Fluff in our veins

      — Ты самое лучшее, что когда-либо случалось со мной, — тихо признаётся Гарри, глядя на бушующие волны Па-де-Кале, прилива близ Дюнкерка.       Он делает это настолько тихо, что Луи приходится читать фразу по его губам, потому что шум ветра и воды заглушает хрипловатый голос кудрявого парня. Но он всё равно кончиками ушей успевает поймать короткое «случалось» и мягко улыбается этому. Конечно, Гарри преувеличивает, в его жизни было много невероятных людей и событий, которые сделали его счастливым. Они оба знают об этом, но Луи не пытается спорить.       — Правда, — немного громче говорит Стайлс и наконец-то смотрит на Томлинсона, прямо ему в глаза, что не было запланировано, поэтому он смущается, тупя взгляд в песок.       — Правда? — улыбается Луи, легко касаясь его запястья кончиками пальцев.       Это прикосновение такое мимолётное, словно его и не было вовсе, но оно было, и Гарри знает это, он почувствовал. Он всегда чувствует, когда Луи прикасается к нему, насколько бы секундным это ни было. Поэтому он вновь набирается смелости и смотрит на него.       — Правда, Лу. Ты самое лучшее, что со мной случалось. И я бы хотел провести с тобой всю свою жизнь, очень хотел бы.       — Я бы тоже этого хотел, Хаз, — всё также улыбаясь, но уже более мягко, более влюблённо, отвечает Томмо. — И это обязательно будет так.       Нежно обхватив челюсть парня пальцами, Луи наклоняется к его губам, чтобы поцеловать. Невесомо, почти не касаясь губ. И Гарри чувствует несколько песчинок, которые слегка царапают ему лицо, зажатые между щекой и пальцами Томлинсона, но это совершенно не волнует его. Его волнует лишь то, как парень всё-таки целует его, сначала мягко, заботливо, а затем более уверенно и настойчиво. Словно в последний раз.       Гарри улыбается сквозь поцелуй, и Луи отстраняется, говоря:       — Предлагаю пойти искупаться ещё пару раз, что скажешь?       — Скажу, что за тобой хоть на край света, Луи Уильям Томлинсон.       Они безоговорочно влюблены друг в друга, и они знают, что это никогда не изменится. Никогда. Но они, в прочем, не против провести друг с другом всю свою жизнь.