Эффект Силы

      После помывки в душе праздник жизни продолжился на широкой кровати.       Используя самые разные позы, от брачного пресса до взбития масла, он раз за разом доводил Ханну до оргазма, вскоре простыня промокла насквозь от пота, спермы, сквирта и вагинального сока.       В этот раз никто его не отвлекал, никто не торопил. Исследуя свои сексуальные возможности, он посчитал, что это весьма удобная возможность, чтобы проверить свои пределы.       Ханна, бывшая уже в нирване и полностью обессиленная, но довольная как наевшаяся сметаны кошка, просто получала удовольствие от процесса. Каждый раз, когда её молоденький любовник прижимался к ней, она вдыхала аромат его тела, пробуждая низменные фантазии. У неё не было даже возможности забеспокоиться о том, сколько это может продолжаться, напротив, она надеялась, что это продлится как можно дольше.       И, как говорится, нужно быть осторожными в своих желаниях…       …       Шестнадцать часов спустя.       Глаза Ханны были тусклы, лишь изо рта доносились еле слышимые стоны. Она валялась в мокрой, насквозь провонявшей сексом кровати, а её живот сильно вздулся, будто та приближалась к пятому месяцу беременности. Её дырочки тем временем были похожи на разверзшиеся гейзеры, истекая пузырящимся белым нектаром, и его потоку не было конца.       Тем временем щёки Винсента немного опали, и сам он выглядел уставшим, но, в отличие от партнерши, блеск в его глазах горел неугасимым пламенем. С каждой фрикцией он загонял член под самый корень, натягивая заполненную до краёв матку женщины, следом вызывая всплеск смеси соков, когда он вытаскивал со звуком, будто вода засасывается в воронку раковины.       …       Двадцать шестой час.       Ответив на очередной звонок кварианского посла, даже не вынимая из Ханны, он кончил, наверное, почти в сотый раз, но в этот раз застыл в этом положении на несколько минут.       Он устал, безбожно устал, и, несмотря на то, что основную нагрузку он перекладывал на протезы, он всё равно был готов упасть на месте. Значило ли это, что его член наконец обмяк? О нет, это было не так, это было абсолютно не так!       Сглотнув слюну, которая давно высохла, он с неверием уставился на свой агрегат, что, кончив в очередной раз, лишь ненадолго обмяк, и через десяток секунд вернулся в строй, встав колом и налившись кровью столь сильно, что на ощупь походил на камень.       - Это… невозможно… - Впервые он всерьёз усомнился тому, что сможет довести своё либидо до предела, скорее это либидо доведёт его до могилы.       Ханна, закатив глаза и широко открыв разъёбанный рот, лежала еле дыша, кое-как шевеля грудью. В прошлой жизни Корвус мог заебать фигурально, в этой же он мог заебать до смерти буквально, и он очень не хотел проверять, сколько вообще способна выдержать Ханна, хотя его член буквально требовал влажной тугой дырочки. Но, кое-как совладав с собой, он покинул горячее, влажное и очень скользкое от литров смазки и спермы влагалище любовницы.       Ступив же первый шаг на пол, он чуть не упал.       – Срочно… срочно нужно поесть. – Шатаясь, он подошёл к двери и через терминал вызвал обслугу, которая вскоре принесла еду.       Когда же пришла эта самая обслуга и открыла дверь… В нос турианке ударил ни с чем не спутываемый аромат, и столь густой, что можно было попробовать на вкус, и, разумеется, ей на глаза сразу попалось распластавшееся на кровати тело, сочащееся белой жидкостью со всех щелей, и лишь затем она увидела человека с аугментациями конечностей, обессиленно опиравшегося на стол.       - Наконец-то… я до ужаса… голоден… - Голос человеческого самца, чей детовоспроизводительный агрегат в полуэрегированном состоянии свисал почти до колен, капая всевозможной смесью на пол, устало-низко хрипел, словно был каким-то чудищем из сказок, и, соответствуя словам, во взгляде горел всепожирающий голод. Молодая турианка видела здесь всякое, но сейчас испуганно отступила…       …       Вкушая еду с подноса, Винсент чувствовал, как в тело возвращается энергия, и раз уж Сила не дала предупреждение о каких-либо ядах, то он, просто доверившись предчувствию, уплетал за обе щеки. Закончив уже второй перекус, он вернулся к кровати, на которой к Ханне прибавилось тело турианки, выставившей напоказ своё узенькое лоно меж двух очень крепких ягодиц, и вывалив свой тоненький язычок от удовольствия на целых двадцать-двадцать пять сантиметров. Винсенту открылись таланты этой расы с новой стороны…       Взявшись поудобнее за её осиную талию и стараясь слишком сильно не биться о её бронированные бёдра, он продолжил сношать незнакомку. К слову, несмотря на то, что её дырочка была очень, чрезвычайно узкой, его инструмент не порвал её, ему даже стало интересно, каковы пределы турианок…

***

      Её голова раскалывалась, а по всему телу будто пробежался табун кентавров… попутно пустив её по кругу.       – О-о-ох… - Простонав от ощущений, она перевернулась на бок не открывая глаз, желая поспать ещё, но вдруг резко опомнилась. Её изнасиловали? Нет, Ханна помнила, что госпожа Гойл взяла её на встречу с директором Репаблик Фабрикейшенс, а потом… Она начала понемногу вспоминать. И ночной клуб, точнее, его отрывки, и последующая ночь в мотеле, показавшаяся ей вечностью. Блаженной вечностью. Её рука невольно потянулась к промежности, и, просунув палец, она с ужасом осознала, что та была широко открыта, истекая соками.       Резко разлепив глаза, она тут же приподнялась с кровати и огляделась.       Двухместная кровать в минималистичном хайтек стиле, просторная комната с тремя проходами, один с прозрачной дверью, ведущей в джакузи, другая дверь, похоже, в уборную, ну и последняя, судя по всему, на выход. Глянув на прикроватные тумбы и длинный рабочий стол у стены, она не смогла понять, где оказалась, но это точно не мотель, слишком тихо, слишком убрано, и чувствовалась витающая в воздухе аура дороговизны.       К счастью, ответ на её невысказанный вопрос был дан сам собой. Дверь, как она предполагала, уборной, открылась, и показался Винсент, вытирающий свои отросшие угольные волосы.       - А, спящая красавица, ты наконец проснулась…       …       То оказалась арендованная квартира Винсента в одном из районов близ Президиума, где расположились и другие члены кварианской миссии.       Узнав детали прошедшей ночи, которая оказалась целыми сутками, и очень подробные детали, она чуть не накинулась на этого маленького ублюдка, что снова воспользовался ею, но юноша услужливо “напомнил” ей, как она просила драть её, словно одну из своих шлюх. В ужасе от того, что она по пьяни сболтнула свои влажные мечты, она захотела тут же провалиться сквозь землю. А когда тот упомянул, что она была столь пьяна (выебана), что не могла сама идти, и ему пришлось тащить её домой и самому мыть её, то она уже вставала, чтобы протаранить головой стену, но парень, подойдя и поцеловав её в щеку, свёл на нет весь импульс.       - Ты была бесподобна. В следующий раз давай сделаем это чуть более трезвыми. Самую чуточку. – Он подмигнул и вновь поцеловал, но уже в обнаженную шею.       - Т-ты помнишь… что обещал? – И всё же Ханна заставила себя вспомнить о миссии, но Винсент не высказал никаких претензий.       - Помню, и собираюсь выполнить обещание. – Отодвинувшись и заварив им кофе, он сел напротив за стол. – Ввиду того, что я не могу раскрыть деталей её миссии без угрозы для своей и её жизни, я все же могу рассказать, что она жива и в порядке. Также я знаю, что весьма скоро, думаю, в течение месяца-двух она сама объявится и, надеюсь, утрясёт дела с Альянсом. – Он рассказывал ей точно выверенную дозу информации, и, конечно…       Шепард, накрыв его ладонью своей, сказала:       – Если те, кто удерживают Кали, угрожают тебе, то Альянс всегда готов позаботиться о тебе… - Конечно, она попыталась вытянуть больше информации, вызвав у юноши лишь улыбку.       - Те, кто её удерживает, хоть и не святые, но борются за правое дело. Подвести их я не могу.       - Эти слова… очень похожи на «Цербер»… Погоди, ты же не связался с этими… - Она вспомнила реакцию Винсента на турианца в ночном клубе, и, казалось бы, юноша не терпит расистов, но вдруг это было обусловлено лишь тем, что тот пьянчуга был ксеносом?       - Пф-фха-ха-ха… - Чуть хрипло человек рассмеялся и покачал головой. – «Цербер» в моём списке занимают почётное первое место. Они мне кто угодно, но не друзья, не союзники, и точно не приятели, и, уж поверь, не работодатели. Я был бы первым, кто подошёл бы вбить гвоздь в их гроб.       - Ладно… я тебе верю. – Она посмотрела на дно кружки. Если кто из командования Альянса и знал о том, что Винсент — это Сфинкс, то точно не собирался предоставлять эту информацию кому-то вроде Ханны. Сама же она, подумав над словами, согласилась, что его слова звучали скорее правдой, чем ложью или увиливанием. – Что ж, теперь, когда моя миссия выполнена, я полагаю, на этом наша интрижка окончена. – Стараясь придать голосу веселья, она улыбнулась и приосанилась, внешне радуясь.       Юноша, отодвинув кружку и локтями опершись о стол, положил подбородок на ладони и начал глядеть на Ханну взглядом таким, будто смотрит на чудо света.       - Не делай это…       - Не делать что?       - Не смотри так…       Сердце Ханны пропустило такт, этот влюблённый взгляд пробуждал в ней похотливые мысли о том, что она может сотворить с этим мальчишкой с волшебными руками, сладкими губами… сильным телом… чудовищно огромным членом…       - Ханна. Ты покраснела. – Винсент улыбнулся с таким видом, будто знал, о чём она сейчас думала, и это практически выбило её из колеи, хотя она прекрасно знала, что биотики не умеют читать мысли.       - Кх… п-парень. Я офицер Альянса, мы не можем… - Она попыталась найти хоть одну причину, чтобы порвать связь между ними.       - И я уверен, Альянс будет рад, если ты будешь держать меня на крючке. – «А уж я-то как буду рад!»       Губы и брови женщины задрожали, и, уведя взгляд в сторону, она всё досконально обдумала. «Ты не можешь взять и начать думать пиздой, Ханна. Помни, что ты пример для дочери… Но этот мальчик такой… он такой…» - она не могла подобрать слов. Даже тот чернокожий инженер из команды обслуживания с его тридцатисантиметровым членом не шёл ни в какое сравнение с этим чуть ли не подростком, и речь шла даже не о размере, а выносливости и мастерстве. Хотя она ведь даже толком не могла вспомнить прошедшие сутки!       Мельком глянув на всё так же влюблённо глядящего на неё парня, ощутила, как внизу живота приятно скрутило. А ведь Винсент даже не использовал и толики внушения, ограничиваясь лишь своим внешним очарованием. «Я слишком неотразим». Конечно же он знал о своей притягательности, и, надев маску невинного мальчишки, становился воистину неподражаем.       - Н-ну… д-думаю, мы можем иногда… встречаться… н-ну… во время увольнительных. – Будто не веря, что сама это говорит, она покраснела как рак, не способная остановить несущийся поезд мыслей - как, в каких ситуациях и сколь часто они будут заниматься сексом. Она просто оказалась неспособна отказаться от каскада удовольствий, которые познает, если останется с ним.       Лицо Винсента засветилось от счастья и, обойдя стол, он прижал её к своей груди, крепко обняв:       – Ты не представляешь, как я рад. – И очень быстро его руки загуляли по её спине, приподняв маечку и взяв в охапку упругую попку…