Жить, чтобы любить тебя

От лица Лонгга Пытка… О боги, это настоящая пытка! - Ещё раз дашь мне эту дрянь, - сплёвываю на пол, - и я тебя урою. - Неженка какая! - сжимает скулы. - Эта дрянь стоит, как половина моей жизни. Это ты, крутой такой, к героину да экстази! - Это, - поднимаю марки, показывая, - не наркотики. Эта херня похуже. И ты, - тычу пальцем ему в лицо, - это знаешь. - Слушай, приятель, - околачивается на ножку дивана. - Эта херня, как ты сказал, лучшее, что может тебе помочь. - Зачем ты принёс его? - сжимаю скулы, закрыв глаза. - Что принёс? - выгибает бровь в недоумении. Но взгляд падает на пакетик с белым порошком, что выглядывает с внутреннего кармана джинсовки. - Чёрт! - Уёбок, - машу головой со стороны в сторону. - Какой же ты уёбок! - Да закрой, наконец, свой рот! Я его вытащить из этого дерьма пытаюсь, а он возмущается, что я наркоту не ту дал! - Стой! Ты куда собрался?! - Да пошёл ты! - направляется в сторону выхода. - Адриан, стой! Да стой же, мне нужна твоя помощь! - кричу уже в открытую дверь квартиры, но вновь вижу её. - Слушай, это уже не смешно. Пошла вон! - Не прогоняй меня. - Что? - выгибаю бровь с улыбкой. - О нет, ты что! Проходи, блядь, располагайся! Как дома! - Ну зачем ты так со мной? Я ведь даже подумать об этом не успела, я не хотела этого! - обрамляет моё лицо ладонями. - Некоторым особям думать вообще противопоказанно, - сказала Тикки. - Багги, это не то, что ты подумала, - убираю руки Кэтс от себя. - Да хватит уже, - закатывает глаза. - Это был твой выбор. А кто я такая вообще, чтобы осуждать его? - грустно ухмыляется. - Делай, что хочешь. Я - никто, чтобы указывать тебе с кем трахаться. - Ты ведь прекрасно знаешь, что несёшь чушь. - Нет, - подходит к выходу с чемоданами. - Я уже раз решила за тебя. Восемнадцать лет назад. И, видимо, это было огромнейшей ошибкой. - Да что ты мелешь? - встревает Кэтс. - Ты тогда спасла его! Ты вытащила его из этого дерьма! - Да, но это был мой выбор. Если сейчас он пошёл у тебя на поводу и вновь за это взялся, значит тогда он этого не хотел. Его «спасения» - проявления моего же эгоизма, получается. Ведь я не могла в столь юном возрасте поставить на ноги сестру самостоятельно. - Да что на тебя нашло? Ты ведь знаешь как я благодарен тебе за это! Зачем ты всё это говоришь? - Потому что ты вернулся к этому, - поднимает на меня заплаканные глаза. - Ты знал, что мне совсем скоро нужна будет твоя помощь, ты знал в каком я положении! И всё равно вернулся к этой дряни! Ты думал, я вновь буду сидеть у твоей койки?! - подходит ближе. - Думал, вновь буду отпаивать и стоять на коленях, умоляя, чтобы не прикасался к наркотикам?! - Тикки, нет, я… - Мне самой нужна помощь! - бьёт кулаком себе в грудь. - Мне самой нужна поддержка, и именно твоя! А ты, в таком состоянии, можешь делать лишь хуже! Да что с тобой не так?! Неужто не понимаешь?! - Не бросай меня, - берусь за её ладони. - Прошу, Тикки, не оставляй меня! - Ты об этом не думал, не правда? - улыбается, вырывая свои руки из моих. - Что ж, - вздыхает. - Теперь есть кому о тебе позаботится. Надеюсь, ты сделал правильный выбор. От лица Адриана - Как она? - спрашиваю с ходу. - Пришла в себя? - Должна, в течении получаса, - встаёт с кровати. - Адриан, что с ней случилось? И почему Тикки не вмешалась? - У неё… - замялся. - Возникли некоторые проблемы. Она никак не могла, поэтому и попросила тебя. - Почему Маринетт в таком состоянии? Адриан, если это связано с её личной жизнью, если ее раны не из-за магии, то я не имел права ей помогать. Но я сомневаюсь, что обычный человек смог бы с такой силой на неё воздействовать. А поручений Тикки от Мастера не получала, так что я ещё раз спрашиваю. Что с ней случилось? - Тикки в полном порядке, - сажусь на кровать с громким вздохом. - Ты ведь знаешь, что она в положении. Она оказалась слишком слаба для этого. - Бред, - ухмыляется. - Быть того не может, ребёнок лишь придаёт ей силы. - Сасс, откуда я могу знать все детали о беременности?! Я ни черта не знаю! - Адриан… - слышится тихий стон Мари. - Я должен уйти, - шепчет Сасс. - Она не должна меня видеть. - Стой, почему это? - выгибаю бровь. - Она не знает кто ты! - Не влезай в это! Сообщи мне позже о её состоянии! От лица Тикки Кто-то скажет, я неправильно поступила. Но ведь я сказала правду! Я не могу вечность копить в себе это. Я бы не вынесла этого ещё раз. Пострадал бы мой ребёнок! А этого я допустить не могу. «- Не суди себя так. Ты ведь тоже живая, он должен понять тебя!» «- Я бросила его… - отвечаю Плаггу в мыслях. - Он сейчас в таком трудном положении! Какая я сестра после этого?» «- Ты уже раз помогла ему с этим. Сейчас он сам должен с этим справится.» Бог знает сколько времени я сижу в этом сраном парке. Время идёт сквозь меня, я его не замечаю. Куда мне идти? Я не могу вернутся к брату, это для меня слишком. Я не вынесу вновь смотреть на него в таком состоянии. Можно пойти к Мастеру на время, он выделит мне комнату. Но прежде, нужно проверить как там Маринетт. *** От лица Маринетт - Почему ты не ушла? - спросила Тикки. - Я люблю его! - невозмутимо ответила, оскорблённая и возмущённая таким нелогичным вопросом. В ответ на признание, Агрест звонко закричал. Голос был охрипшим и слегка грубоватым, но всё же вполне знакомым: - Грёбаные суки! Выпустите меня! Сейчас же! Вы слышите? - Лучше бы ты ушла, - тихо добавила Маргарет. Я мгновенно подскочила, но осталась стоять на месте. - Сиди! - крикнула Тикки. - Ты предлагаешь просто сидеть здесь и слушать его отсюда?! - А чего ты хочешь?! Выпустить его?! Ну давай! - протянула руку вперёд, указывая в сторону спуска в подвал. Я снова присела на стул и, сложив руки у груди, опустила голову. Внезапно по дому разнёсся металлический звон. Зазвенел телефон. Маргарет нерешительно поднялась и медленно вышла из гостиной. Через несколько секунд истоный звон прекратил заполнять уши, но напряжение не спало, а лишь возросло с новой силой, подпитанное томительным ожиданием и любопытством. Последняя её реплика мне очень не понравилась. Она могла значить лишь одно - придётся остаться с Агрестом самой, пробыть здесь столько, сколько понадобиться и бороться со своей любовью. Девушка зашла и я обернулась. - Прошу тебя, не оставляй меня с ним, - будто заклинала её умоляющим шёпотом. - Я не могу остаться. Мне нужно ехать. Это серьёзно. Поверь, мне также не хочется оставлять его с тобой, как и тебе оставаться с ним, но мне нужно ехать. Габриэлю стало плохо. - Я могу поехать с тобой! С ним ничего не случится, если немного побудет здесь один! Тем более, ему никто не откроет дверь. - Думай, о чём говоришь! Это даже не обсуждается! Ты сидишь с ним, не открываешь ему, но поглядывай иногда, чтобы с ним ничего не случилось, - вмешалась Тикки. - А что может случиться? - Маринетт, да прекрати уже наконец! Что же ты задаёшь такие глупые вопросы? У него ломка! С ним может случиться все, что угодно. Он может сойти с ума, может причинить себе боль, может умереть. Я совсем побледнела. Ноги стали ватными и непослушными, пальцы мгновенно окоченели, а нижняя губа нервно задрожала, словно я вот-вот должна была расплакаться. - Ну-ну, не принимай всё так близко к сердцу! Я просто сказала, что может случиться, но это не значит, что что-то из мною перечисленного произойдёт на самом деле. Поорёт немного и успокоится. Слышишь? Всё будет хорошо! - И что же мне делать..? - Если будет что-то серьёзное - звони в скорую, - ответила Маргарет. - Но учти, он может и симулировать. - Ладно, хорошо. Я поняла, - наконец взяла себя в руки и коротко улыбнулась. - Точно? Уверена, что справишься? Хотя... Да что там, у тебя нет выбора. Ладно, не переживай, я постараюсь вернуться как можно скорей, - она быстро поднялась наверх и спустя непродолжительное время, снова появилась в гостиной. - Только прошу, не открывай ту дверь, он должен сам справиться с ломкой. Я сидела за столом, прикрыв лицо руками, почти не слышала лёгких шагов Маргарет, но когда щёлкнула дверь, вскочила и выбежала в хол. - Нет-нет! Чёрт, не оставляй меня одну! - прижалась лицом к двери. Я больше не пыталась вырвать ручку с корнем, только тихо опустилась на колени и горько заплакала. - Мари! - Тикки обрамила моё лицо ладонями. - Я здесь! Слышишь меня? Я помогу тебе. И у меня есть опыт. Время длилось ужасно долго, но гупающие звуки из подвала никак не прекращались. - Адриан? - едва слышно позвала. - Маринетт? Это ты?! Мари, малышка, выпусти меня! Пожалуйста! - парень взмолился и подбежал к двери. Теперь я могла видеть его уставшее лицо сквозь небольшое окошко. Железные прутья разрезали образ на отдельные кусочки, и скрывали некоторые детали его лица. В общем выглядел он неважно. Кожа на лице посерела, немного сморщилась. Волосы спутались и висели крысьими хвостами. Белоснежная склера его глаз была полна маленьких кровяных сосудов, безобразно расползавшихся по белку. Зрачки были нормальных размеров, но радужка казалась слишком светлой. Прежнего цвета очаровательного изумруда и след простыл. Теперь его глаза казались ядовитыми и злобными. - Пожалуйста, выпусти меня, - повторил хриплым голосом, видя, что я смотрю на него в замешательстве. - Мари, нет, - едва качает головой Тикки. - Прости, я не могу... - Какого чёрта?! Какого, мать твою, чёрта ты не можешь?! - взревел и стукнул ногой по двери. - Прости, - прошептала, закрывая глаза. - Малыш, мне плохо. Мне очень плохо. Я умираю. Ты понимаешь меня? Ты слышишь меня вообще? - голос Агреста вновь переменился и сделался подозрительно спокойным. - Ты убиваешь меня! - Мари, не ведись на это! - Я не... Ты... Ты сам виноват! - кричала в истерике. - Я знаю, и я пытаюсь справиться с этим дерьмом. Но оно не отпускает так легко! Нужно время, поверь мне. Пойми меня! - снова повысил тон, но не кричал, а громко умолял. - Как же я теперь могу помочь тебе..? - Принеси мне... - я замотала головой, глядя то на него, то на Тикки, что выглядела неумолимой. Слёзы хлынули из глаз, зажав рукой рот, я сделала пару шагов назад, но упёрлась спиной в перила лестницы. - Нет, нет, нет! Не уходи, - торопливо произнёс и вцепился руками в прутья решётки. Я не могла больше сдерживать себя, но и реветь перед ним не хотела, так что быстро отвернулась от своего любимого и пролетела по лестнице наверх. - Нет! Вернись, сука! Вернись! Ты слышишь меня?! - мотнул головой и попытался вырвать решётку, но безуспешно. - Прекрати! Ты режешь меня без ножа! - кричала, сидя прямо у лестницы. Я старалась сдержать слёзы, но не замечала, как они льются. Обхватив руками согнутые в коленях ноги, истерически раскачивалась, улавливая малейшие звуки за дверью. - Я не могу, пойми, не могу, - шептала, не осознавая, что он не слышит моих просьб, поскольку сам сейчас хрипит от злости. - Мари, прошу! - говорил слезливым голосом. - Я не могу больше это терпеть. Это невыносимо! Мне больно, понимаешь? Больно! - Мне тоже! Думаешь мне так легко сидеть, слушать твоё нытьё и терпеть твои психи? - безумно разозлилась и снова билась кулаками в дверь. - Ну так помоги мне... - продолжал шептать. - Если ты сделаешь это, то не поможешь, а убьёшь его! - напоминала Тикки. - Ты убиваешь меня сейчас! - кричал, не распознавая наши с Тикки голоса. - Последний разок, прошу! Потом я поеду лечиться, обещаю! - Я не могу... Я обещала Маргарет! - Ты обещала Маргарет? Да кто она такая, она обычная домработница! Обещание для тебя важнее моей жизни?! - отпустил решётку, запустив в неё кулаком, и развернувшись, пошёл к дивану. Не дойдя к старому диванчику, одиноко стоявшего у стены, он почувствовал слабость в ногах и, не сумев с ней справиться, с грохотом свалился на пол. Издав глухой хрип, он закрыл глаза и беззвучно сжал руки в кулаки. Жутко испугавшись, я бросилась к решётке и стала тянуть и дёргать за неё, что есть силы, но потом, вспомнив, что в заключении вовсе не я, отпустила прутья и побежала наверх за ключом, не обращая внимания на возмущения Тикки. Наконец, дрожащими пальцами попала ключом в замочную скважину, провернула им два раза и толкнула дверь. Агрест неподвижно лежал в том же самом положении, в котором я видела его минуту назад. Развернув тело, начала бить Адриана по щекам, проверять его дыхание, пульс. Он дышал медленно и сбивчиво, поймать пульс было практически невозможно. - Нет, нет, нет! Не сейчас! Ты слышишь меня? - истерически закричала и принялась трясти его за плечи. Парень медленно открыл глаза и рот, пытаясь сказать что-то. Его губы шевелились, но ничего не было слышно. Ни звука, кроме моих громких всхлипов и быстрого сердцебиения не было слышно не только в подвале, но и во всём доме. - Я люблю тебя, - тихая хрипота разнеслась в тишине и врезалась в уши. - Я тебя тоже! Тоже! Я люблю тебя! Я хочу помочь тебе! Что мне сделать? Прошу, не умирай! - В ванной... - прошептал и закрыл глаза. На секунду показалось, что он умер, но парень громко вздохнул, и я ринулась наверх. Спотыкаясь, теряясь в пространстве, я ничего не видела, пред глазами лишь вновь промелькнуло тело умирающего парня. Сильное головокружение и тошнота окутали моё тело пока я бежала по лестницам. Ворвавшись в ванную, я сразу же оглянулась. Не имея и приблизительного понятия, где он спрятал дозу, попыталась представить место, куда бы сама спрятала свою заначку. Не было времени на то, чтобы подробно осматривать всё, ведь уже сейчас тот оболтус мог окочуриться. На всякий случай проверила шкафы и пустые баночки в них. Затем за зеркалом, где и нашла наркоту. Лихорадочно дёргая, кое-как отцепила пакетик с белым порошком и метнулась в подвал. Агрест всё ещё дышал. Его лицо было покрыто потом, а глаза, окружённые красными пятнами, болезненно закатывались. Я упала перед ним на колени, немного приподняв его за худые, дрожащие плечи, поднесла к самому его лицу уже открытый пакетик. - Он не сможет сам, - сказала Тикки. - Помоги ему, набери немного на свой палец. - О боже! - воскликнула и, подтащив парня за плечи к дивану, так, чтобы он смог упереться спиной, смочила палец слюной и окунула его в порошок. Затем, преподнесла палец к его носу, и он из последних сил вдохнул долгожданную порцию героина. Конечно, этого было недостаточно, поэтому, не взирая на возмущения Тикки, пришлось повторять действия несколько раз, пока количество наркотика, содержащегося в пакетике, не уменьшилось вдвое. Ещё после первого вдоха, Адриан почувствовал себя лучше, и именно этим Тикки мне попрекала. Когда мы закончили, он закрыл глаза и, откинув голову назад, на сидение дивана, перестал шевелиться, дышать и проявлять хоть какие-то признаки жизни. Это продолжалось в течение минуты, и я снова испугалась. - Адриан... - тревожно окликнула. - Я люблю тебя, - прошептал он. Я рухнула на диван. Тяжело вздохнула и прикрыла глаза кистью руки. В другой же - продолжала держать героин. Слёзы тихим потоком потекли по щекам, освобождая от тяжести. Усевшись поудобнее на диван, я стала разглядывать содержимое пакетика. С виду, его нельзя было отличить от обычной муки, за исключением того, что кристаллики муки немного меньше, и несколько мягче наощупь. Я набрала пальцем несколько миллиграмм и внимательно присмотрелась к ним, потом взглянула на кайфующего Агреста и прошептала: - Я люблю тебя, но я устала, - моя рука, немного дрогнув, приблизилась к лицу. Я осторожно втянула маленькие белые кристаллики. - Чёрт! - быстро швырнула пакетик на пол и схватилась за нос. Невыносимое жжение распространилось по слизистой и превратилось в боль. Болезненное ощущение прошло очень быстро, в течение нескольких десятков секунд, но неприятный осадок от неожиданных болезненных ощущений всё же присутствовал ещё некоторое время. - Дерьмо! - Маринетт, ты с ума сошла?! - кричала Тикки. - Что ты там делаешь? - спросил, не отрывая головы от дивана. Он уже приходил в себя. Чувство эйфории его потихоньку отпускало, так что он медленно, но верно спускался с небес в привычный серый мир, наполненный дерьмом и фальшью. - Ничего! Не понимаю, как ты можешь спокойно его нюхать. Это же невыносимая боль! - Это в первое время... Потом привыкаешь. Кстати, привыкаешь очень скоро. Молчали все трое. Секунд десять мы молча пялились в потолок, слушая, как качалась лампа, издавая противный скрип. Внезапно, совсем очнувшись, Агрест вскочил и повернулся ко мне. Он испуганно смотрел на меня, на пакетик, валяющийся около дивана, и на белый, немного рассыпавшийся порошок. - Ты что сделала? - Значит, следующий раз будет менее болезненным... - продолжала, будто в тумане. - Ты что сделала?! - повторил свой вопрос, повысив тон. - Ты зачем... Ты что меня не видела?! О, Господи! Он упал на колени и, немного приобняв мои ноги, опустил голову. Я же - не отрываясь смотрела то на него, то на Тикки, и чувствовала торжествующее чувство победы. Теперь я объект его волнений, и это чувство доставляло удовлетворение. - Да ладно тебе, я совсем немного! - попыталась приободрить. - Вот дура! - Сколько бы ты не попробовала - будет недостаточно! - пыталась образумить Тикки. - Успокойся! Я вдохнула совсем немного. Со мной всё нормально. Видишь? Я в порядке! - приподнялась и, наклонившись, развела руки в сторону, демонстрируя, что в полном порядке. Агрест резко схватил меня за руки, и притянул к себе. Я не почувствовала боли, и крепкая хватка током пронеслась по рукам к животу заставляя там, внизу, вспыхнуть пожару. - Обещай, что больше не притронешься к наркоте, - строго смотрел в пустые голубые глаза, искал в них ту Мари, которую встретил в колледже, отчаянно искал, метался, но не мог найти. Вдруг я громко рассмеялась ему в лицо. Слишком сильный жар окутал моё тело, я почувствовала, как щеки вспыхнули ярким, пылающим пламенем. Смех разлился по подвалу и раздражительными импульсами вибрировал в ушах Агреста. - Конечно, так же, как и ты обещал! Вообще не притронусь. - У меня не было выбора! Но у тебя же он есть! Обещай мне! - трясёт за руки, но от этого я только громче смеялась. В какой-то момент в подвале стала гробовая тишина. Мои зрачки сузились до маленькой чёрной точки. - Теперь у неё нет выбора, - вздохнула Тикки, намереваясь выйти с подвала. - Я люблю тебя, - тыльной стороной ладони дотронулась к его щеке, коснулась торчащей прядки волос, заправила её за ухо, провела большим пальцем по щеке, спустилась к подбородку и губам. Эта сухость во рту... не даёт даже дышать нормально... Я открыла рот, пытаясь вдохнуть немного сырого воздуха, но внезапно организм решил выплеснуть токсины из организма рвотой. Густая, зеленовато-жёлтая жидкость вырвалась из рта, покрыла одежду Адриана, потекла по подбородку и закапала вниз. - Чёрт! - воскликнул Агрест и поднялся. - Ну конечно! Погоди, сейчас я принесу что-нибудь, - направился к двери, но достигнув её, остановился и обернулся. - Знаешь, а ведь было бы очень справедливо, если бы я прямо сейчас тебя здесь закрыл. Как и ты меня, буквально час назад. - Неси тёплые мокрые полотенца, воду, ведро и хоть какие-то сорбенты! - встряла Тикки. - Живо, Агрест! - М-м-м, - бессвязное мычание раздалось в помещении. Я сидела на холодном полу, закрыв глаза. Безустанно рыла пальцами сырую землю и мотала головой. Не помню, когда он пришёл назад... Я никак не отреагировала на шумы, на посторонние звуки, я улыбалась Тикки и тёплым мыслям в своей голове.