Место под солнцем

- Человек, подобный мне, в новом мире жизни не достоин. Пусть эти руки, забравшие бесправно столько жизней, даруют мне великое блаженство - спасительную смерть. После всего, что он пережил, вернуться к нормальной жизни невозможно. Все, кого он любил, кем дорожил, кого уважал, все они пали в бою смертью храбрых. Оставили этот мир и отправились на Небеса как герои. Все, кроме него. Он был брошен. Остался совершенно один в совершенно новом для него мире. В мире, за который все милые сердцу сложили головы в бесчисленных схватках. В той судьбоносной войне они не побоялись выйти на бой с самыми свирепыми противниками, прекрасно понимая, что силы не равны и шанс на победу ничтожно мал, но сейчас... Почему сейчас они оставили его одного? Нет ничего в этом мире, что смогло бы заполнить пустоту одиночества в его сердце. Как в старом мире, так и в новом. Теперь - ничего не имеет значения. Адреналин, что кипел в крови во время битвы, теперь наконец утихает, дыхание восстанавливается и боль от полученных ран наконец-то может вырваться наружу, заставляя челюсти сжиматься с невиданной силой, а кожу на затылке неметь. Боль, боль, боль и ещё раз боль. Мысли, что он всё это время откладывал на потом, подсознательно надеясь, что это "потом" никогда не наступит, стали мелькать в голове, с невероятной скоростью сменяя друг друга, и каждая из них била точно в цель, в самое сердце, задевая самые тонкие и слабые струны измотанной души. Казалось, его голова сейчас взорвётся, а сердце так и утонет где-нибудь глубоко под землёй. Холодный пол, на котором он провёл последние несколько часов, внезапно стал мягким, упругим и будто начал проседать прямо под ним, медленно затягивая израненное тело в пучину беспросветной печали. Голова, очень тяжёлая от переполняющих её мыслей, воспоминаний, голосов, стала прямо таки неподъёмной и тотчас опустилась на плечо, обнажая холодному воздуху мускулистую шею. В этот самый момент он с удивлением, а может и с ужасом, отмечает, что в его руке всё ещё лежит нож. По губам скользнула призрачная улыбка. От былой дрожи не осталось и следа, ватные руки вмиг обрели силу и только разум его не прояснился, а наоборот, утонул в пьяной дымке настолько, что боль от ран по всему телу, всё это время терзавшая его, сейчас как будто размылась в бескрайнем тумане и более не имела власти над ним. Мгновение, и холодное лезвие у самого его подбородка. - Человек, подобный мне, в новом мире жизни не достоин. Пусть эти руки, забравшие бесправно столько жизней, даруют мне великое блаженство - спасительную смерть. Один порез, глубокий и точный, такой же как и все предыдущие, предназначавшиеся его жертвам, хладнокровно выбивает из его тела последний, хриплый вздох.

***

- Мама, мама! Почему там так много людей? И они все в чёрном... Что они делают? - Это называется похороны. Сегодня, они прощаются с кем-то, кто был важен для них. Прощаются навсегда. - Навсегда? - Навсегда. - Это.. так грустно.. - Да. Этот день они будут помнить ещё очень долго, а может и всю оставшуюся жизнь. - Почему?! Это очень жестоко! Я не хочу чтобы так было! Это же значит, что мне надо будет поп... попрощаться с мамочкой навсегда! Это неправильно! - Ну, ну... Не надо плакать. Да, это грустно, но будет это совсем не скоро. Зачем плакать заранее. У нас ещё мноооого времени и всё это время мы проведём вместе. Я тебе ещё сто раз надоесть успею. - А вот и не правда! Ты никогда мне не надоешь! - М? Ты уверена, что такое слово существует? - Это не важно! Внезапно, к ним подошёл человек в чёрном костюме. Черты его лица были довольно резки, однако, ему удавалось выглядеть доброжелательно, подбородок подчёркивала аккуратная борода, а над губами можно было разглядеть тёмные усы. Он наклонился к маленькой девочке: - Юная леди, могу я попросить Вас вести себя чуть тише. Конечно, я понимаю Ваши эмоции, однако ваша мать права. День вашего расставания настанет совсем нескоро, а вот мне приходится проводить в последний путь друга своего и наставника уже сегодня, причем весть о его кончине посетила меня совсем неожиданно. Он был солдатом. Лучшим из всех, когда-либо живших на этой земле. Казалось, он был создан для военного дела и вот, сейчас, когда война позади, он так и не смог привыкнуть к обычной жизни. Он пережил столько, сколько ни один из нас не смог бы пережить. Видел тысячи смертей и столько же.... На этом моменте его прервала дама, как и он облачённая в чёрное. - Ей. Хватит уже пугать её. После она обратилась к самой девочке. - Не слушай его, он любит нагнетать обстановку. Всё хорошо. Однако, почему то, словам её верить было невозможно. Может, слишком явно виднелись на её лице засохшие дорожки от слёз. Она взяла мужчину с бородой за руку и уже хотела потащить его прочь, однако, заинтересовавшаяся судьбой покойника юная мать не захотела так просто их отпускать: - Прошу подождите! Как звали Вашего друга? Мужчина в ту же секунду обернулся и, глядя полными печали глазами, медленно ответил: - Леви Аккерман. Было видно, что звучание этого имени заставило мужчину снова вспомнить что-то ужасно печальное и он поспешно вернулся к толпе. Дама с измученным лицом так ничего и не сказав отправилась вслед за ним.