***
10 августа 2021 г., 11:23
Вереница одинаковых, серых и пустых дней. Наверное даже недель. Днем дела Ордена, изматывающая, грязная, неблагодарная работа. А вечером, вечером можно прийти в таверну. Просто чтобы выпить, много выпить.
Каждый раз напиваясь до беспамятства. Каждый раз лишь силой воли держа на языке слова. Сегодня всё было так же.
Разве что коктейль чуть крепче.
За барной стойкой протирал стаканы Дилюк. Тонкие, сильные руки, затянутые в перчатки. Запах гари исходящий от одежды. Алые волосы, глаза цвета темного рома. Тепло и уют.
С презрением в взгляде Дилюк наблюдал за планомерно надирающимся Кейей. Глаз, не скрытый повязкой, давно подёрнулся дымкой пьянства, а руки задумчиво покачивали стакан с остатками алкоголя.
Опустели столы. В таверне не осталось ни одной живой души, кроме них двоих. Конечно, кто захочет сидеть здесь до утра, тем более завтра рабочий день. Перспектива похмелья не волновала только капитана Ордо Фавониус.
Одарив его ещё одним долгим взглядом Дилюк наконец поинтересовался:
— Ты вообще планируешь закругляться? Если продолжишь так надираться, скоро откинешься.
— А ты беспокоишься обо мне?
— Нет, — с плохо скрытым в голосе раздражением, — просто не хочу чтобы в моем заведении сдох одноглазый пьяница.
Старая перепалка. Сценарий уже давно известен, слова уже давно выучены наизусть.
Кейа поднял глаза на Рангвира. Медленно растянул губы в улыбке. Точнее попытался.
Сколько раз ночью он шептал заветные слова в пустоту. Чувствовал, как ледяная тьма охватывает его. И только одна чёртова мысль грела изнутри.
— Если бы ты знал как я хочу зарыться пальцами в твои волосы. Они так горят на свету. Всегда. Если бы ты понимал, как я восхищаюсь твоими глазами. А эти чёртовы губы. Так хочется их поцеловать. Я уже давно не видел как ты улыбаешься. Вечно глухая, строгая, закрытая одежда. Тебе не жарко? Мне очень. Смотря на неё я думаю как ты приходишь домой и своими длинными пальцами стягиваешь галстук и расстёгиваешь пуговицы. Хочу увидеть тебя, ходящего холодной зимой по дому в старом свитере. Мечтаю о том, как мы могли бы вместе сидеть у камина. Ты принёс бы мне тёплый плед и мы вдвоём бы зарылись в него и подушки. — Он отпил ещё немного и продолжил, смотря глаза в глаза:
— Я не прошу много. Я всего лишь хочу чтобы ты мне верил. Даже если ты никогда меня не простишь, даже зная что ты никогда никогда не ответишь взаимностью. Я всё равно принадлежу только тебе. Я тону в твоих тёплых глазах. В тех самых, что смотрят на меня с таким холодом. Помнишь я говорил что может быть нам суждено умереть в один день? Ты отмахнулся тогда от моих слов. А я точно знаю, что если ты умрешь мне незачем будет жить. И живу я, только ради того, чтобы в предрассветный час, сидя за барной стойкой, никогда не говорить тебе этих слов. — Он ещё раз взглянул на брата, горько улыбнулся, опрокинув голову на руки. Уже пустой бокал покатился по стойке.
Машинально Дилюк подхватил его и поставил ровно. Он растерянно смотрел, как Кейа уснул или пытался сделать вид что уснул, его лопатки мелко тряслись от тихого плача.
— И что мне с тобой делать?
Задал Дилюк вопрос в пустоту. Он соврал бы себе, если бы сказал что слова Кейи его не зацепили.
Возможно когда-то давно братские отношения рухнули между ними, чтобы сейчас они поняли что влюблены? Как там сказал Кейа? Увидеть его за всеми масками? Увидеть его таким? Безнадёжно одиноким, каждый вечер напивающимся, не для веселья, а только чтобы сидеть напротив него…
Дилюк стянул перчатку с одной руки. Осторожно поднял голову Кейи и стёр кончиками пальцев слёзы.
Он сделал это инстинктивно.
В глубине льдистых глаз сверкнула искорка. Кейа подался вперёд, опираясь руками на барную стойку и замер, в нескольких миллиметрах от лица Дилюка.
Замер в столь несвойственной ему нерешительности, что Рангвир смело преодолел это расстояние и мягко поцеловал Кейю.
Тот за вечер успел искусать губу до крови. И в поцелуе явно чувствовался солёный привкус. Это длилось, буквально мгновение.
А им казалось что прошла уже целая вечность.
