волнение

Несмотря на их близость, Кэтрин все равно ощущала себя словно загнанный в клетку кролик — рядом с ним, пускай Хилл всегда выглядела роскошно и знала, как подчеркнуть свои немалочисленные достоинства, она все равно чувствовала... Нестихающее волнение? Это волнение граничило со страхом, беспокойством — что можно ожидать от Бейкера-старшего в той или иной ситуации? С другой стороны оно примыкало к взволнованности, смятению и страстному желанию — по лицу мужчины сложно понять переживаемые им чувства, а оттого собственное сердце неумолимо билось о грудную клетку. Кэтрин любила до безумия, но при этом всегда старалась держать себя рядом с ним достойно. Даже сейчас, идя рядом с Ходжем, едва касаясь рукава его темного пиджака, она краем глаза изредка поглядывает на профиль статного мужчины, что чуть кивает мелькающим подчиненным, тотчас приветствующих пару при встрече. Кэтрин не может сдержать себя, за что мысленно чертыхается. Однако она отвлекается от подобных мыслей, когда они оказываются с брюнетом у позолоченных дверей: Ходж одним движением вызывает лифт, отчего пара моментально слышит, как механизм звучно уведомляет их о начале работы. Кэтрин еле слышно выдыхает, словно пытаясь не обратить на себя внимание на время образовавшейся тишины. Ей кажется, что любая свободная минута не свойственна жизненному темпу Ходжа. Она замечает, как, словно в подтверждение ее собственных мыслей, Бейкер слегка приподнимает руку и пальцами другой вымеренным движением проверяет состояние запонок на рубашке. Серебряные с черным камнем — они ожидаемо на месте. Кэтрин невольно останавливает на них взгляд: роскошные, дорогие, естественные для мужчины, что привык жить таким образом. Девушка медленно отводит взор, опуская глаза на собственные руки, стесненно скрещенные у живота — как же отвратительно она чувствует себя рядом с таким идеальным, словно старательно вырисованным, Ходжем Бейкером. Их не так давно начавшиеся отношения, определенно, ошибка. Или просто жалость проницательного мужчины, в которого Кэтрин суждено было так беспамятно влюбиться... — Мисс Хилл?.. Кэтрин часто хлопает ресницами, поворачивая голову в сторону брюнета. Она одаривает его удивленным взглядом, на что тот сдержанно улыбается ей в ответ. — Ты не отзывалась даже со второго раза. Пришлось вспомнить былые дни. И снова улыбается ей, но теперь чуть шире. А ведь правда: девушка не помнит, в какой момент Ходж изменил подобное обращение на более... Интимное. Кэтрин до сих пор не может привыкнуть к тому, что слышит из уст Бейкера собственное имя. А различные интонации, придаваемые благодаря низкому, бархатному, словно окутывающему все тело, голосу, только добавляют чувство покорности. Наконец двери лифта плавно разъезжаются в стороны, уведомляя пару негромким звоном о прибытии. Ходж вежливо указывает раскрытой ладонью в сторону кабинки, позволяя Кэтрин пройти первой, на что сама Хилл, чуть кивая в ответ, послушно ступает вперед. Оказываясь внутри, девушка глубоко выдыхает. В голове привычный рой мыслей — они возвращаются с Ходжем с важной встречи, но она думает лишь о повседневных, обыденных желаниях. Кэтрин бросает на него быстрый взгляд, но тотчас спешно поправляет прядку волос, делая вид, будто бы и не собиралась смотреть в сторону мужчины. Ей до простого хочется нажать на чертову красную кнопку на панели, резко остановить лифт и, поддавшись низменным желанием простых людей, первый раз взять инициативу в свои руки. Быть может, это поможет ей принять их существующие отношения? Увидеть реакцию Ходжа? Напомнить себе о том, что они взаимно любят друг друга? Или только она видит их связь с подобной стороны?.. Однако Ходж перенимает ее состояние: возможно, всему виной непозволительная близость в одной, тесной кабине лифта. — Кэтрин, — он едва касается ее оголенного предплечья, но девушка тут же с шумом втягивает носом воздух. Хилл корит себя за такую несдержанность, но Бейкер списывает все на некоторое стеснение возлюбленной. — Помнишь нашу первую совместную поездку в лифте? — он ловит ее непонимающий взгляд, на что лишь тепло улыбается. Одну выбившуюся прядку Кэтрин не так давно вернула на место, но вторая точно манила Ходжа заправить ее за ухо. Он перевел взгляд от ее глаз к маленькому завитку, аккуратно убирая его, после плавно касаясь пальцами скулы девушки, переходя на линию челюсти. Ходж вновь смотрит в глаза Кэтрин, но та уже прикрывает их, не в силах совладать с ответной реакцией. На щеках девушки легкий румянец, покрывающий небольшую россыпь веснушек, а длинные ресницы едва дрожат, показывая волнение хозяйки. Мужчина разворачивается к ней всем телом, наклоняется ближе, отчего Кэтрин невольно подается назад и вскоре прижимается спиной к кабинке. Ходж нависает над ней следом, заводя руку в сторону от нее — Кэтрин не в силах сдержать собственное любопытство: она видит, как Бейкер исполняет ее потаенное желание и одним большим пальцем нажимает на "стоп". Лифт резко встает на месте, а зеленая стрелка, ранее указывавшая их направление, теперь исчезает. Они останавливаются, но Кэтрин кажется, что это мир замирает вокруг них. И в этом мире нет таких понятий, как "время, работа, важные поручения, соглашения, переговоры". Здесь только они, и сейчас перед ней Ходж Бейкер, что может уделить ей столько внимания, сколько она того требует. Он наклоняется к ней, слегка касается кончиком носа бархатной шеи, отдаваемой дорогим парфюмом, на что Кэтрин невольно опускает руки на его грудь, ощущая, как гулко бьется сердце брюнета. Она с трепетом распахивает глаза и, мягко обхватывая голову возлюбленного, заставляет последнего отстраниться от нее, чтобы взглянуть на Бейкера. Они непрерывно смотрят друг на друга еще некоторое время, прежде чем Ходж наконец тихо произносит: — Ты боишься меня? Кэтрин машинально прикусывает губы, но после чуть улыбается ему. Она, все так же продолжая обхватывать голову мужчины, мягко гладит большими пальцами острые скулы Ходжа, в какой-то момент нечаянно касаясь губ. Брюнет чуть прикрывает глаза и ведет головой из стороны в сторону, словно ластясь, принимая эту ласку, до сих пор не разрывая зрительный контакт с Хилл. Она краснеет пуще прежнего, но вслух отвечает: — Нет, я... Я просто ощущаю себя... — Не в своей тарелке? — договаривает за нее мужчина. Она кивает. — Мне кажется, что я, словно неудачная имитация — подделка, фальшивка, которая, сколько ее не исправляй, сколько не старайся придать определенный вид, не сможет привнести в твою жизнь то, что необходимо... Девушка едва успевает договорить последнее слово, как вдруг в нее с некоторым остервенением впиваются губы. Властно размыкают половинки языком, заставляют выбить из груди первый стон, отчего Кэтрин невольно вскидывает брови домиком. Они целуются еще некоторое время, пока Кэтрин не ощущает, как некогда обычная кабинка становится для нее довольно тесным помещением: ей кажется, будто Ходж окружает ее со всех сторон; его губы везде — на ее губах, щеках, шее, ключицах. Голова слегка кружится от запаха дорогого одеколона, а горячие прикосновения к коже нисколько не помогают выбраться из этого состояния. — Ходж... — она наконец зовет его по имени, сжимая пальчики на широких плечах, заставляя мужчину немного ослабить хватку. Бейкер чуть остраняется от нее, чтобы окинуть беглым взглядом глубоко дышащую и раскрасневшуюся Кэтрин. Ей нравится, но в то же время она заполучила слишком много желаемого за раз, отчего едва может совладать с собой. Он неотрывно наблюдает за ней, в какой-то момент недовольно произнося: — Повтори сказанное ранее. Девушка вдыхает и выдыхает воздух, глядя на сведенные к переносице темные брови мужчины. В его серых глазах пляшут сердитые огоньки, отчего она непонимающе распахивает уста, но так и не может понять, что нужно ответить. — Кэтрин, — он внимательно смотрит на нее. — Быть может, я говорю это очень редко, быть может, тебе кажется мой установленный уклад несколько тяжелым, быть может, первое время ты будешь ощущать себя как чужая, но. Мужчина выделяет это "но". Он четко произносит его, неожиданно для Хилл замолкает и, переводя мимолетный взгляд на ее губы, едва уловимым движением звучно целует девушку, отчего она несдержанно подается вперед и отвечает ему таким же мягким поцелуем. Она ощущает, как его губы изгибаются в улыбке, а потому целует еще раз, переходя на уголки, сцеловывая эту желанную реакцию на ее безрассудные выходки. В какой-то момент Ходж перенимает инициативу и, оставив еще один поцелуй, невесомо прикасается к веснушкам девушки, в конце концов нежно целуя кончик носа Кэтрин. Он прислоняется своим лбом к ее лбу и, закрывая глаза, крепко обнимает Хилл, тихо, но уверенно произнося: — Я люблю тебя, Кэтрин, и это истинная правда, которую ты не должна никогда забывать. Кэтрин невольно улыбается тому, что даже признание в любви из уст Ходжа звучит словно беспрекословное требование. Она кивает ему и, запустив пальцы в его волосы, заботливо гладит безупречно уложенные темные пряди, понимая, что этот идеальный, словно старательно вырисованный, Ходж Бейкер уже давно отдал ей свое сердце.