Будешь моей сексуальной игрушкой?

Прекрасный вечер. На улице уже во всю горят фонари. Шум и гам: по дорогам туда-сюда снуют люди, и в центре всего этого бешеного круговорота стоит яркая лавка со сладостями. Прямо сейчас там девушка расплачивается за яблоко в карамели. Сразу было заметно, что она иноземка, однако никто из жителей Деревни Скрытого Звука не догадывался, что незнакомка прибыла из Конохи с важной миссией. Катана, не первый год успешно выполняя обязанности ниндзя-чунина, заработала в глазах родной деревни уважение. В связи с этим девушка стала получать задания более серьезного содержания, и сейчас ее основная цель — сопровождение богатого купца в Деревню Звука в качестве телохранителя. Преисполненная гордости, Катана тронулась в путь в месте с этим человеком, внимательно оглядываясь по сторонам и отпугивая диких зверей. Как ни странно, с ниндзя по дороге путешественники не столкнулись, и в целом, на тот момент было достаточно спокойно. Успешно выполнив миссию, Катана решила остаться на ночь в деревне. Ведь на ночь глядя опасно путешествовать, не правда ли? После долгой дороги Катана решила расслабиться и отправиться в бар. Заказав себе бутылочку саке и порцию данго, она заняла дальний столик в темном углу, чтобы не вызывать у местных жителей лишних вопросов. Внимание Катаны привлек симпатичный мужчина, сидевший за барной стойкой. Он был высок, с длинными темными волосами и выразительными, точёными чертами лица. Его фигура была очень изящной, но при этом в ней чувствовалась неведомая сила и величие. Вдруг незнакомец резко повернулся, ощутив на себе чужой пристальный взгляд, и их глаза встретились. Он улыбнулся уголком губ, и отсалютовал ей стаканом. Она замерла, не зная, как себя вести. Пока девушка обдумывала свои дальнейшие действия, он успел отвернуться к барной стойке, медленно смакуя напиток. Катану заинтересовал этот мужчина: он как раз был в ее вкусе. Решив для себя, что она ничего не теряет, взяла бокал и пошла к барной стойке. Аккуратно присела на соседний стул, шурша складками спецодежды, и их взгляды снова пересеклись. — Прекрасный сегодня вечер, не правда ли? — улыбнувшись, сказала Катана. — Вы правы. Он просто создан для того, чтобы как следует расслабиться. Не хотите выпить со мной по бокальчику сакэ? — С удовольствием. Будет очень приятно провести время в такой чудесной компании. — Вы мне льстите, но благодарю за теплые слова. Может быть, приоткроете завесу тайны и скажете своё имя? — Катана, а Вас как зовут? И давайте перейдем на «ты». Сделав глоток крепкого напитка, девушка придвинулась ближе к незнакомцу. — Какое красивое имя… идеально подходит своей обладательнице. Позвольте представиться: Акайо, — проговорил мужчина, с нескрываемым интересом разглядывая собеседницу с головы до пят. Расскажи, что такая милая девушка делает в подобном месте без сопровождения. … Вечер близился к завершению: бар понемногу опустел, а странная парочка продолжала болтать. Только разговор перестал носить официальный оттенок, и между Катаной и Акайо чувствовалось пламя желания: мимолетные касания, невольное сближение, страстные взгляды — все это порождало между ними искры. — Это будет грубо с моей стороны, но мы оба взрослые люди, и ты прекрасно видишь, что я тебя хочу. Так что у нас с тобой один исход: наполнить эту ночь безудержным и страстным сексом, — уткнувшись в шею и вдыхая пьянящий запах девушки, хрипло прошептал Акайо. — Я тоже считаю, что наш вечер должен закончиться в горизонтальном положении, — пошло прошептала Катана, гладя мужчину по шелковистым волосам. — Тогда пойдем со мной в одно укромное местечко. Тебе понравится. Они поднялись из-за барной стойки и вышли на улицу. Не удержавшись, Катана страстно впилась в губы мужчины, а тот, в свою очередь, прижал ее к стене бара, отвечая с таким же рвением на поцелуй. Никто не знает, что бы произошло прям на этом месте, если бы Акайо не оторвался от девушки: — Пойдем. Здесь нас могут увидеть. Если продолжишь в том же духе, то я возьму тебя прямо здесь. И плевать, что скажут люди. — Ты прав, — с трудом оторвавшись от него, промурлыкала Катана. — Пойдем, и поскорее. Акайо взял девушку на руки и понес ее в сторону темного переулка… … Придя к заброшенному зданию, Акайо опустил девушку на землю и подошел к обычной серой стене. Сложив пару печатей и прошептав что-то неразборчивое, коснулся рукой холодного кирпича, и на том самом месте начал образовываться проход. — Ты что, ниндзя?! — воскликнула Катана. Акайо зловеще усмехнулся и толкнул девушку внутрь, заходя следом. Проход закрылся, оставив после себя мрак. — Да кто ты такой, черт возьми? Что тебе нужно? Катана хотела вытащить единственное оружие, которое у нее было с собой на все случаи жизни, но куная в ботинке не оказалось. — Это ищешь? — надменно улыбаясь, Акайо покрутил лезвием перед лицом испуганно замершей девушки. — Да и пора прекратить этот маскарад. Черты Акайо начали расплываться, открывая перед Катаной его истинный облик. Она увидела перед собой того, кого меньше всего ожидала встретить на своем пути. На ее лице отразилось удивление, перемешанное с ужасом. Перед ней стоял один из легендарных саннинов — тот, на кого была объявлена охота. Она воскликнула: — Орочимару?! В светло-янтарных глазах мужчины отразилась насмешка и желание вжать свою жертву в пол. — Мне нравится, как ты смотришь на меня. Словно загнанный волком кролик. Надеюсь, ты готова к безудержному веселью? Девушка хотела применить технику теневого клонирования, однако ее руки сковали две большие змеи, и она почувствовала, что не может использовать чакру. — Зачем тебе все это надо? Чего ты от меня хочешь? — Ты так и не поняла, глупышка? Я высказал тебе свое желание еще в баре, и ты, насколько помню, была не против. — Забудь об этом. Отпусти меня, и обещаю никому не говорить о нашей встрече. — Не надейся, что я тебя освобожу. Чтобы добиться своей цели, мне пришлось оторваться от экспериментов и потратить свое драгоценное время на поиски дурочки вроде тебя. И я никому не дам попутать мне карты, — прошипел саннин и выпустил язык, напоминающий длинную, багровую ленту. Девушка закричала, и ее испуг сменился злостью и отчаянием. Чем больше она предпринимала попыток выбраться, тем сильнее ее сковывали змеи, все больше превращаясь для Катаны в живые наручники. Орочимару пошло улыбнулся и поцеловал ее, с животной страстью посасывая то верхнюю, то нижнюю губу. От слез девушки, бегущих по ее щекам, он возбуждался все сильнее. Он чувствовал, что его член готов к женским ласкам. Не успела девушка опомниться, как оказалась полностью обнаженной перед своим мучителем. Ее щеки запылали алым румянцем, а глаза закрылись сами собой. Тело находилось в полном напряжении. — Не надо притворяться. Я же вижу, как ты дрожишь от возбуждения. Орочимару ловко и довольно грубо развел в стороны ноги девушки. — Только посмотри на себя: ты вся течешь, как настоящая шлюха. Просто признайся, что жаждешь моего члена. Чтобы я вставил его так глубоко, как только смогу. Услышав эти слова, Катана резко осознала, что хочет этого. Она чувствовала, что сильно возбуждена: оголенную грудь охватил жар вперемешку с легкой болью, а киска сжалась от приятного напряжения. Она покраснела еще сильнее и тихо прошептала: — Да… я тоже хочу этого. Трахни меня, пожалуйста… — Какая хорошая девочка. Ты же будешь для меня послушной сучкой? Катана молча кивнула, вызвав у Орочимару высокомерную ухмылку. Он распахнул подолы, обнажая свое тело. Взгляд девушки упал на его гордо вставший член, из головки которого сочилась вязкая смазка. — Ну что ж… покажи, на что ты способна. Она почувствовала, как змеи отпустили ее и исчезли. Катана подползла к нему и встала на колени. Ее руки дрожали от волнения, но ей решительно хотелось доставить удовольствие этому мужчине. На пробу лизнув головку, она почувствовала сладковато-терпкий вкус отступника. Это не вызвало в ней никакого отвращения. Сказать честно, ей даже понравилось. Начиная постепенно терять голову от происходящего, девушка сжала несколько раз головку пальцами, пряча ее в складке крайней плоти, а затем обхватила ее повлажневшими губами, нежно посасывая. — Возьми его глубже и соси так, чтобы мои яйца бились о твой подбородок. Услышав слова Орочимару, она стала дальше насаживаться на ствол, беря все глубже. Ни секунды не раздумывая, Катана насадилась на него до упора, но тут же закашлялась и отпрянула. Переведя дух, она продолжила интенсивно сосать член мужчины, слыша его учащенное дыхание. Орочимару посмотрел вниз и увидел перед собой возбуждающую картину: голая девушка стояла перед ним на коленях, с остервенением сосала его достоинство, а с ее подбородка, как у хищника, капала горячая слюна. Не выдержав подобного зрелища, он схватил ее за голову и стал насаживать до упора. Через пару толчков он кончил ей прямо в глотку. Катана отстранилась, проглотив все, что он спустил ей в рот, до последней капли. По ее подбородку скатилось несколько капель спермы вперемешку со слезами. Орочимару притянул к себе девушку и впился в ее шею, кусая до крови. Она вскрикнула, но не отпрянула, ведь все это сумасшествие натягивало нервы до предела. Отпустив ее шею, он положил Катану на пол, наклонившись к ее груди. Он взял губами ее сосок, то страстно покусывая, то облизывая. Она все больше распалялась, и ее ноги непроизвольно раздвигались в стороны. Орочимару, воспользовавшись моментом, оказался между разведенных ног. Его возбуждала обильно текущая из вагины смазка. Поддавшись неожиданному порыву, он лизнул покрасневший клитор. Почувствовав, как она дернулась, захотел большего и вошел в нее языком, вылизывая жаркое, влажное нутро. Девушка чувствовала напряжение внизу живота и в месте, где бешеном ритме бьется сердце, и ее стоны отражались от стен помещения. Он знал, что жертва страсти долго не продержится, поэтому с хлюпающим звуком вытащил из нее язык и, воспользовавшись ее расслабленным состоянием, до упора вогнал в нее свой член. Не дав девушке ни секунды опомниться, Орочимару принялся резко двигаться. Он не пытался доставить девушке удовольствие. Ее мычание и крики сводили его с ума. Саннин вцепился ногтями в ее бедра и с остервенением трахал ее в податливое тело. Его толчки выходили грубыми, резкими и размашистыми. Катана без остановки кричала. Из ее глаз текли слезы. Она не понимала, что происходит и потеряла контроль над ситуацией. Боль и наслаждение смешались в одно чувство. Это приносило ей спектр новых ощущений. Ни один мужчина не мог доставить ей столько удовольствий и вскружить в голове неукротимую бурю чувств. Она хотела от Орочимару большего: чтобы он остался в ней навечно. Головой девушка понимала, что это невозможно, но душой она стремилась слиться с ним воедино. Только нужно ли ему это? Задумавшись, Катана не заметила, как Орочимару перевернул ее на живот, поставил на колени и резко, во всю длину вошел внутрь. Одной рукой он схватил ее за волосы и запрокинул голову, а пальцы другой засунул ей в рот. Катана тут же начала их посасывать и вылизывать, принося мужчине нарастающее удовольствие. Ни Катана, ни Орочимару не знали, сколько продолжался их безудержный танец, оба чувствовали себя, как никогда, великолепно. Почувствовав приближение конца, Орочимару осознал, что не должен отпускать ее. Он обязан подчинить ее, сделать своей собственностью. И тут в голову змея пришла шальная идея: посмотрев на девушку, лежащую перед ним, он впился в сладкие, припухшие от укусов губы страстным поцелуем и продолжил вбиваться в нее на пике собственных возможностей. Катана сходила с ума от переполнявших ее ощущений: она чувствовала приближающийся оргазм. После того, как Орочимару страстно поцеловал ее, она обвила его талию ногами, прижимаясь как можно ближе, словно хотела слиться с его телом, и с такой же страстью ответила на его действие, сплетая языки в единое целое. И на краю ее сознания билась только одна единственная «мысль»: хочу, чтоб он кончил в меня; хочу почувствовать его сперму внутри. От ощущения твердого члена внутри и резких толчков Катана, не выдержав, громко закричала и, сжав его внутри, обмякла, подрагивая всем своим существом. Почувствовав, как его резко сжали, Орочимару еще раз до упора вошел в расслабленное тело девушки и кончил с утробным рычанием глубоко в нее. Минуту погодя, саннин с хлюпающим звуком вышел из ее растянутой дырки и с удовольствием наблюдал, как вытекает его семя. Его светло-янтарные глаза, слегка помутневшие от наслаждения, с хищным блеском сверкали во мраке помещения. Больше не теряя времени, отступник поднялся и стал не спеша накидывать на свои плечи юкату. — Ор… Орочимару-сама… пожалуйста, позвольте мне остаться с Вами. С самого детства вы вгоняли меня в животный страх, но при этом никто не интересовал меня настолько сильно. Конечно, я не знаю Вас лично, но любые истории, связанные с Вами, я всегда слушала с особым интересом. Вы стали моим идолом, которого я боялась и почитала одновременно. Поэтому прошу: возьмите меня с собой. Я готова быть кем угодно, даже игрушкой, исполняющей все, что Вы потребуете. Только прошу: позвольте мне любить Вас, — сложив руки в умоляющем жесте, говорила девушка. — Хах… какие пафосные речи. Действительно ли ты готова быть моей игрушкой? Выполнять любое мое желание? Дождавшись упрямого кивка девушки, Орочимару усмехнулся. — Хм… это меня устраивает. Тем более, я и не собирался тебя отпускать. Слишком ты мне понравилась. Тем более, ты же не думаешь, что я просто так в тебя кончил? Надеюсь, ты забеременеешь и сможешь принести мне потомство. А теперь одевайся: у тебя две минуты, чтобы распрощаться со своей прежней жизнью. С этого момента ты будешь жить со мной, в моем тайном убежище. Жду тебя на улице, поторопись. Кивнув на стену головой, Орочимару прошел сквозь ту самую стену, где раньше был вход. Катана с замиранием сердца слушала слова нукенина, и только сейчас до нее дошел смысл одной фразы. «А ведь и правда: ничто не мешает тому, чтобы я забеременела. Неужели я смогу родить наследника Орочимару-саме?» Положив руку на живот, девушка счастливо улыбнулась и, не теряя времени, стала быстро одеваться. Она понимала, что должна оставить здесь все, что напоминало ей о Конохе. Единственная вещь, что могла это сделать, лежала в кармане ее куртки. Достав из кармана отличительный знак ниндзя, протектор, она огладила знак Листа большим пальцем и, поднеся его к губам, тихо прошептала: «Простите меня, но я его люблю». И, быстро поцеловав его, положила на близлежащий камень. Осмотрев последний раз место, где она стала счастливой, она шагнула через стену, навсегда запечатывая свое прошлое и открывая сердце новым приключениям.