Вместе и до конца, Грейнджер.

      Последнее счастливое лето Драко и Гермионы пролетело незаметно и быстро. Они постоянно проводили время в компании друг друга, наслаждаясь проведённым временем вдвоём. Нарцисса старалась не мешать влюблённым, только лишь радовалась, что сын, наконец, счастлив. Смотря на них, она вспоминала, как они с Люциусом проводили время вместе. В свою очередь, она показала Гермионе свою оранжерею, где росли лилии — её любимые цветы. Также любила посидеть с ней в саду за чашечкой чая. Гермионе же было не просто свыкнуться с ролью миссис Малфой, но ради Драко — смогла.       Счастье не длилось долго, видимо, и у него есть срок.       Ранним, холодным, сентябрьским утром, Гермиона проснулась от того, что её сильно тошнило. Вскочив с постели, она побежала в ванную. В это время в дверном проеме появилась мужская фигура, которая незамедлительно уселась рядом с девушкой, собрав длинные и вьющиеся волосы с плеч в пучок, Драко придерживал её за лоб.       — Какой уже день это с тобой происходит? — Спросил Драко, поднимаясь с холодной плиты, следуя примеру Гермионы.       — Третий. — Раздражённо ответила девушка, умывая лицо.       — Сегодня я вызову колдомедика, он осмотрит тебя и не смей говорить, что не надо. — Проговорил парень, в голосе которого звучала твёрдость решения.

***

       — Миссис Малфой беременна! — воскликнула целительница в лимонном халате, на котором вышит герб волшебников-целителей: скрещённые волшебная палочка и кость. Помолчав с минуту, с более серьёзным видом добавила: — Этот ребёнок угроза для вашего здоровья. — Тем самым моментально стерев счастливые улыбки с лиц будущих родителей и бабушки, — Он слишком силён, его магия убьёт вас.       — Что всё это значит? — Настороженно спросил Драко, подойдя к жене и взяв её за руку.       — Вы и миссис Малфой одни из сильнейших магов, и при вашем слияние, ребёнок будет обладать такой силой, какой позавидовал бы сам Гарри Поттер. Суть в том, что ребёнок, находясь ещё в утробе матери, будет обладать взрослой магией и со временем она будет расти. Обычно, дети до четырёхлетнего возраста не обладают никакой магией, а этот, ещё всего лишь зародыш, уже оберегает себя магией. — Объяснила всю ситуацию целительница.       — Я выживу? Только ответьте честно. — Напрямую спросила Гермиона, на что и получила предельно ясный ответ:        — Нет.       Оставив на столе зелье, для уничтожения зародыша, целительница поняла, что ей тут уже ничего делать и покинула дом Малфоев.       — Ты должна убрать этого ребёнка, я не собираюсь тебя терять ради наследника. — Схватив зелье со стола, воскликнул Малфой и поднёс к девушке.       Опустив жалостливый взгляд на свой живот и погладив, пока что ровную поверхность, Гермиона поймала себя на мысли, что не сможет сделать этого. Вдруг из ниоткуда, в окно постучала сова Забини с письмом, в котором говорилось, что Джинни рожает. Благо Мерлину, сова прилетела в нужный момент и уберегла Гермиону от разговора, тем самым взбудоражив всю семью. Собравшись, они аппарировали через камин в особняк Забини.

***

      — Блейз, как ты? — Подойдя к сидящему в кресле парню, спросила Гермиона.       — Я боюсь за неё. Она там одна и меня рядом нет. А целители так вообще не впускают внутрь. — Склонив голову, с дрожью в голосе произнёс слизеринец.       — «Она хотя бы будет жива. А что я смогу сделать для неё? Этот ребёнок убьёт её. Я не смогу без неё.»  — раздумывал Драко, сидя на диване и уставившись на графин с водой.       — Всё будет хорошо. Слышишь? С ней всё будет хорошо. — Проговорила Гермиона, обнимая всхлипывающего парня.       — «Блять, почему ты всегда думаешь о других, а не о себе? Почему, ты, чёртова героиня, спасаешь всех, но не себя? Почему?! Ты не можешь оставить меня одного, после того, что мы прошли вместе.» — пронеслось в голове Драко, от мысли которой он сжал ладонь в кулак.       Сидя в гостиной, они слышали, как кричала и плакала Джинни. Больнее всего было Блейзу, который винил себя во всех страданиях жены.       Через три мучительных часа, вышла целительница и объявила, что родился здоровый мальчик. Кто-то плакал, кто-то смеялся, но это и были самые чистые и искренние эмоции.       Пройдя в спальню, Гермиона увидела Джинни, обессиленно лежащую в постели, но такую счастливую. На руках у неё лежал крохотный, раскрасневшийся от плача, комочек, посасывающий грудь матери. После увиденного, сердце девушки разбилось на части и она твёрдо решила, что родит этого ребёнка, чего бы ей это не стоило. И даже смерть её уже не пугала, ведь она отважная гриффиндорка. Не разглядывая ребёнка, можно было сказать, что он копия своего отца.

***

      Вернувшись домой к вечеру, Гермиона всё же решила объявить своё решение.       — Драко, я не буду убирать этого ребёнка, я просто не смогу.       — Ну и отлично! — со злостью в голосе ответил Малфой и аппарировал с помощью камина, оставив мать и жену дома.       — На твоём месте, я бы поступила также ради своего ребёнка. — Проговорила Нарцисса подойдя к девушке и, вытирая слёзы с лица, обняла её. Она была горда решением Гермионы, ведь во время войны обманула самого Волан-де-Морта, в первую очередь ради спасения собственного сына. — Я обещаю тебе, что буду заботиться об этом ребёнке до конца своих дней.

***

      Драко вернулся под утро, весь промокший и пьяный, пройдя к постели, улёгся и уснул.       Мы можем посчитать его поведение эгоистичным, но ведь, мы не были на его месте. Он всю жизнь любил Гермиону, и вот, когда, наконец, получил, то опять теряет, и уже навсегда. Кто захочет видеть, как на глазах умирает любимый человек? Верно, никто! Любой попытался бы спасти, так и Драко был готов отказаться от ребёнка ради неё.       Проснувшись к обеду, он не нащупал рядом жены, и в какой-то степени был рад этому. Единственно, чего ему хотелось сделать, так это принять душ и уйти куда глаза глядят. Напившись, он забыл бы про свои проблемы, хоть и временно.       Проделав всю утреннюю рутину и надев, как всегда, чёрный костюм, Драко отправился на кухню к эльфам, чтобы позавтракать там и не видеть жену. Он избегал её и разговора с ней.       Почувствовав резкий аромат мужских духов в прихожей, Гермиона поняла, где он находиться и сразу побрела на кухню, чтобы поговорить.       — Драко, нам нужно поговорить, — почти шёпотом проговорила Гермиона, сев рядом с парнем.       — О чём? — равнодушно спросил слизеринец, уставившись в окно и доедая свой завтрак.       — О нас, обо мне и… О ребёнке.       — О ребёнке?! — сорвавшись на крик, вскочил Драко и добавил: — Хорошо, давай поговорим о том, что через девять месяцев ты умрёшь, то, что твои дни сочтены. И что ты предложишь делать мне в этой ситуации? А? Я, наконец, получил тебя и опять должен потерять. Только уже навсегда.       Услышав крик хозяина, эльфы выбежал из кухни, чтобы не мешать.       — Ты думаешь, мне так легко? Я знаю, что в скором времени умру, но я умру за своего ребёнка, как Лили Поттер. Я согласилась отдать свою жизнь за него, а ты не можешь подарить мне счастливые моменты. Я тебя прошу просто быть рядом! — уже не сдерживая эмоций, кричала Гермиона, закрыв заплаканное лицо ладонями.       Опустившись рядом на колени, Драко взял её руки в свои и произнёс:        — Прости меня. Ты просто не представляешь, как мне сложно осознавать, что в скором времени я потеряю тебя.       — Так давай не будем тратить время на ссоры, а просто насладимся тем временем, которое у нас осталось.       — Хорошо. — Согласился Драко и положил голову на колени девушки.       Он не собирался так просто сдаваться, ведь она была для него всем, его маленьким миром, в котором он прятался, когда ему было плохо. Эта девушка была для него, своего рода, наркотиком. Она изменила его жизнь на 360°. В конце концов, она заставила его жить. У него был свой план, но пока, он просто собирался насладиться ею. Насытиться её присутствием. Запомнить каждый шрам, каждую родинку, каждый дюйм её тела, каждую косточку, выделявшуюся из её стройного тела. Запомнить взгляд, улыбку, ямочку на левой щеке, веснушки на носу, непослушный локон, выбивавшийся из её небрежного пучка по утрам, запах, которым пахло только лишь её тело, запах корицы, шоколада и нотки клубники. А ведь его амортенция пахла именно так. Она пахла Грейнджер. Он не сможет просто так отпустить её. И не отпустит.       — «Вместе и до конца, Грейнджер. Я обещаю тебе. Я даю слово.» — Пронеслось в голове у Драко, когда он поцеловал её в лоб. Он дал клятву ей и себе, хоть и мысленно.

***

      Пролетали дни, недели, месяцы. Время поджимало. И Драко понимал, что им осталось недолго. Её хрупкое тело с каждым месяцем принимала округлые формы, особенно в зоне живота, он видел источник её смерти и с каждым днём ненавидел всё больше, мысленно проклиная тот день, когда узнал, что она беременна. Он с каждым днём ненавидел этого ребёнка, так и не сумев притронуться к животу девушки. Гермиона хотела, чтобы он любил малыша, указывая на живот, когда он шевелился. Но слизеринец был непреклонен, так и не притронулся к нему ни разу, находя кучу отговорок.       Когда приближался девятый месяц беременности, он просыпался по утрам с мыслью о том, что в любой момент она может родить и умереть. Сама мысль о родах уже пугала его. Но с того дня, когда они говорили, он не отходил от девушки ни на минуту, находился с ней рядом вплоть до родов, считая своим долгом быть рядом в сложный момент её жизни.

***

      Июньским тёплым вечером вся семья Малфоев сидела в саду, распивая чай и заводя разговоры на различные темы. Смотря на Гермиону, парень заметил, что она чувствует себя никак обычно. Ей будто было некомфортно. Приподнимаясь со стула, Гермиона почувствовала резкую боль внизу живота и схватилась за стол, с которого потянула скатерть за собой на землю. Вся посуда посыпалась, а девушка лежала на зелёной траве, корчась от боли.       — А-а-а, я рожаю! — Прерывисто кричала девушка, сквозь слёзы и боль, пока ей помогала встать Нарцисса. И тут, его будто ударили чем-то тяжелым по голове, понимая, что конец близок, слизеринец не шевелился, стоя, как вкопанный. Их конец близок. Все эти девять месяцев она умирала на его глазах, слабея каждый день, а он убивал себя морально.       На его глазах прибыли колдомедики, которые заносили её во внутрь замка. Он слышал, как она нескончаемо кричала на протяжении пяти часов. Но парень так и не двинулся с места, лишь понимая, что не уберёг её. Драко не хотел видеть её в таком состоянии, поэтому даже не отправился попрощаться с ней, ведь он знал, что встретиться с ней скоро.       — Дружище. — Услышал он чей-то голос позади себя, не оборачиваясь и продолжая смотреть в одну точку.       — Грейнджер, она… — сказал Блейз, остановившись рядом с другом плечом к плечу и больше не сдерживая слез, добавил: — Она умерла. Умерла со словами: «присмотри за Драко, чтобы он не наделал глупостей.»       Понимая, что сейчас лучше оставить его одного, Забини сказал, что у него родился сын, которого Гермиона назвала Скорпиусом, и ушел обратно. А Драко, так и продолжал стоять. Он не плакал, не кричал, он не чувствовал ни-че-го. Только лишь опустошение, будто его душу вынули из него.

***

      Спустя 3 дня       — Ты покинула меня, бросила, даже не удосужившись спросить, хочу ли я оставаться без тебя, без твоих красивых глаз, которые смотрели на меня с любовью, без улыбки, которой ты одаривала только меня, без своих волос, которые пахли корицей, шоколадом и нотками клубники. Без всего, чем овладевала только ты одна. И никто иной. Почему, Грейнджер, почему ты забрала у меня всё, что принадлежало мне, что было моим по праву, что было моим миром, в который я проходил и забывал про все свои проблемы? Какого черта?! Зачем, блять?! Зачем?! Ведь сегодня мы могли праздновать годовщину нашей свадьбы. А судьба сыграла злую шутку.» — Говорил Драко всё вслух, всхлипывая и давясь своими слезами, и алкоголем. Он сидел на полу их спальной комнаты и рыдал. Да, вам не послышалось, он плакал навзрыд. Было ощущение, будто его лёгкие не выдержат и вот-вот выйдут наружу.       Говорят, мужчины не плачут, так вот это всё ложь, когда теряют всё, что было их смыслом жизни, они ещё как плачут. Так вот, Драко Люциус Малфой, потерял этот смысл жизни, да какой там смысл жизни, он потерял свой мир, свою Гермиону Джин Грейнджер, и плевать, что она была уже Малфой. Ему было больно, это была душевная боль, которая съедала его изнутри.       Слизеринец встал у окна, оглядев всю комнату, увидел на комоде колдографию на которой были изображены они с Гермионой, такие счастливые и весёлые в день свадьбы. Увидев этот снимок, у Драко потекли слёзы градом, как во время холодной и мрачной осени начинаются сильные дожди и облака плачут каждый день.       Подойдя к колдографии, парень всё же взял её в руки, посмотрел на неё, улыбнулся и достал из кармана пузырёк с прозрачной жидкостью.       — Я жил ради тебя, Грейнджер, и раз тебя нет рядом, тогда какой смысл продолжать эту никчемную жизнь? Я сдержу клятву, вместе и до конца, Грейнджер. — Произнёс Малфой, открыв пузырёк, и одним глотком поглотил содержимое. Расплывшись в улыбке, парень упал на пол и забылся вечным сном. Он умер счастливым, ведь должен был встретиться со своей возлюбленной, только уже в другом мире.

Наша героиня хотела спасти чужую жизнь и спасла, а наш злодей умер за свою любовь. Так и закончилась история гриффиндорки и слизеринца. Оба умерли за любимых людей. Две жизни оборвались, но плод их любви всё же остался жив.

Конец.