Те, кто помнит

      Хлоя определённо не была готова из тьмы вынырнуть на свет. В буквальном смысле этих слов.       Поэтому, стоило девушке заметить вспышку, она тут же зажмурилась — ей вполне хватало тех мельтешащих всполохов розового и зелёного.       Буржуа тяжело вздохнула, откидываясь на спинку кресла.       Стоп. Кресла?       Но девушка не успела об этом задуматься, ведь именно в этот момент зазвонил смартфон.       Наконец распахнув глаза, Буржуа обнаружила себя в своём кабинете в отцовском отеле. На губах невольно возникла ностальгическая улыбка. Ведь всё здесь было как... раньше. Открытые папки с документами, на которых красовалась вверху эмблема «Гранд Пари», вечно открытый ноутбук в лазурных тонах, их общая фотография с Зои...       В горле встал ком, который никак не удавалось сглотнуть. Буржуа насилу заставила себя отвести взгляд от изображения, где сводные сёстры весело улыбались. О, она помнила эту фотографию — это был вечер встречи выпускников в коллеже, через десять минут после этого Буржуа вместе с Маринетт съехала на санках по лестнице.       — Боже, как это было давно... — едва прошептала Хлоя.       И невольно вздрогнула — звонившего не останавливало то, что дочь мэра не отвечала, и из телефона вновь раздался в округе последний хит Стоуна. Бегло взглянув на экран, Хлоя удивлённо вскинула брови, увидев уже позабытый контакт.       Андреа Мартен. Её помощница, которая была в...       Буржуа поспешила снять трубку и на ощупь достала из ящика свой ежедневник, боясь вспугнуть догадку, которая вертелась у неё в голове.       — Да, Андреа.       — Добрый день, мадемуазель Буржуа, — казалось, что девушка на том конце телефона облегчённо выдохнула. — Я звонила напомнить, что сегодня вам доставят маску и наряд, который подобрала ваша мать для Бриллиантового Бала.       — Контроль, контроль, всегда контроль, — пробормотала Хлоя.       — Также я знаю, что у вас планы на вторую половину дня, но Лилит сказала, что мадам Одри хочет поужинать в семейном кругу сегодня в отеле, поэтому...       — Хорошо, Андреа, я поняла, спасибо, — усмехнулась Буржуа. — И да, даю тебе сегодня выходной — разрешаю не отвечать на звонки. Даже мои или Лилит. Этой демонице не повредит небольшая встряска, как считаешь?       — Боюсь, что в этом случае ваша мать найдёт на её место другую... демоницу, мадемуазель, — позволила себе усмехнуться Мартен. — Но, как только я закончу сегодня со своими обязанностями, обещаю — я именно так и поступлю.       — Мы же сможем пополнить список гостей в случае чего, да? — само собой вырвалось у Буржуа.       — Конечно, в любое время, — отозвалась секретарь. — Просто отправьте мне сообщение, и я всем займусь лично. Ни у кого даже вопросов не возникнет.       Стук в дверь заставил Хлою встрепенуться и оторвать глаза от ежедневника, чтобы взглянуть на посетителя. В приоткрывшуюся щёлочку заглянуло до боли знакомое лицо.       — Отлично, спасибо, Андреа... — выдавила из себя Хлоя, на ощупь отключив вызов и встав из-за стола.       Такие же, как у неё, голубые глаза, светлые волосы с традиционно крашеной прядью сегодня были собраны в небрежный пучок, белая блузка, чёрные потёртые джинсы... Буржуа уже и не думала, что ей вновь представится шанс увидеться с сестрой. Жуткий лабиринт не считается — там был лишь жалкий фантом.       — Эй, я уже вернулась! Эм... Хлоя? — весёлая улыбка пропала с лица Зои, стоило ей лишь зайти в кабинет.       Старшая сестра не на шутку напрягла младшую. Буржуа застыла на месте, бледная, не смея вымолвить и слова.       — Ты будто призрака увидела, — продолжила Зои, пройдя ближе к сестре. Она осторожным движением коснулась лба Хлои, словно проверяя температуру. — Ты в порядке? Что успело случиться? Мама ведь только вечером приедет. Или кто-то уже успел взорвать какой-нибудь номер?       — Всё... — Буржуа даже не поняла, когда её голос успел охрипнуть. Прокашлявшись, девушка более уверенно произнесла: — Всё в порядке. Ты даже не представляешь, в каком порядке!..       Хлоя в одно мгновение крепко обняла сестру, после чего так же резко отстранилась. Зои удивлённым взглядом наблюдала за тем, как Буржуа, бросив довольный взгляд в календарь, ловкими движениями захлопнула несколько папок и спрятала их в стол.       — Ужин вечером с девочками в силе? — осторожно поинтересовалась Ли.       — Разве может быть иначе? — весело ухмыльнулась Хлоя, наспех выключая ноутбук. — Прогуляемся? Ты же свободна?       Сердце девушки пустилось вскачь, не желая утихать.       На подобный расклад она даже не рассчитывала. Все складывалось как нельзя удачно...

***

      Улицы Парижа встретили их тёплым вечером. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая крыши домов в золотистые оттенки. Хлоя шла медленно, наслаждаясь каждым мгновением — возможностью просто идти рядом с сестрой, слушать её голос, смотреть, как та беззаботно улыбается. В той реальности, в лабиринте, она думала, что никогда больше этого не увидит.       Сёстры свернули к набережной, и Зои начала рассказывать о какой-то смешной ситуации с новым режиссёром, приехавшим по обмену опытом, когда в кармане Хлои зазвонил телефон.       — Извини, — Буржуа достала смартфон и, увидев имя на экране, замерла.       Адриан Агрест.       — Я на секунду, — сказала она Зои, отходя на пару шагов к парапету. Ли понимающе кивнула и отвернулась, делая вид, что рассматривает проплывающие по Сене суда.       Хлоя глубоко вздохнула и приняла вызов.       — Адрикинс? — она постаралась придать голосу привычную ленивую интонацию. — Если ты мне звонишь сообщить, что решил вернуться в модельный бизнес, повесь трубку сразу, пожалуйста.       — Хлоя, привет, — Агрест невесело усмехнулся, услышав такое приветствие, но оставил это без комментариев. — Ты завтра на Бриллиантовый Бал едешь?       — Разумеется, еду. Куда же я денусь от этого светского ада? — девушка хмыкнула. — А ты что, собрался прогулять? Габриэль всё равно с тобой не заговорит.       — Он заговорил. И пытается уговорить, но… как-то не хочется тащиться в этот цирк. Все эти расшаркивания и разговоры ни о чём…       — О, ну и зря, — Хлоя подалась вперёд, опираясь свободной рукой на прохладный камень парапета. — Там будет кое-кто, кого тебе стоит увидеть. Я тут диверсию устраиваю, Сезер, Лейфа и Дюпэн-Чэн туда планирую затащить... Только никому, я над этим работаю. К тому же, будет скучно — всегда сможешь сбежать со мной на балкон и пожаловаться на тяготы жизни.       — Ладно, уговорила. Буду. Но если вечер окажется таким же унылым, как в прошлом году, виновата будешь ты.       — Договорились, — легко согласилась Хлоя.       Адриан попрощался и повесил трубку. Хлоя ещё несколько секунд смотрела на потухший экран, переваривая разговор. Он не помнил. Адриан не помнил ничего. Для него она осталась просто «подругой детства Хлоей», взбалмошной и невыносимой, а не равной по силам напарницей в сражениях Тайпан.       — Всё в порядке? — спросила Зои, подходя ближе.       — В полном, — Хлоя спрятала телефон в карман и натянула улыбку. — Адрикинса клещом вытягивала на бал. Не хватало, чтобы он там один из всех нас отсутствовал.       — Ты так говоришь, будто от его присутствия что-то зависит, — удивилась Зои. — Учитывая, что он уже долгое время не снимался ни в одной рекламе...       — Возможно, и зависит. Всё же он наследник Габриэля Агреста, — Хлоя взяла сестру под руку, и они продолжили прогулку. — Пойдём, нужно успеть к ужину. И, Зои… спасибо, что ты есть.       — Странная ты сегодня, — Зои покачала головой, но улыбнулась. — Но забавная. Не меняйся.       — Не собираюсь.

***

      Ресторан, который выбрала для встречи Зои, находился в тихом переулке неподалёку от Сены. С улицы он казался неприметным — старая вывеска, приглушённый свет в окнах, никаких вычурных деталей. Но Хлоя знала, что внутри скрывается один из лучших гастрономических уголков Парижа, куда просто так не попасть без рекомендации.       Они с Зои прибыли первыми. Буржуа осмотрела зал: уютные диваны тёмно-синего бархата, столики с живыми цветами, лёгкая джазовая музыка, льющаяся из невидимых колонок. Идеальное место для «обычного» ужина.       — Ты сегодня сама не своя, — заметила Зои, когда они заняли места за столиком у окна. — Сначала обнимаешь меня, будто мы десять лет не виделись. Потом Адриана на бал вытаскиваешь. Теперь вот сидишь и сверлишь взглядом меню, хотя знаешь его наизусть.       — Просто задумалась, — отмахнулась Хлоя, откладывая карту в сторону. — Много дел накопилось.       Зои недоверчиво прищурилась, но спорить не стала. Вместо этого она взяла свой телефон и начала что-то быстро печатать, то и дело бросая взгляды на дверь.       — Ну и где они? — поинтересовалась Хлоя.       — Маринетт сказала, что задержится на пять минут. А Алья уже подъезжает.       Буржуа кивнула и сжала под столом руки в замок. Маринетт. Та самая Маринетт, которая сейчас ничего не помнила, которая смотрела на Адриана с застенчивым обожанием и благо, что хоть заикаться при нём перестала. Хлоя видела её такой в первой реальности — до того, как та стала Леди Баг, до того, как они подружились, до того, как...       — О, идут! — воскликнула Зои, помахав рукой.       Хлоя обернулась.       Маринетт Дюпэн-Чэн влетела в ресторан, чуть не зацепив плечом дверной косяк, и тут же смущённо улыбнулась, поправляя сумку на плече. Волосы собраны в растрёпанный пучок, простой, но милый свитер пастельно-розового оттенка и джинсы. За ней, чуть поодаль, шла Алья Сезер, поправляющая очки. На лице Альи застыло привычное сосредоточенное выражение успешной журналистки — но Хлоя сразу заметила в её глазах что-то другое.       Беспокойство? Напряжение? Или она просто придирается?       — Простите, я задержалась! — пропыхтела Маринетт, подходя к столику. — Заказ на торт был просто огромный, пришлось помочь папе...       — Садись уже, Дюпэн-Чэн, — усмехнулась Хлоя, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мы тебя не съедим.       — Это сомнительное заявление из твоих уст, Буржуа, — парировала Маринетт, но беззлобно, даже с улыбкой.       Она опустилась на диван рядом с Зои, а Алья села напротив, рядом с Хлоей. Та ощутила, как напряглась Сезер, но не подала виду.       Ужин начался с обычных тем — работа, планы на лето, последние сплетни. Зои с воодушевлением рассказывала о каком-то новом проекте в театре, Маринетт вставляла робкие комментарии, а Алья задавала уточняющие вопросы, временами поглядывая на Хлою. Буржуа чувствовала на себе этот взгляд — изучающий, настороженный. Будто Сезер тоже пыталась понять, что происходит.       После того как официант унёс тарелки из-под основных блюд, а Зои отошла ответить на звонок, Хлоя решила, что момент настал.       — Алья, — она повернулась к девушке, понижая голос, — ты не находишь, что сегодня всё... как-то странно?       Сезер несколько секунд смотрела на неё немигающим взглядом, а потом медленно кивнула.       — Ты про что именно?       — Про ощущение дежавю. Про то, что некоторые люди ведут себя так, будто... — Хлоя запнулась, подбирая слова, — будто мы уже проходили через это.       Маринетт, которая как раз сделала глоток воды, подняла на них недоумённый взгляд.       — О чём вы? — спросила она, переводя взгляд с одной на другую. — Какое дежавю?       — Ни о чём, — быстро ответила Буржуа, натягивая улыбку. — Просто рабочая перегрузка. У меня часто бывает в последнее время.       Маринетт, кажется, не поверила, но не стала настаивать. Она уставилась в окно, где медленно угасал закат, и её лицо приняло мечтательно-грустное выражение. Хлоя знала это выражение. Так Маринетт смотрела куда-то вдаль, когда думала об Агресте.       — Сегодня звонил Адриан, — как бы между прочим произнесла Буржуа. — Сказал, что придёт всё-таки на Бриллиантовый Бал завтра.       Маринетт вздрогнула, будто её застали за чем-то постыдным.       — Интересная информация, Хлоя, — усмехнулась Сезер, поправив очки и откинувшись на спинку своего стула. — Учитывая, что мы туда не попадём... В этом году редакция отправляет освещать мероприятие Джошуа.       — Так и быть, побуду вашей феей-крёстной, — Хлоя притворно закатила глаза, сделав глоток из своего бокала. — Приглашения вам доставят утром, я уже договорилась. И да, Алья, у тебя в пригласительном «плюс один», — поспешила прибавить она, заметив вопрос в глазах Сезер.       — А у меня? — вскинула брови Мари.       — А он тебе нужен? — Буржуа удивлённо уставилась на девушку. Та быстро отрицательно покачала головой, словно болванчик. — Вот и отлично. Повод надеть то платье, которое ты сшила месяц назад и всё никак не решалась показать.       — Откуда ты знаешь про платье? — изумилась Маринетт.       — А ты думала, у меня в отеле нет своих глаз и ушей? Купила ткань — значит, снова вернулась к своему излюбленному занятию, — Буржуа подмигнула, и та смущённо рассмеялась.       Вернулась Зои, сияющая, и подсела к Маринетт, отвлекая её продолжением рассказа о новом режиссёре. Хлоя воспользовалась моментом и повернулась к Алье, которая всё это время молчала, задумчиво вертя в руках салфетку.       — Итак?       Алья подняла на неё глаза. В них читалось что-то похожее на облегчение — будто она наконец-то нашла того, с кем можно говорить откровенно.       — Я хотела с тобой поговорить ещё до ужина. Но ты не брала трубку.       — О, ну, извини, что я хотела провести время с сестрой, которую похоронила благодаря кое-кому, — почти беззвучно проговорила Буржуа, склонившись к Алье поближе.       За столиком девушки оказались как раз по разные стороны, и Зои с Маринетт были достаточно далеко, увлечённые своим разговором, чтобы подслушать.       — Что ты помнишь? — спросила Буржуа прямо.       Алья замешкалась, бросила быстрый взгляд на Маринетт, а потом ответила:       — Всё. Всё, что было. Камни, желания, ту… последнюю реальность. И то, как мы оказались здесь. Я… — тихо сказала Сезер. — Загадала желание. Вернуть всё, как было. Чтобы никто не пострадал больше, чем уже пострадал.       Хлоя хотела ответить что-то резкое, но сдержалась. В конце концов, она сама не раз принимала импульсивные решения.       — Значит, мы в изначальной реальности. До конца осталось десять дней, — констатировала Буржуа. — Но Адриан и Мари ничего не помнят. Ты знала, что так будет?       — Догадывалась, — Алья опустила глаза. — Когда они перестали выходить на связь... Согласись, ты тоже поняла, что их не стало. Они потеряли память о том, что было после первого желания Бражника. Теперь они живут своей обычной жизнью — Леди Баг, Кот Нуар, Бражник… всё по-старому.       — А ты? — Хлоя прищурилась. — Почему ты помнишь?       — Потому что я загадывала. И… — Алья запнулась. — По-другому.       Хлоя почувствовала, как сердце кольнуло тревогой.       — «По-другому»? О чём ты?       Алья покачала головой, не отвечая. В её взгляде мелькнуло что-то обречённое, почти испуганное, но она быстро взяла себя в руки.       — Не заморачивайся. Сейчас важно другое — нам нужно вернуть Адриану и Мари память. Иначе они не смогут предотвратить то, что должно произойти. Бражник не остановится сам.       — И как мы это сделаем? — Хлоя понизила голос почти до шёпота. — Скажем им правду? Они нам не поверят.       — Зелье памяти. Оно у Маринетт в блокнотах, в том старом доме, который служит убежищем. Нужно только, чтобы она его сварила.       — Но она не будет варить зелье, если не будет знать зачем, — возразила Хлоя.       — Поэтому мы дадим ей причину. Завтра на балу. Ты, я и Феликс.       Буржуа вздохнула. План звучал рискованно, но других вариантов у них не было.       — Хорошо, — кивнула она. — Есть у меня идея по поводу бала... Завтра всё обсудим. А сейчас разворачиваемся к девчонкам, пока они ничего не заподозрили.       Сезер согласно кивнула, и они вновь включились в разговор, будто ничего не произошло. Но Хлоя чувствовала, как в груди разрастается тяжёлый ком — предчувствие того, что впереди их ждут ещё более сложные испытания.

***

      Бриллиантовый Бал был событием, которое ждали весь год. Сюда съезжались не просто сливки общества — сюда съезжалась элита элит: политики, бизнесмены, звёзды кино и музыки, наследники многомиллиардных состояний. И каждый из них стремился если не блеснуть, то хотя бы не ударить лицом в грязь.       Хлоя Буржуа презирала эти мероприятия. Но сегодня она была почти благодарна судьбе за то, что они существуют — ведь это давало ей идеальную возможность собрать всех нужных людей в одном месте.       Лимузин плавно затормозил у парадного входа Люксембургского дворца, и на мгновение Хлое показалось, что время остановилось. За тонированным стеклом она видела, как десятки других машин одна за другой подкатывали к красной ковровой дорожке, выпуская из своих недр разряженных дам и мужчин в строгих смокингах. Вспышки фотокамер слепили, сливаясь в единый пульсирующий ритм. Репортёры что-то выкрикивали, пытаясь привлечь внимание знаменитостей, и их голоса были приглушены толстым стеклом, но от этого не казались менее назойливыми.       — Ненавижу этот момент, — пробормотала Хлоя, поправляя бретельку изумрудного платья. Тонкая ткань скользила по плечу, и девушка в сотый раз пожалела, что согласилась на этот фасон. Но мать выбрала, мать настояла — и спорить с Одри Буржуа в вопросах стиля было себе дороже.       — Ты прекрасно выглядишь, — сказала Зои, сидевшая рядом. Её голос звучал спокойно, но Хлоя знала сестру достаточно хорошо, чтобы уловить в нём нотки напряжения. — Вспомни амарант и охру...       Буржуа не сдержала весёлой усмешки, стрельнув глазами в сторону Зои. Та тоже не могла скрыть своей улыбки от воспоминания об их первом совместном выходе в свет — в тот день им пришлось подобрать совершенно другие наряды, чтобы не выглядеть чучелами на светском мероприятии. Конечно, мадам Буржуа не поверила дочерям, что её помощница могла прислать нелепые костюмы, и вскоре акуманизировалась...       Лимузин качнулся в последний раз и замер. Дверца машины мгновенно распахнулась. Хлоя сделала глубокий вдох, чувствуя, как внутри всё сжимается от дурацкого предчувствия.       — Пошли, — сказала она, ступая на красную ковровую дорожку.       Ноги в изящных изумрудных туфлях на высоком каблуке коснулись мягкого ворса, и Хлоя тут же почувствовала на себе десятки взглядов. Фотографы щёлкали затворами, кто-то из гостей обернулся, чтобы рассмотреть дочь мэра Парижа. Она прошла по дорожке с той особенной грацией, которую вырабатывала годами — голова высоко поднята, плечи расправлены, улыбка застыла в идеальной полузакрытой форме.       Ли шла следом, чуть отставая, но тоже с достоинством, хотя в её походке чувствовалась меньшая уверенность. Платье цвета топлёного молока мягко струилось при каждом шаге, открывая изящные лодыжки, а синяя прядь, уложенная в замысловатую причёску, поблёскивала в свете фонарей.       — Масштаб, — тихо присвистнула Зои, когда они оказались на верхней ступени и перед ними открылся вестибюль дворца. — В прошлом году бал был не настолько помпезным.       — Это всё мама, — усмехнулась Хлоя, беря сестру под руку. — Люксембургский дворец — это вам не какой-то там отель. Здесь история.       Они вошли в вестибюль, и их сразу же окружил многоголосый гул светской беседы. Высоченные потолки с лепниной, позолоченные карнизы, огромные хрустальные люстры, отбрасывающие тысячи бликов на мраморный пол. Вдоль стен стояли бюсты философов и античных героев, чьи каменные глаза, казалось, насмешливо наблюдали за суетой. Воздух был пропитан запахом дорогих духов, шампанского и чего-то неуловимо старинного — словно сами стены дворца хранили память о королевских балах прошлых столетий.       Главный зал, куда они направились, был ещё более впечатляющим. Его переоборудовали под бальную залу на одну ночь, но сделали это с таким размахом, что любой король позавидовал бы. Оркестр из тридцати человек расположился на небольшом возвышении у дальней стены и играл что-то торжественное и мелодичное — кажется, вальс. Пары кружились в центре зала, а те, кто предпочитал наблюдать, расселись на изящных диванах и креслах, расставленных вдоль стен.       — Красиво, — выдохнула Зои, и в её голосе прозвучало искреннее восхищение. — Даже слишком красиво.       — Слишком красиво всегда подозрительно, — заметила Хлоя. — Держись рядом и не пей ничего, кроме шампанского. Ты же знаешь, на таких мероприятиях всегда найдётся тот, кто захочет подлить яду в бокал конкурентки.       — Ты параноик, — Зои улыбнулась, но шампанское взяла только после того, как сестра сама выбрала бокал для неё.       Они прошли немного вглубь зала, и тут перед ними возникла знакомая фигура — высокая, стройная, в платье цвета слоновой кости с идеальной укладкой и неизменным взглядом, который, казалось, прожигал всё вокруг.       — Хлоя, Зои, — голос Одри Буржуа был прохладным и деловым, хотя она и пыталась придать ему нотки материнской теплоты. — Вы вовремя. Я уже думала, что придётся начинать без вас.       — Добрый вечер, мама, — Хлоя приблизилась и, как того требовал этикет, коснулась губами щеки матери, стараясь не оставить следов помады. — Прекрасно выглядишь. Нью-Йорк, видимо, идёт тебе на пользу.       Одри усмехнулась — это была короткая, едва заметная усмешка, которую Хлоя научилась распознавать ещё в детстве.       — Льстишь, — коротко бросила женщина. — Но платье на тебе действительно сидит хорошо. Хотя я бы предпочла другой оттенок изумруда. Этот слишком… вызывающий.       — Слишком поздно переделывать, мама, — Буржуа пожала плечами. — К тому же я уверена, что в этом зале найдётся ещё десяток женщин в том цвете, который ты предложила. А может, и больше.       Одри недовольно поджала губы, но комментировать не стала. Вместо этого она перевела взгляд на Зои — внимательный, оценивающий. Хлоя видела, как сестра выпрямилась и расправила плечи, готовая к критике.       — А вот ты выглядишь… мило, — сказала Одри после небольшой паузы. — Скромно, но мило. Этот цвет тебе идёт.       — Спасибо, мама, — Зои вежливо улыбнулась, и Хлоя уловила в её голосе привычную нотку отчуждения, которую невозможно было скрыть.       Одри сделала вид, что не заметила.       — Я здесь ненадолго, — продолжила женщина, поправляя свои бриллиантовые серьги, которые сверкнули в свете люстр. — Через час у меня самолёт до Нью-Йорка. Премьера фильма, и я должна быть там лично.       Мэр Буржуа, который всё это время стоял чуть позади, молча кивнул. На нём был строгий тёмно-синий смокинг, а в петлице алела маленькая гвоздика. На лице застыло привычное выражение вежливого безразличия, хотя Хлоя знала, что отец тоже не в восторге от этой светской суеты.       — Мы поняли, мама, — Хлоя не стала спрашивать, о какой именно премьере идёт речь. Ей было всё равно. — Удачного полёта.       — Не вздумайте учинять скандалов, — предупредила Одри, уже направляясь к выходу. Лилит, её личная помощница, засеменила следом, что-то быстро печатая в планшете. — Я узнаю обо всём.       — Конечно, мама, — хором ответили Хлоя и Зои, и в их голосах прозвучало столько сарказма, сколько они могли позволить себе в присутствии посторонних.       Одри скрылась среди толпы, и Зои облегчённо выдохнула.       — Каждый раз одно и то же, — сказала она, поправляя причёску, выбившуюся от напряжения. — Приедет, покритикует, уедет. И мы должны быть благодарны за то, что она вообще нас заметила.       — Это обычно моя фраза, — фыркнула Хлоя, сжав руку сестры. — Сегодня не вечер для семейных разборок. Лучше скажи, ты не заметила никого из наших?       — Адриан и Нино вон там, у колонны справа, — Зои кивнула в сторону. — А Маринетт с Альей... Кажется, я видела их в вестибюле, они разговаривали с какими-то знакомыми.       Девушки пересекли зал, лавируя между группами гостей. Хлоя привычно улыбалась то одному, то другому знакомому, но не задерживалась ни с кем дольше, чем на пару фраз.       Адриан стоял, прислонившись к одной из мраморных колонн, украшенных гирляндами из живых цветов. На нём был тёмно-серый смокинг, идеально сидящий по фигуре, но весь его вид говорил о том, что он предпочёл бы быть где угодно, только не здесь.       Рядом с ним Нино вертел в руках бокал с шампанским и что-то увлечённо рассказывал, жестикулируя свободной рукой. Его смокинг был чуть более простым, без галстука, а на голове красовалась та самая кепка, которую он, казалось, не снимал даже на официальных мероприятиях.       — Адрикинс! — Хлоя подошла, не скрывая иронии. — Ты выглядишь так, будто собрался на собственные похороны. Или на казнь.       Адриан перевёл на неё усталый взгляд и криво усмехнулся.       — Спасибо, Хлоя. Ты, как всегда, умеешь поднять настроение.       — Это моя суперсила, — она пожала плечами, принимая бокал шампанского у проходящего мимо официанта. — Привет, Нино. Ты сегодня в непривычно трезвом уме.       — Так ещё не начали, — отмахнулся Лейф, поправляя кепку. — Вот когда фуршет опустеет и музыка станет погромче, тогда и поговорим. А пока я просто наслаждаюсь обществом мрачного Адриана и его коронным в последние несколько месяцев молчанием.       — Я не мрачный, — возразил Агрест, но без особого энтузиазма.       — Ты — само ожидание катастрофы, — парировала Хлоя. — Но мы тебя сейчас развлечём. Правда, Зои?       — Обещать не могу, — сестра улыбнулась, вставая рядом. — Но попробуем.       — Сначала дождёмся девчонок, — Нино кивнул в сторону входа. — О, а вот и они.       Маринетт и Алья появились в проходе почти одновременно. Дюпэн-Чэн была в небесно-голубом платье, которое очень шло к цвету её глаз, и держалась немного скованно, постоянно поправляя локоны. Хлоя заметила, как Адриан незаметно перевёл взгляд на неё и задержался на долю секунды.       Маринетт шла, слегка ссутулившись, будто пыталась стать меньше. Рядом с ней Алья, в лаконичном чёрном платье-футляре, сжимала в руках миниатюрный клатч и тоже выглядела напряжённой, хотя и умела скрывать это лучше.       — Привет, — Маринетт подошла к компании и неловко улыбнулась. — Мы не опоздали?       — Идеально, — ответила Хлоя. — Адриан только начал впадать в коматозное состояние от присутствия отца в радиусе километра, но вы пришли как раз вовремя, чтобы его реанимировать.       — Я не впадаю.       — Выглядит именно так, — Мари покачала головой, устало вздохнув. Она с каждой минутой всё больше и больше сомневалась в том, что ей действительно стоило здесь быть. Даже после того, как Дюпэн-Чэн с успехом прошла практику у Агреста-старшего. — И, признаться, я его состояние отчасти разделяю.       Адриан вскинул брови, неверяще посмотрев на подругу. Мари же поспешила отвести взгляд.       Буржуа же сделала вид, что задумалась — прищурилась, коснулась пальцами подбородка, будто решала сложную математическую задачу.       — Прошу меня простить, у меня есть кое-какие дела, — наконец сказала она. — Так что выводить их из этого прекрасного состояния будешь ты, Зои. И Маринетт, и Алья. И куда же без тебя, Нино. А мне нужно на пару слов отлучиться.       — Дела? — удивился Лейф, поднимая брови так высоко, что кепка чуть не слетела с головы. — Какие дела на балу? Тут только танцы, выпивка и сплетни.       — Очень важные, — Хлоя загадочно улыбнулась. — Но вам неинтересно будет.       — Тогда мы с девочками составим компанию ребятам, — легко согласилась Зои, беря Маринетт под руку. — Идёмте, найдём хороший столик, пока все свободные места не расхватали. Я видела вон там, у окна, несколько свободных диванов. Как раз на возвышении...       Нино, Зои и Маринетт начали медленно продвигаться к дальней стене, где было больше свободного пространства. Агрест, мрачно усмехнувшись, направился за друзьями. Алья же задержалась на секунду, схватив Хлою за запястье и отводя её в сторону, к высокой колонне, чтобы их не было слышно.       — Мы собрали почти всех, кто нужен, но толку от этого никакого, — тихо сказала она, и голос её звучал напряжённо, почти срываясь на шёпот. У неё на лбу выступили капельки пота, хотя в зале было прохладно. — Нет никакого плана...       — Если ты ничего не придумала, то это не значит, что у меня плана нет, — закатила глаза Буржуа, чуть прищурившись. Она спокойным движением освободилась от хватки. — И он довольно прост — я сделаю то, что умею лучше всего. Спровоцирую акуму.       — Что ты сделаешь? — Сезер вытаращила глаза.       — Не смотри на меня так, а напряги свою память. Что было в изначальной реальности на Бриллиантовом балу? — вскинула брови Хлоя. Не получив ответа, девушка недовольно зарычала: — Кагами Цуруги акуманизировалась. Уж не знаю из-за чего точно, но я тогда невольно приложила к этому руку... Это часть сценария, который Бражник уже написал.       — И ты хочешь повторить это?       — Хочу использовать, — поправила Буржуа. — Когда появится акума, нам с тобой выдадут талисманы. В этот раз всё будет быстрее, потому что за нами не нужно будет мотаться через пол-Парижа, а значит...       — Значит, у нас будет время поговорить с Маринетт под маской, — понимающе кивнула Алья.       — Разумеется, спасибо, что включила голову, — вздохнула Хлоя. — Ты могла бы, конечно, поговорить с ней и без маски, но по какой-то нелепой причине до сих пор этого не сделала!..       — Всё не так просто, Хлоя... — Сезер достала из своего клатча платок и провела им по своему лицу. Буржуа озадаченно нахмурилась, ожидая объяснений, но вместо этого Алья перевела взгляд за её спину, в сторону входа, и ухмыльнулась: — О, а вот ещё одна причина будущей акумы...       Хлоя обернулась — на её лице расцвела довольная улыбка. Феликс Грэм де Ванили вошёл в зал и на мгновение замер, оценивая обстановку. На нём был строгий чёрный смокинг с атласными лацканами, белоснежная рубашка и идеально завязанный галстук-бабочка. Волосы, как всегда, были уложены с безупречной аккуратностью — ни одного лишнего завитка. На губах застыла лёгкая полуулыбка, которая одновременно выражала и вежливость, и лёгкое презрение.       Он сделал несколько шагов в зал, но далеко уйти не успел. Прямо перед ним, словно из ниоткуда, выросла Кагами Цуруги — в роскошном золотистом платье с вышивкой, напоминающей восточные мотивы, и высокой причёске, украшенной маленькими шпильками с жемчугом. Платье плотно облегало её фигуру, подчёркивая изгибы, и Хлоя невольно отметила, что Кагами, кажется, специально выбрала этот наряд, чтобы привлечь внимание.       Феликс же выглядел вежливо-отстранённым и не особо старался поддерживать беседу, вместо этого сканируя взглядом помещение в поисках кого-то.       — И сама «жертва» тут как тут, — усмехнулась Сезер, наблюдая скептическим взглядом за этой картиной. — Жаль, что она не в курсе, что заранее проиграла на этом поле.       — Мне — нет, — ухмыльнулась Хлоя, скосив глаза в сторону собеседницы. — Честно говоря, Цуруги никогда мне не нравилась.       — Даже не удивлена твоему ответу, — кивнула Алья, вяло ухмыльнувшись. — Но ты хоть сегодня будь осторожнее — твоя мать ещё не уехала.       — Ты ещё не уяснила, что мне всё равно на её мнение? Если шок, то только для неё. А мне пора. Веселись, Сезер.       Буржуа обогнула колонну и, показавшись из своего укрытия, плавной походкой направилась в ту сторону, где Феликс мгновение назад отделался от Кагами, оставив Цуруги в одиночестве.       Девушка развернулась на каблуках, но чуть было не врезалась в Хлою Буржуа, которая подгадала момент просто идеально — Кагами была уже на взводе, хоть и тщательно это скрывала за напускным безразличием.       — Ауч... Цуруги, давно не виделись.       — Ты забыла сказать: «Лишь бы не виделись ещё столько же», — парировала та, не скрывая неприязни. Её обычно спокойный голос звучал звонко и резко.       — Думаю, ещё больше, — не осталась в долгу Хлоя, криво улыбнувшись.       — Смотрю, никак не намашешься крыльями? — Кагами кивнула на изумрудное платье, пытаясь задеть соперницу. Она явно намекала на то, что Хлоя любит быть в центре внимания, словно павлин, распускающий хвост.       — Ну, я хотя бы могу взмахнуть ими самостоятельно, — Хлоя сделала ещё один шаг, почти вплотную приблизившись к Цуруги. Она чувствовала запах чужих духов — сладковатых, приторных, — и это вызывало у неё лёгкую тошноту. — Вот только ты, — она ехидно фыркнула, понизив голос так, чтобы его не услышали окружающие, — никак из-под крыльев своей матери выползти не можешь. Всё ждёшь, пока она тебе дорожку проторит?       Кагами вспыхнула — её щёки залил яркий румянец, а глаза сверкнули гневом.       — Как ты смеешь… — смогла лишь выдавить Цуруги.       — Что? Говорить правду? — Буржуа невозмутимо пожала плечами, развернулась и направилась к столику с закусками, оставив соперницу в одиночестве.       Она недовольно поморщилась. Хоть Буржуа и знала, что так нужно для дела, но ей определённо не понравилось вытаскивать вновь свой «лучший» талант — доводить окружающих до бешенства.       Это была дурная привычка, которую она давным давно забросила.       Оркестр заиграл что-то более живое, и пары снова закружились в танце. Хлоя прошла мимо, чувствуя на себе взгляды, но не обращая на них внимания. У столика с шампанским и канапе она наконец позволила себе выдохнуть.       Слишком много лиц.       В зале царило оживление. Гости смеялись, обменивались любезностями, делали селфи на фоне роскошных интерьеров. Хлоя заметила, как Одри Буржуа, прежде чем уйти, успела перекинуться парой фраз с министром культуры, а потом её поглотила толпа.       И вдруг совсем рядом, буквально за спиной, раздался голос — спокойный, чуть насмешливый:       — Привет, Вредина.

***

      От столика с шампанским, за которым расположилась компания, открывался отличный вид на бальный зал. Высокие окна дворца отражали огни люстр, создавая иллюзию бесконечного пространства, а в центре, под звуки оркестра, кружились пары.       Адриан стоял чуть поодаль, прислонившись к колонне, с бокалом в руке. Он выглядел расслабленным, но внутри всё кипело. Слишком много гостей, слишком много светской болтовни — он ненавидел эти мероприятия, хотя и понимал их необходимость для поддержания имиджа. Рядом с ним Нино что-то увлечённо рассказывал, активно жестикулируя.       Зои и Маринетт сидели рядом на изящных позолоченных стульях, и их внимание было приковано к одной и той же паре.       Феликс Грэм де Ванили — в безупречном чёрном смокинге, с лёгкой полуулыбкой на губах — склонился перед Хлоей в изящном поклоне, протягивая руку. Её изумрудное платье сверкнуло в свете софитов, когда она вложила свои пальцы в его ладонь и позволила увлечь себя в центр зала.       — Хлоя же месяц назад грозилась его испепелить! — выдохнула Зои, не веря своим глазам. Она даже привстала со стула, словно это могло помочь разглядеть детали.       Оркестр заиграл вальс, и пара плавно закружилась. Хлоя двигалась с той особенной грацией, которую вырабатывала годами светских мероприятий, но сейчас в её движениях было что-то неуловимо другое — не отточенная холодность, а что-то живое, почти нежное. Феликс вёл уверенно, их руки были сцеплены, а взгляды — устремлены друг на друга.       — «Передайте организаторам, пусть горят в аду» — помню, — тихо сказала Маринетт, провожая взглядом кружащуюся пару. В её голосе звучало искреннее изумление. — Это было буквально две недели назад. Я думала, она его ненавидит.       — «Я его раскатаю» — это были её слова! — добавила Ли, поправляя выбившуюся прядь. — И вот, пожалуйста, раскатывает. Только не в том смысле, который я предполагала.       Маринетт усмехнулась, наблюдая, как Хлоя, сделав пируэт, оказалась в объятиях Феликса ещё ближе, чем мгновение назад. Ли покачала головой, пытаясь осмыслить увиденное. Нино, наконец заметивший, что подруги уставились в одну точку, тоже перевёл взгляд.       — Вот это поворот! — воскликнул он, отставляя бокал. — Буржуа и Грэм де Ванили? Я думал, они друг друга на дух не переносят.       — Видимо, переносят, — пожал плечами Адриан, тоже бросив короткий взгляд на танцующую пару. Он не выглядел ни удивлённым, ни расстроенным — скорее, просто отметил факт. — Хлоя всегда умела хранить секреты. Если у них что-то есть, она расскажет, когда сочтёт нужным.       — Ты слишком спокоен для лучшего друга, — заметил Нино.       — А что мне делать? Если она счастлива, я рад.       — Счастлива? — переспросила Зои, не отрывая взгляда от сестры. — Выглядит она… непривычно. Рядом с ним уж особенно.       — Впервые вижу, чтобы Хлоя так улыбалась, — тихо добавила Мари. — Обычно её улыбка — оружие. А сейчас… будто защита исчезла.       Нино хотел что-то сказать, но Адриан вдруг напрягся, выпрямился и отлепился от колонны. Он перестал улыбаться, и его взгляд заскользил по залу — быстрый, оценивающий.       — Что такое? — спросил Нино, заметив перемену в друге.       — Не знаю, — Адриан покачал головой. — Что-то не так. Воздух… стал другим.       — Может, кондиционеры сломались? — попытался пошутить Лейф, но шутка однозначно не удалась.       Агрест не ответил. Он продолжал сканировать зал, и его взгляд остановился на пустом стуле, где ещё недавно сидела Алья.       — А где Сезер? — спросил он, и в его голосе прозвучало напряжение.       Маринетт оглянулась, только сейчас заметив отсутствие подруги.       — Она же только что здесь была, — растерянно сказала она, вертя головой. — Разговаривала с каким-то мужчиной из своей редакции, а потом… исчезла.       — Может, пошла в дамскую комнату? — предположила Зои, но в её голосе не было уверенности.       — Алья не уходит, не предупредив, — Маринетт встала со стула, оглядывая зал. — Она всегда говорит, куда идёт. Это… странно.       — Я найду её, — сказал Адриан, делая шаг в толпу.       — Я с тобой, — Нино тоже поднялся.       — Нет, — Адриан остановил его жестом. — Оставайся с девчонками. Если что-то случится...       — Что значит «если что-то случится»? — испуганно спросила Мари.       Агрест оставил этот вопрос без ответа, скрываясь в толпе. Нино проводил его взглядом, потом повернулся к Зои и Маринетт.       Дюпэн-Чэн прикусила губу, чувствуя, как внутри разрастается тревога. В зале по-прежнему играла музыка, гости смеялись, звенели бокалы. Но в воздухе действительно висело что-то неуловимое — какое-то напряжение, которое чувствовалось кожей. Особенно героиней Парижа.       А в центре зала Хлоя и Феликс продолжали танцевать, не подозревая, что их танец стал последним спокойным мгновением этого вечера. Хлоя заметила, как Адриан отошёл от компании и направился в сторону выхода, и нахмурилась.       — Что-то не так, — тихо сказала она, не прекращая движений.       — Адриан ушёл? — уточнил Феликс, тоже бросив взгляд в ту сторону.       — Да. И я не вижу Сезер...       Феликс ничего не сказал, только крепче сжал её руку. Они замерли на мгновение, глядя друг на друга.       — Надеюсь, я не перестаралась, — прошептала Хлоя.       — Идём, — кивнул он и, не отпуская руки Буржуа, направился к выходу из танцевальной зоны.       Но не успели они сделать и нескольких шагов, как в зале погас свет. На секунду воцарилась полная темнота, а затем раздался пронзительный крик — женский, полный ужаса и боли.       И вспыхнула акума. Фиолетовый отблеск мелькнул в углу зала, и Буржуа поняла: план сработал.       Ну, ещё бы. Кагами была на грани, Бражник не упустил бы такой шанс.       В тот момент, когда они с Феликсом оказались рядом с колоннами в противоположной стороне зала и от Зои и Нино их отделяли считанные шаги, Хлоя внезапно расцепила их руки и остановилась.       — Ты чего творишь? — прошипел Грэм де Ванили, попытавшись вновь ухватить девушку, но та ловко увернулась.       — Сегодня понадобится Змея, — едва слышным голосом пояснила Хлоя, осмотревшись по сторонам. — И Лиса.       Вокруг царил настоящий хаос, хотя акума ещё не успела и шагу ступить. Страшно было представить — вспомнить — что будет, когда Кагами проявит свои свойства.       — Хлоя... — молодой человек неодобрительно покачал головой.       — Проследи, чтобы Нино с Зои благополучно выбрались.       Феликс колебался секунду, потом кивнул.       — Будь осторожна, Вредина. — Он коснулся её плеча и исчез в толпе, двигаясь против её течения.       Хлоя перевела дух и выглянула из-за колонны. В центре зала, там, где ещё мгновение назад стояла Кагами, теперь возвышалось нечто иное.       Новая акума была огромной — не менее трёх метров в высоту. Её тело состояло из тысяч осколков стекла, скреплённых красной энергией. Они переливались в свете свечей, отбрасывая причудливые тени. В том месте, где должно было быть лицо, зияла пустота — только два светящихся красных провала, напоминающих глаза. От рук отходили длинные лезвия, похожие на сабли.       — Я — Стеклянная Леди, — произнёс голос, эхом разнёсшийся по залу. — Я сделаю этот мир прозрачным. Каждый из вас станет стеклом. Хрупким, чистым, идеальным. Никакой лжи, никаких секретов. Только правда, которую можно увидеть насквозь.       Она взмахнула рукой-лезвием, и луч фиолетового света пронзил толпу. Несчастная женщина в красном платье замерла на месте, её тело охватило свечение, а затем… она превратилась в стеклянную статую. Прозрачную, хрупкую, застывшую в изящной позе.       Люди, которые покидали зал, бросились в рассыпную, толкая друг друга, падая, разбивая вдребезги стеклянные статуи тех, кто попал под луч раньше. Осколки разлетались в разные стороны, раня живых.       Кот Нуар, словно из ниоткуда, материализовался на верхнем ярусе дворца, среди старинных колонн, и его голос разнёсся по залу:       — Эй, Стекляшка! Не слишком ли много чести для простого бала? Могла бы просто попросить приглашение! Я бы тебя проводил до выхода. Бесплатно!       Стеклянная Леди повернулась к нему, и её фиолетовые глаза-провалы сверкнули гневом.       — Кот Нуар. Твои шутки — маскировка слабости. Я сделаю тебя прозрачным.       Она взмахнула рукой, и луч понёсся к верхнему ярусу. Кот ловко спрыгнул, кувыркнулся в воздухе и приземлился на люстру, раскачиваясь на ней.       В этот момент из восточного крыла выскочила Леди Баг. Она пригнулась за колонной, оценивая обстановку. Взгляд её упал на девушку, стоявшую у стены неподалёку — на Хлою Буржуа.       В голове моментально сложился пазл. Против этой Стеклянной Леди им определённо понадобятся несколько лишних минут. Воспользовавшись переполохом, Леди, зацепившись йо-йо за одну из колонн, в один прыжок оказалась рядом с Буржуа. Схватив растерявшуюся на секунду Хлою, она тут же перенесла их к свободному проходу, который скрыл их от посторонних глаз.       — Хлоя, акума слишком быстра, — Леди Баг извлекла из йо-йо Камень Чудес Змеи и вручила его Буржуа. — Если мы ошибёмся, она переработает всех в стекло. Нужен Второй Шанс, чтобы иметь возможность переиграть.       — Как скажешь, — девушка поспешила застегнуть браслет на запястье и подмигнула квами-змею, который тут же появился рядом. — Сасс, чешуя скользит!       Родная аквамариновая вспышка осветила закуток на долю секунды, являя миру Тайпан.       — Не выходи на прямой бой, держись в стороне. Активируешь по моей команде, — проинструктировала Леди Баг и сорвалась с места.       Битва началась.       Кот Нуар отвлекал акуму, прыгая с люстры на люстру, а Леди Баг тем временем пыталась найти слабое место. Тайпан замерла у колонны, сжимая браслет, готовая в любой момент повернуть время.       — Посмотри на её грудь! — крикнул Кот, заметив пульсирующий чёрный огонёк внутри стеклянной грудной клетки. — Там медальон!       — Нужно разбить стекло, — поняла Леди Баг. — Тайпан, когда я скажу, активируй Второй Шанс. Талисман Удачи!       Леди Баг, поймав в воздухе длинную ленту, ринулась вперёд. Уворачиваясь от ударов стеклянных лезвий, она молниеносно пронеслась под акумой, путая ноги той в замысловатых узлах, которыми героиня наспех обвила лодыжки противника.       — Сейчас! — крикнула Леди Баг.       Тайпан повернула браслет. Мир замер на мгновение — Стеклянная Леди начала угрожающе покачиваться, норовя вот-вот упасть. Кот Нуар, воспользовавшись этим, прыгнул прямо на неё. Катаклизм пробил стеклянную грудь, медальон упал на пол.       Леди Баг подхватила его и сломала пополам. Акума вылетела на свободу, но тут же угодила в йо-йо.       — Чудесное Исцеление! — крикнула Леди, подкинув в воздух ленту, и тысяча алых божьих коровок взмыла под потолок.       Хлоя облегчённо выдохнула и поспешила исчезнуть из зала. Хоть акума и была побеждена, предстоящий разговор казался ей неподъёмной ношей по сравнению с лёгкостью этой акумы.       Бражник сегодня даже не старался.

***

      Позже, на крыше Люксембургского дворца, трое героев стояли под звёздным небом. Ветер стих, и в тишине было слышно только далёкие сирены машин скорой помощи, спешащих к дворцу.       — Получилось, — сказала Леди Баг, протягивая кулачок.       — Получилось, — отозвались Кот и Тайпан, ударяя по нему.       — Пожалуй, покину вас, леди. Не думаю, что вы уже готовы показать мне ваши настоящие личности, — Кот Нуар усмехнулся, но улыбка была усталой.       — Поверь, Котострофа, когда узнаешь, кто я — упадёшь в обморок, — фыркнула Тайпан, скрестив руки на груди.       — Я не настолько впечатлительный, — зелёные глаза лукаво блеснули прежде, чем Нуар оттолкнулся шестом и скрылся в ночи, перепрыгивая с крыши на крышу, пока не стал маленькой точкой на фоне тёмного неба.       — Что ж... снимай трансформацию, и нам пора расходиться, — произнесла Леди Баг, стоило им остаться вдвоём. — Тяжёлый день выдался...       — Скорее, тяжёлое всё, — выдохнула Тайпан, прикрыв глаза. Яркая вспышка прокатилась волной, и на месте героини уже стояла Хлоя Буржуа, бледная, с растрёпанными волосами, но в глазах горел холодный огонь решимости. — Есть разговор, Баг. И, боюсь, он не терпит отлагательств.       — Что-то случилось?       — Столько всего, что в это поверить будет сложно. В общем...       Назойливая вибрация телефона в кармане заставила Хлою буквально зарычать от негодования. Извинившись, она с недовольным видом достала телефон и взглянула на экран.       Сообщение от Зои.       «Хлоя, где ты? Алью нашли без сознания в туалете. Она вся горит, не приходит в себя. Скорая уже здесь, мы едем в больницу. Госпиталь Валь-де-Грас.»       Хлоя поднесла телефон к глазам, перечитала сообщение ещё раз, потом ещё, отказываясь верить в прочитанное.       — Что там? — спросила Леди, видя, как побелело лицо подруги.       — Алья… — Хлоя сглотнула ком в горле. — Её нашли без сознания.       Леди Баг не нашла слов, чтобы выразить свои эмоции. Вместо этого она заметалась из стороны в сторону, мельтеша перед глазами.       — Дай мне Сасса, и... я пойду, нужно... — пробормотала Леди, внезапно остановившись перед Буржуа. — В какую больницу повезут Сезер?       — Валь-де-Грас. Для начала пообещай мне одну вещь, — сглотнула Хлоя, снимая браслет с запястья. — И не удуши меня йо-йо после следующих слов.       — Что за игры, Хлоя?       — После визита в больницу, Маринетт Дюпэн-Чэн, нам с тобой жизненно необходимо поговорить с глазу на глаз. Договорились?       — Хорошо, договорились, — закатила глаза Леди Баг, пряча браслет в йо-йо. Она уже была на краю крыши, чтобы исчезнуть на следующей. Но резко остановилась, осознав, что Буржуа назвала её имя.       Настоящее имя.