипнуть? — В смысле? Я не понимаю. — Да твою мать, в прямом! — Да что тебя не устраивает? Она хорошая, милая, симпатичная, а я что, не мужик? Я вообще то расту, - усмехнулся парень, - и мне начинают все больше и больше нравиться девушки, чувак. Биология, ептыть. — Какая, блеать, биология?! Я тебя правильно понял, ты клинья подбивать вздумал? — А что не так то? Она мне всегда нравилась, а когда я вчера увидел, как она по твоей милости плачет, то понял, что нужно действовать. — По моей милости? Плачет? Действовать? — А ты что, ревнуешь? — ухмыльнулся он, — м, раньше я такого за тобой не замечал. Пользовался ей, как тебе угодно было. Бросила девушка? Куда идти? Ах да, есть же Элен, которая не девушка, а робот, которая всегда нашего бедного Ремушку обнимет, по головке погладит, пожалеет, сопли вытрет. Ты о ее чувствах думал когда нибудь? И да да, я вчера видел, как она сидела и вытирала слезы, после того, как твоя Ники-мики заехала ей в глаз, да уже кстати и не первый раз вижу, как она плачет после общения с тобой, просто все как то мозгов не хватало успокоить ее. И да, я собираюсь действовать на этот раз.       Я молча выслушал его, и, не поворачиваясь, вышел из автобуса. Мы остановились на обочине, вокруг почти ничего не было, даже каких нибудь кустов, только немного травы и потрескавшаяся земля, будто в пустыне находимся. Я прошел пару метров и сел на одинокий камень. Солнце жарило с дикой силой, я снял футболку и со злостью кинул ее за спину. — Рем, — за спиной я услышал голос Себастьяна, — у тебя все хорошо? — Да, все окей, — я не оборачиваясь вытянул руку и поднял большой палец. — Я не верю, — он подсел ко мне сзади. — Твое право. — Ты же знаешь, Эмерсон порой ведет себя, как маленький мальчик, это нормально для него. Он просто высказал все, что он думает, не обращай на него внимание. — Так он ведь правду сказал. Я никогда не думал о том, что чувствует Элен. Она приходила ко мне всегда, когда я ее звал. Она слушала весь тот бред, который я нес по поводу всех этих девушек. Знала каждую лично, ведь я вечно специально знакомил их с ней. — Для чего ты это делал? Зачем знакомил? — Тогда не понимал. — А теперь? — Теперь… Наверное, я просто хочу, чтобы она сказала мне стоп. — Просто стоп? — Да, просто стоп. Чтобы я просто оглянулся и увидел ее. Знаешь, Ники мне вчера сказала, что я сохну по Элен, — я ухмыльнулся произнеся это. — А это не так? — Честно. Я не знаю. Я знаю, что когда я замазывал ей синяк, мы стояли настолько близко, что я вдруг почувствовал четкое сердцебиение внутри. Раньше такого не было, вообще ни с кем. — Ремингтон, я конечно не могу залезть к тебе в душу и точно сказать, что ты чувствуешь, но могу сказать одно. Вы уже пять лет находитесь вместе, два года вы вообще не расстаетесь дольше, чем на три дня. Неужели за это время ты ни разу не хотел ее поцеловать? — Хотел, да и ни раз. — И? — Что и? И ничего. Не поцеловал. Каждый раз я задумывался о том, а надо ли это? Ведь и так все хорошо. И есть ли чувства или это просто от того, что постоянно вместе? Да и у нее периодически появлялись парни, что больше и больше наталкивало меня на мысль, что мы просто друзья. — Сказав сейчас все это, ты теперь сам то веришь, что не сохнешь по ней, как сказала Ники, что ты в нее не влюблен? — Себастьян, ты меня окончательно завел в тупик. И что с того? Что мне теперь, включить эпичную музыку и бежать к ней признаваться в любви? Ей оно надо? Да и к тому же Эмерсон, кажется, тоже влюблен в нее. — Тоже? Так ты все-таки осознаешь, что любишь ее? — Еще раз повторюсь, что с того?! Пусть малой дерзает, ему в этом больше повезет, а я не хочу терять ее навсегда. Я же все испорчу, она точно так же бросит меня как и все. — Наш Ремингтон по настоящему влюбился, — Себастьян широко улыбнулся и приобнял меня за плечи, — это же отлично, Рем. Ты когда нибудь искренне влюблялся? Хоть в одну из твоих девушек? — Ммм, — я задумался, и резко ответил, — нет. — А знаешь почему? Потому что ты все пять лет любишь лишь одну! И почему мы раньше об этом не поговорили? Давно бы уже свадьбу сыграли, — замечтался Данциг. — Ой, да отвали ты, — я толкнул его, и он повалился с камня. — Дурак ты, Лейт, крупный дурак. Я не буду лезть, ваши дела, но я бы на твоем месте не давал Эмерсону возможности занять твое место. — Да иди ты уже, — я снял кроссовок и кинул в него.