Не нас

      — Он любит не тебя, — набатом раздавался в голове голос Птицы.       Очередная попытка вывести на эмоции, надавив на самое больное. Это желание Птицы заставить Сергея выплеснуть весь негатив и захватить власть над его сознанием и телом начинает морально убивать — с каждым разом удерживать её всё труднее. Всё труднее бороться.       — Гром не любит нас.

Непокорная моя любовь

      — Нас? Никаких нас нет, только отдельно я, и отдельно ты, — проговаривает Серёжа, стараясь придать своему голосу грубости и жёсткости, но получается не очень. Маленькая дрожащая попытка почувствовать хоть каплю уверенности в своих возможностях не удалась.       Проблема лишь в том, что Игорь правда не его любит. Не его. А Пчёлкину.

Любит не меня, уже который год

      Серёжа видел их тогда, на открытии «Золотого дракона». Видел, как они закружились в танце, продвигаясь по полу плавно, словно по глади озера. К тому же Разумовский частенько наблюдает за ними, всё-таки гений, а знать кому-то об этом кроме Птицы и Марго не является обязательным. Так что никто из пары даже не подозревает.

Те же стены и цветы

      В том же самом казино Игорь спас его, не дал отбросить коньки на виду у десятков таких типичных людей. Ещё и вёл себя при этом так, будто они друг другу чужие. Что было до тошноты обидно и несправедливо. Серёжа к такому за свою жизнь уже привык, но легче от этого не становилось. А вот Птица была недовольна, очень недовольна, и мириться с таким отношением не собиралась.

Те же люди и стихи

      — Ну… — задрожал Серёжа. — Он ведь не виноват, что любит Юлю?       Птиц злобно усмехнулся где-то в пределах черепной коробки, а после материлиазовался в паре метров от Сергея.       — Конечно нет. Виноваты они вместе!

Те же мысли и слова

Вслух

      Серёжа хочет любви Игоря, а Птица — огня.

Люби меня, люби

      Ежедневно она подкидывает картинки горящих ярким пламенем Пчёлкиной и Грома. Обугленные тела, искажённые страхом обгоревшие лица, обращённая в угли с горсткой пепла местность и то, чего Серёжа желает больше не видеть.

Жарким огнём

      Разумовский всё чаще встречает рассветы и провожает закаты, когда погода позволяет солнцу озарять небо, и вспоминает почему-то Игоря, который ураганом ворвался в его жизнь, подарил надежду, поселил в душе программиста долгожданное спокойствие, наконец, по чистой случайности влюбил младшего в себя, от осознания чего вырвался и улетел обратно, оставив Серёжу одного.

Ночью и днём

      Ему нужны нежные чувства. Птице — всё ещё огнонь. Эти пироманические наклонности пугают, особенно Серёжу, который итак держит власть над телом непонятно каким чудом.       Птиц хочет убить Грома медленно, но верно. А ради эпичности кульминации под крики боли, если у майора, конечно, останутся на них силы, вырезать из его груди сердце. И, насладившись мёртвой пустотой бледно-васильковых глаз, сжечь его к чёрту. Наблюдать, как политый бензином дающий жизнь орган оплетают яркие языки пламени, и улыбнуться так широко, насколько возможно.

Сердце сжигая

      Для Пчёлкиной Птица тоже обязательно придумает что-то не менее кровожадное. Но сердце Юли не нужно ни ей, ни Разумовскому, поэтому бросить блогершу в огонь и забыть, как плохой сон, будет достаточно.       Больше всего Птицу веселит влюблённый Серёжа с протестами и ужасом в глазах. Который продолжает хранить фотографии Игоря и нервно рыться в новостях, чтобы узнать всё о делах и успехах майора.

Люби меня, люби

      Он просил Игоря не уходить, остаться с ним, но ситуация была слишком сложной. Слишком необычной, нестандартной для обоих и Гром вопреки всему решил с ней не разбираться.

Не улетай

      Потому лучшим его решением стал уход, уход из жизни Серёжи.

Не исчезай

      — Господи, Игорь, — жалобно всхлипнул Серёжа, свернувшись на полу. — Вернись, пожалуйста…

Я умоляю

      — Не вернётся, — язвительно заключила Птица. И слёзы из Серёжиных глаз полились в пару раз сильнее.

Люби меня люби

Люби меня люби

…