Последний поезд.

Парень довольно высокого роста спешит пробиваясь через толпу. Он не обращает внимания совершенно не на кого, не на простых прохожих, которые маячат перед глазами, не на знакомые лица, которые тут же загораються, собираясь с мыслями для диалога. Они появляются на доли секунды, и тут же забываются. Их образы подавляются совершенно другими, плохими и отстраненными мыслями. За ним бежит еле поспевая парень чуть ниже. Выглядит он довольно необычно, как и его старший друг. Растрепанные, и судя по всему неаккуратно кем-то по неволе обрезанные волосы торчат в разные стороны. Слегка помятая школьная форма, с небрежно заправленной рубашкой также свидетельствует о каком-то не очень хорошем происшествии. Уже спустя пару минут оба парня выходят из толпы на одинокую улицу. Резка смена из многоголосья на совершенную тишину, крайне странно влияет на сознание, затуманивая его еще больше. Старший все так же не сбавляет темп шага. Он не бежит, просто не хочет останавливаться, и жаждет как можно быстрее добраться до цели, что не сказать о его товарище. Тот еле перебирает ногами, и с периодичностью в пару секунд зовет того по имени. Обладатель этого имени не откликается уже в сотый раз. Еще пару шагов и фиолетововолосый выходит с тропинки на железные рельсы. Он слегка мнется наступая на тонкую полосу, и старается удержать равновесие, что у него все таки получается. Наступает на шпалы уже не так нервно, и довольно спокойно занимает место по середине. Легкий ветерок дует ему в спину, сообщая о пришествии холодов. По краям от железного сооружения вечнозеленые елки, которые изредка покачиваются из стороны в сторону. На небо уже отпускается ночное время суток. Небесный покров розовеет, словно смущается как девчушка на первом свидании, а затем мягким градиентом переходит в вечную синеву, со временем становящуюся все темнее. Паренёк, что так усердно преследовал своего товарища на протяжении всего пути, слегка нагибается и опираясь руками о колени, пытаясь востановить сбившееся дыхание. Его сердце бьется неприлично часто, тем самым делая каждый вздох болезненно режущим. Наконец придя в норму он делает последний, глубокий выдох и выпрямляется. Обиженно глядит в спину своему другу уже составляя новую колкую реплику. — Пик... Какого черта ты прибежал сюда так поздно, так еще и меня не слушаешь? Пик! — он напрягаеться, понимая что его вновь не слушают. Парень невольно сжимает руки в кулаки и раздраженно фыркает, — ты так и будешь молчать?! Это уже не смешно! Ответь мне! Он подходит ближе, так же неуверенно перешагивая через металлические преграды. Когда расстояние между ними сокращается парой метров, валет кричит тому уже чуть ли не на ухо. — Пик, я кому говорю! Не делай вид что ты не слышишь меня! В это время тот самый Пик слабо и рвано вздыхает. Он прикрывает глаза, еле сдерживая слезы от подкатившего к горлу кома. Складывая руки на груди тот выдает в пустоту тихое "Прости меня, Зонтик.", после чего снова замолкает. Валет, понявший что его наконец услышали, слабо улыбается. — Ну наконец то! И что же мы тут делаем? Резкое желание походить по рельсам? Он смотря себе под ноги начинает ходить взад вперед, перепрыгивая промежутки между шпалами. Снова ведет себя как ребенок. Неожиданно для обоих довольно далеко слышится лязг металла. Судя по всему сейчас по последнему, вечернему рейсу собирается проехать финальный поезд, завершающий сегодняшний день, и отвозящий последних людей с работы домой. Звук гудения механизмов и удара о пластины эхом раздается по местности. Зонтик заметно напрягается. — Эй, может пойдем уже? Поезд едет. Ответа не последовало как сейчас, так и через пару минут. Король стоял все в той же позе, в которой застыл после своей единственной фразы, пораненной за этот вечер. Его дружок же наоборот, снова начинает кричать и говорить ему о приближающемся поезде. Его напряжение нарастает с каждой секундой, когда локомотив приближаться ближе. Из кустов начинают доноситься звуки, проснувшихся сверчков. Звук крайне похож на звуки приближающегося поезда, от чего уже совсем скоро те объединяются в общую серенаду, давя на уши обоим. В голову Зонтика приходит вполне логичная мысль, а именно хоть как-то оттолкнуть друга от верной погибели. Разогнавшись, он как можно сильнее толкает того в спину, но ничего не происходит. Пик все также непоколебимо стоит, а Зонтик... Он прошел насквозь него? Но как это вообще возможно? Все эти вопросы тут же разом наполняют голову, заставляя совсем потерять рассудок. Валет попробовал еще раз, затем еще и еще, однако все четно. Он совсем ничего не понимает. Все это молчание, то что произошло сейчас попросту не укладывались в голове. Однако общую картинку все же было можно составить. Несомненно – он сейчас не материален и не виден для его друга, тогда почему он все еще рядом? Ответ сам по себе приходит, когда поезд приближается еще ближе, и звучит уже неприлично близко. — Прости, что я не успел спасти тебя... — пиковый утирает выступающие капельки слез с глаз и мягко улыбается. Он поворачиваеться на поямое движение дороги, лицом к едущему поезду, — Надеюсь что мы встретимся за гранью, если такая существует, и я смогу должно с тобой попрощаться. События, словно пулей ударяют в голову, возвращая воспоминания на свои места. Вот они вместе стоят у столовой, обсуждая то как встретятся вечером. Вот он сам забегает в туалет чтобы умыться. Какие-то непонятные люди заходят внутрь, они выглядят злыми, плохими. Парочкой резких движений они состригают ему волосы, делая по их мнению "подобающую парню прическу". За этим последовало пару ударов, в живот, по спине, много куда. Последнее что он слышит, так это отдаляющиеся голоса, он смеются, мерзко смеются и обсуждают их мерзкий поступок. Тот, который закончился хуже, чем они думали. Закрывается дверь, и наступает темнота. Теперь и он вспомнил, что произошло всего пару часов назад. Валет опомнился слишком поздно, поезд пыхтит, слышится резкий звук тормозов, но он не успеет. Сегодня в маленьком городке умерло еще два человека, а уже вскоре, на кладбище появятся две, стоящие рядом, могилы. 🌹🪦 (помянем)