On Switch

Еще чуть-чуть. Ещё пару мелочей, и ее последний проект будет готов. Просто еще парочку крошечных мелочей. Сон мог подождать, уроки могли подождать, даже такие вещи, как еда, могли подождать, она была так близка, она была почти на финише. Ей просто нужно было доделать этот проект. – Наконец, – она вытерла капельку пота с подбородка, которая не давала ей покоя уже какое-то время. По крайней мере, несколько часов, а может, и больше. Спустя тридцать часов она обрела второе - а может, и третье - дыхание в виде специального энергетика, который позволял ей пропустить сон. Ну, на самом деле не пропустить, а в большей части отложить его до выходных, где она и проспит целый день. Это был чистый прирост производительности. – Наконец, я могу приступить к работе над моим следующим проектом. Погоди, а над чем она работает? Э-э, не важно, это был один из ее малышей! Смех вырвался из нее, когда она схватилась за ручку своего гаечного ключа обеими руками и потянула. Ничего не произошло. Болт же не должен быть так туго затянут. Может быть, она просто испытывала мышечную слабость? Нет, не может быть такого. Она ежедневно тренировалась, чтобы поддерживать себя в форме, достаточной для работы над её малышами! Она потянула, но ничего не произошло, ни отдачи, ни скольжения, только скрежет гайки и ее собственное бессвязное бормотание. Сейчас не время заниматься физическим трудом! Ее мозг был на пике творческой активности, ей нужно было быть за чертежным столом или за компьютером, с большой чашкой кофе в руке и какой-нибудь едой. Ах, она опять отвлеклась! Запрыгнув на Аппарат (это было какое-то тренировочное устройство, заказанный UA), она стала балансировать на нем, все еще держа в руках гаечный ключ, и когда её руки, казалось, уже не справлялись с тем, чтобы поддерживать её, ноги приходили ей на помощь. Подпрыгнув всего один раз, перед тем как выпрямиться и получить правильный угол, она начала крутить. Все что ей нужно было сделать это получить достаточно силы чтобы преодолеть статическое трение, а затем - Гайка соскользнула, и она, кувыркаясь, упала назад. К счастью, она врезалась в жесткую, но довольно мягкую стену, которая была ещё и тёплой, и приятной на ощупь. Тем не менее, гайка была снята, так что теперь она могла покопаться во внутренностях машины, вытащить все ненужные, но крутые части и вставить другие, ненужные, но более крутые части. Это была ее любимая часть. Может быть. Трудно было сказать наверняка. – Так-так, куда я положила регулятор аэродинамической плавучести? – наполовину пропела она, поворачиваясь и проходя мимо Изуку Мидория - она все еще помнила его имя, ну, он был единственным, чье имя она знала, и это был не учитель, почему? - чтобы порыться в куче вещей, половина из которых наверняка взорвется. И это было нормально, потому что нехватка сна была проблемой намного серьезнее, чем взрыв одного из её малышей*. Что-то на плече остановило ее. Это была рука. Сильная рука, покрытая шрамами и очень большая. Это были не ее руки, она была в перчатках! Верно? Верно! В мастерской она всегда была в перчатках. Так чья же это была рука? Она откуда-то знала этого человека, как будто она строила что-то для него не слишком давно. Он потянул ее, и она закружилась на месте, но была остановлена другой рукой и телом, которому они и крепились. Это был Изуку Мидория! Ее любимый клиент, в основном потому, что он просил изящные вещи и очень хорошо обращался с ее малышами, кроме того, он был ботаником и мог понять ее болтовню. По сравнению с тем временем, когда она впервые встретила его на первом курсе, он определенно вырос. Примерно на фут. И теперь выглядел, как настоящий герой, без сомнения, благодаря тем супер-динамичным гантелям, которые она сделала ему два года назад. Но почему он здесь? – Мэй, – произнес он, слегка встряхивая ее, его голос был немного громче, чем это было необходимо. – Ты вообще меня слушаешь? – Ой! Привет, Изуку! – радостно прокричала она, на мгновение подпрыгивая на каблуках и склоняюсь ближе к нему, его лицо всегда краснело, когда она это делала. – Когда ты сюда пришел? – Я уже десять минут пытаюсь привлечь твое внимание. Десять минут? Почему он так долго ждал? – Ладно, тогда почему ты ничего не сказал? Он вздохнул, его голова почти опустилась на уровень с её, пока его зеленые глаза были сосредоточены на ней. – Я все это время пытался привлечь твое внимание. – Правда? В следующий раз попробуй говорить громче, – пожала плечами она, – Но, что я могу сделать для тебя, я, конечно, не против принять специальную заказ от тебя, но мне нужно закончить этого большого парня до пятницы ... – Сегодня суббота, – Он указал на окно, за которым было уже довольно светло. Должно быть, уже утро! – Уже ночь. Ох. – Почти воскресенье. Ох. – И что мне нужно от тебя, так это, чтобы ты пошла в кровать. – Неа, я должна закончить работу, и если сейчас уже почти воскресенье, то мне нужно начать работать ещё усерднее! – она указала на своего последнего ребенка - что-то наподобие пожарного робота - и широко улыбнулась. Она попыталась отойти от него, но благодаря своей силе он смог удержать ее на месте. – Эй, что за дела? – Я видел, как ты уже дважды собирала и пересобирала эту штуковину, Мэй, – он показал на груду хлама, над которой она работала. Правда? Это казалось маловероятным, она даже совсем не устала. – Я понимаю, что тебе просто нравится работать, но тебе действительно нужно поспать. – Нет! – она начала вырываться из его рук, пытаясь дотянуться руками до чего-нибудь. – Я должна и дальше работать над моими детьми! Их нужно закончить! Извиваясь и скручиваясь, она сумела вырваться из его хватки, но только лишь на секунду, до того, как его рука обвилась вокруг ее талии, а ноги остались болтаться в воздухе. – Мэй! Серьезно, тебе нужно лечь спать. – Не хочу! Отпусти меня! Изуку! - она продолжала вырываться. Это был не первый раз, когда Изуку делал что-то подобное, но на этот раз она не собиралась сдаваться! Ей так много еще предстояло сделать! – Мэй! Ты ведешь себя, как ребенок, тем более ты можешь поработать над ними, когда проснешься, – проворчал он, пока она металась туда-сюда, она знала, что если приложит ещё больше силы в свои движения то, он бы не смог сдерживать её, не причиняя ей боли! И Изуку ведь на самом деле не причинит ей боль. Он был похож на гигантского упрямого медвежонка. Она извивалась в его руках. И резко замерла. Внезапно все ее тело наполнилось жаром. Казалось, она провела всю свою жизнь на невыносимом холоде и только сейчас вошла в дом, согреваясь ревущим очагом. Рука Изуку была прижата к ее груди. Его большой палец коснулся ее уже твердого соска. Когда она успела снять лифчик? Плотина была прорвана. Сексуальное напряжение, желания, разочарование и все те другие чувства, о которых она даже не подозревала, теперь вышли на первый план в ее сознании. Ее пальцы помнили каждый раз, когда она прикасалась к мышцам Изуку, пытаясь на ощупь подобрать ему размер. В ее голове прокручивалось, как она каждый раз останавливалась, когда видела Изуку, покрытого потом и усердно работающего. Снова и снова. Вся эта необузданная сексуальная энергия хлынула в нее, вытеснив ее усталость, будто у неё открылось настоящее второе дыхание. Все ее тело ощущало дискомфорт. Ей хотелось прикоснуться к Изуку. Пробежаться руками по его волосам, попробовать поцеловать его, пока в то же время его руки блуждали бы по ее телу и хватали за грудь. Пока они занимались бы горячим. Горячим. Сексом. – Прости! – его рука двинулась вниз, и теперь оборачивалась вокруг ее талии. Она заметила, как он покраснел. – Я не хотел трогать тебя там. Это чувство никуда не делось, она все еще ощущала его прикосновение, и теперь она знала способ, который со 100% вероятностью успокоил бы её. Она хотела большего. На ней было слишком много одежды. На нем было слишком много одежды. Она прикусила губу, положив ладонь поверх его руки. – Не беспокойся об этом. Сделай больше. – Ты готова лечь спать? – мягко спросил он, его теплое дыхание опалило её уши и заставило все ее тело задрожать, словно машина, которая завелась в первый раз в своей жизни. Она чувствовала, как его грудь прижимается к ее спине. Мэй отлично чувствовала растущий жар и желание внутри ее тела, и это было похоже на огонь, что разгорелся между ее ног, и Изуку был одновременно и причиной, и лекарством. Она снова кивнула, не поднимая головы. Что же ей теперь делать? Она не могла идти в ногу со своими мыслями. Все они были сосредоточены вокруг Изуку, ее желаний, ее тела, его тела и того, как сильно она нуждалась в его прикосновениях. Нужно было что-то сделать. Как она собирается это исправить? А хотела ли она вообще это исправлять? – Хочешь сначала принять душ или что-то другое? – его рука покинула ее талию, и она сразу же заскучала по ощущению его руки на её теле. Он сделал шаг назад, но она откинулась вслед спиной, следуя за его грудью, не желая расставаться с ним даже на мгновение. Кроме того, она сомневалась, что сможет вообще сделать хоть один шаг. Она не устала, но колени у нее подкашивались. – Ты вообще можешь стоять? Она снова кивнула, положив руку ему на грудь и схватив его мокрую от пота футболку, он, скорее всего, только что пришёл с тренировки. И он был весь потный и грязный. Но и она тоже. – Как ты думаешь, мне стоит принять душ? – Ложиться спать грязной так-то не очень, но, если ты слишком устала, я могу отвести тебя в твою комнату, – Его рука легла на ее обнаженное плечо. Мозоли на его грубых руках терзали ее нервы, подпитывая те крохи энергии, которое обрушивались на нее и заставляли её пылать. – Тогда я приму душ, – вода могла бы помочь ей привести мысли хоть в какой-то порядок. – Ты можешь проводить меня туда? Я, наверно, снова забуду, зачем я туда шла. – Конечно, – улыбка расцвела на его лице. И давно он стал таким красивым? И давно это имеет такое значение? Почему ее сердце бьется так быстро? Из-за Изуку? Может быть, поэтому она запомнила только его имя? Ей нравится его улыбка: – Я и сам скоро приму душ. Он голый. Мокрый. Прикасается к ней. Ощупывает ее. Его руки изучают ее. Она целует его. Прикасается к нему. Заходит дальше. Заходит намного-намного дальше. Она хотела принять душ вместе с ним. Хотела быть голой вместе с ним. Но почему? Почему это происходит? Она была слишком возбужденной и усталой, чтобы размышлять об этом прямо сейчас. – Показывай дорогу. Он улыбнулся и повел их к ближайшей раздевалке, той, что была в спортзале напротив мастерской. Прогулка, казалось, длилась несколько дней, холодный ночной воздух мало чем помогал, чтобы облегчить ее возбуждение, если каждое прикосновение Изуку, которое ей удавалось получить от него, делало ситуацию ещё хуже. Но ей были необходимы его прикосновения. Она впилась взглядом в дверь женской раздевалки, где была ее собственная, но, скорее всего, грязная одежда. Разве Изуку волнует, что она носит грязную одежду? Ей было все равно, если бы это делал он. Может быть, он хотел бы не носить одежду. Было бы здорово, если бы она увидела его голым. Его огромное сильное тело нависло бы над ней, когда они блуждали бы по телам друг друга. Она так много могла сделать, так много они могли бы узнать друг о друге. Она хотела испытать все. – Ты можешь подождать меня? – спросила она, не глядя ему в глаза. – Иначе, когда я закончу, то вернусь обратно в мастерскую. Он вздохнул и почесал затылок. – Конечно, я могу это сделать, но, если ты помоешься раньше меня, то просто жди, я все сделаю быстро. Она кивнула и пошла в раздевалку. Холодная вода ни коим образом не охладила ее. Одной мысли о том, что Изуку мокрый и голый принимает душ по другую сторону стены, было достаточно, чтобы тепло заполонило все её естество, будь она даже в самых холодных уголках космоса. Единственным утешением было то, что он, скорее всего, почувствует отвращение от одного только количества грязи, что была на ней. Вода, которая кружилась вокруг ее ног, больше походила на жир. Она еще не успокоилась. Она все ещё желала этого, но теперь она могла думать. Она теперь могла ясно подумать о том, чего хочет. Хотя мгновением раньше сама эта мысль заставляла ее тело дрожать, а мысли путаться. Она хотела Изуку, хотела заняться с ним сексом. Нельзя было сказать иначе. Но это была ложь. Она могла придумать много, много, много способов сказать иначе. Она хотела, чтобы Изуку прижал ее к стене и трахал до тех пор, пока она не сможет пошевелить ногами. Ей хотелось скакать на нем, как на механическом быке, пущенный на полный ход. Она очень хотела его. Она нуждалась в нем. Казалось, что это желание было всегда, но только сейчас она осознала его. Только-только сейчас. Она ни за что не смогла бы заснуть, если бы она не занялась этим с Изуку. Все, что ей нужно было, так это понять, как это воплотить в жизнь. Она провела мыльной рукой по груди, содрогаясь от нахлынувших на нее новых ощущений. Неужели она всегда была такой чувствительной? Неужели она всегда была такой возбужденной? Она бы запомнила эти чудесные и в то же время разочаровывающие ощущения. Они доставляли ей удовольствие, но не облегчали. Это было похоже на создание ее финального ребенка, сам процесс приносил ей счастье, но разочарование от того, что он никогда не будет закончен, всегда присутствовало. - Изуку, - простонала она, одной рукой упираясь в стену, а другой дотрагиваясь до себя. Она задыхалась от этого ощущения, ее собственные бедра сжались под ее пальцами. Она переключила воду на горячую, наслаждаясь теплом, и издала долгий разочарованный стон, когда все ее тело содрогнулось, давая ей всего лишь унцию облегчения в океане желания. Ей все еще нужно было больше. Она нуждалась в нем. Она вышла из душа, ее тело теперь было почти чистым, за исключением пота, которым она уже успела покрыться. Пар окутал ее тело, когда она подошла к вешалке для полотенец, схватив первую попавшуюся и обернув её вокруг себя. Она все еще была возбуждена. Ей все еще нужно было, чтобы Изуку прикоснулся к ней. Но теперь она, по крайней мере, могла мыслить логически. Теперь она могла планировать. Но проблема была в том, что она не знала, чувствует ли Изуку то же самое. Впервые в её жизни вопрос о том, считает ли кто-то ее привлекательной, действительно имел значение. Зеркало давало ей мало ответов. Ее розовые волосы свободно спадали на плечи, спутанные в непослушный беспорядок, который можно было укротить, только ножницами. Она представляла собой странную смесь бледноты от пребывания в помещении большую часть дня и загара от воздействия сварки. Она даже не была накрашена, так что теперь были видны следы от очков. Потом было ее тело. Было ли всё в порядке? Она никогда не обращала на это особого внимания, кроме того, что это было ее тело. Она была в неплохой форме, и у нее была большая грудь - она часто мешала - парни же любят большую грудь? Может Изуку нравится большая грудь? Она могла просто спросить его. Почему нет? Это должно быть легко. Она хотела знать. Если ему нравятся, тогда все было бы проще. Но сначала ей нужно было увидеть его. Теперь же она была одета в старую майку и те же брюки-карго, в которых и была. Она вышла из раздевалки и увидела, что там стоит Изуку, чистый и красивый, и горячий. Она попыталась открыть рот, но не смогла произнести ни слова. – Ну вот, теперь ты намного чище, Мэй, и почему-то даже не выглядишь усталой, – засмеялся Изуку, потирая затылок и выглядя как идеальная закуска, которую она хотела целовать, трогать, лизать и смаковать всю ночь напролет. – Спасибо, – она убрала прядь волос за ухо, переминаясь с ноги на ногу и поглядывая на него, его футболка была белой, чистой и плотно облегала его мускулистую грудь. Она должна была это сделать. Она шагнула вперед. – Изуку? Слова застряли у нее в горле. Почему это было так трудно? Это был всего лишь вопрос! Это были просто слова. Это было именно то, чего она хотела. Это был всего лишь Изуку. Но это и ,возможно, было самой большой проблемой. – О, пойдем, я провожу тебя в твою комнату, но ты должна на всякий случай ... – Ты считаешь меня привлекательной? - выпалила она, ее лицо вспыхнуло, и она сделала еще один шаг вперед, коснувшись его груди и встав на цыпочки, чтобы дотянуться до его лица. Он был просто вне досягаемости. - Как женщина, ты считаешь меня привлекательной? Ты находишь мою грудь привлекательной? Тебе нравятся мои волосы? Я красивая? Ее дыхание участилось, а желания стали только сильней, когда его лицо покраснело, а глаза расширились. - Считаешь? - она схватила его за рубашку и прижалась грудью к его груди, надеясь, что он почувствует ее желание. - Не знаю почему, но для меня ты очень красив, Изуку, очень, очень красив. И я хочу кое-чем с тобой заняться. Итак ты считаешь меня привлекательной ? Он начал бормотать, его мозг был перегружен, в то время как его руки переплелись с ее руками, прикосновение только напомнило ей о том, как сильно она желала его. Все ее тело было горячим. Очень горячим. – Мэй, – наполовину крикнул он, наполовину прошептал. – Тебе просто нужно поспать, тебе нужно... – Я устала, да, но я полностью отдаю себе отчет в том, что говорю. Я знаю, что не смогу заснуть, если ты мне хоть как-то не поможешь, – её сердце грохотало в груди, как перекрывающиеся поршни гигантского двигателя, толкая ее вперед. Ее руки обвились вокруг его шеи, и она притянула его ближе. Их губы медленно приближались все ближе и ближе. – Изуку, я хочу заняться с тобой сексом, я хочу, чтобы ты поднял меня и отнес в свою комнату и ... И она преодолела последнее расстояние между ними, их губы соприкоснулись. Ей казалось, что она плывет, ее губы покалывало, словно по ним прошлись грозовые тучи, ее руки пробегали по его волосам, он обнял ее за спину, когда поцелуй углубился. Все закончилось слишком быстро, ее голова кружилась, как будто она попала под взрыв. - Ты хочешь заняться со мной сексом? - спросила она, кусая губы и глядя на него снизу вверх. В ответ он подхватил ее на руки, одной сильной рукой поддерживая за спину, а другой схватив её за ноги, и с беззвучным криком бросился бежать. - Да, - выдохнул он, резко поворачивая к своему общежитию. - Хочу. Она взвизгнула от восторга.