Проект "Осознание"

      В это время года, солнце редко выходило из-за облаков. Хотя смог, что насытил воздух, не позволял увидеть неба, я был уверен, что скоро начнется дождь. Едкий запах гари сбивал дыхание сильнее, чем короткие пробежки между развалин старых хрущевок, хаотично перемешанных с такими же полуразрушенными новостройками. Ориентироваться в пространстве было довольно сложно, но я вырос в этом дворе и мог найти дорогу домой, хоть с закрытыми глазами. Мрачная картина, кричащая о трагедии. И если разбитые автомобили, выкорчеванные Бурей деревья, вырванные двери подъездов, валяющиеся на дороге, внушали некое беспокойство, то вид брошенного детского велосипеда с валяющимся рядом ботиночком пробуждал скорбь. Пробираясь через развалины небольшого кирпичного замка, я вспоминал, как в детстве мы с друзьями прыгали по зубцам, воображая себя рыцарями. Теперь нет ни друзей, ни рыцарей, и от замка осталась лишь память.       Я бродил по городской глуши, покрытой тенью насыщенной жизни мегаполиса. Мне нужно было найти самый высокий дом в районе, чтобы с крыши осмотреть хотя бы часть города. Местность, где я жил, была исследована полностью, надо было выбраться за ее пределы, но, не зная общей обстановки, высовываться в город не стоило. Нужный дом я нашел в соседнем дворе. В мирное время он не мог похвастаться высотой, но после Бури это был лучший вариант из тех, что пока еще крепко стоял на фундаменте. Пробравшись в дом через разбитую витрину магазина, мне нужно было подняться на крышу, преодолев пару лестничных пролетов, карабкаясь по уцелевшим стальным перилам, так как от лестницы осталось лишь воспоминание. Каждый шаг в этом аварийном доме мог стать последним. Я поднялся на крышу и с удивлением обнаружил, что воздух здесь чище. Сняв повязку с лица, я решил немного насладиться легким дыханием, прежде чем подойти к краю и увидеть, что стало с городом.       Небо было охвачено ярким оранжевым пламенем, в нескольких районах города, даже спустя месяцы после Бури, все еще горели пожары, о чем свидетельствовали блики огней на уцелевших стеклах и плотные столбы дыма. Несмотря на смог, по крышам высоток можно было сориентироваться в какой стороне находился тот или иной район города. Там, где должна по моим расчетам находиться центральная улица лежали куски фюзеляжа огромного боинга. Там могут быть ценные ресурсы, надо запомнить места с самыми крупными обломками. Севернее меня находилась водопроводная станция. Первым делом, надо посетить ее, так как мои запасы воды были на исходе. Именно по этой причине я решился выйти за пределы уже обследованной зоны…       — Паша?       От неожиданности я чуть не свалился с крыши. Женский голос прозвучал за моей спиной и показался мне сильно взволнованным. Обернувшись, я увидел небольшого роста фигуру в черном балахоне. Из-за глубокого капюшона, я не мог рассмотреть лица. Фигура в мгновение ока в облаке дыма преодолела разделяющее нас расстояние и схватила меня за руку.       — Ты снова потерял контроль. Ты никогда не мог вовремя остановиться.       Я подумал, что это галлюцинация. Видимо воздух на крыше был чем-то отравлен, нужно было не снимать повязку, а надеть противогаз.       — Я не пойду с тобой дальше. Ты всегда справлялся сам. И в этот раз ты пойдешь в одиночку.       Раньше я никогда не слышал этот голос, хотя фигура явно была со мной знакома. Я долгие месяцы бродил по опустевшему городу и не встретил ни единой души.       — Ты… Паш, ты справишься. Прости…       Неожиданно я почувствовал резкую боль в животе. Все внутри стало таким горячим, в глазах потемнело, дышать стало тяжело. Я опустил взгляд и увидел нож, пронзивший мою грудь. Потеряв равновесие, мое тело сделало шаг назад, в сторону пропасти. Фигура начала отдаляться. Я закрыл глаза и приготовился к полету. Поток воздуха обжигал мне спину, шум в ушах становился все громче и напоминал звук приближающегося поезда метро. Падение казалось вечностью…

***

      Я проснулся от громко хлопнувшей двери, вскочил и ударился головой о полку, висевшую над кроватью. Мой сосед сломал ее, не рассказывая мне об обстоятельствах произошедшего и никак не мог прикрутить на место. Далее последовал громкий хохот:       — Пашок! Прости. Блин, сильно же ты умахался об нее. Ты чего дрыхнешь-то? Время видел? А погодку? Пошли, прогуляемся, а то ты кроме барной стойки в своей жизни ничего не видишь.       В свой единственный выходной меньше всего мне хотелось бездельно шататься по городу. Успеть бы пожрать приготовить на неделю, да отоспаться перед очередной ночной сменой. Дима — мой сосед, казалось, понял меня без слов, махнул рукой и ушел на кухню. Я, избавившись от его компании, снова лег в постель. Очередной кошмар. Сны, в конце которых меня убивают, приходили все чаще и с каждым разом были все необычнее. Казалось бы, пора привыкнуть, но каждое утро, когда все-таки удавалось уснуть, я просыпался в холодном поту, с бешеным биением сердца. Психотерапевты прописывали снотворные, затем антидепрессанты, другие врачи пытались искать проблемы в сердце, гормонах, снова куча лекарств, но ничего не помогало, лишь мешало работать. Это продолжалось уже несколько месяцев и кошмары, в доску надоевшие мне, начали сменяться бессонницей. Я уже в шутку предлагал другу сводить меня к бабке-заговорщице, но мы оба скептики и дальше насмешек над гадалками дело не пошло:       — Заколдуем тебя, Павел. Будешь как огурчик.       — Мозги себе наколдуй, — не факт, что иронично отвечал я.       Мы вышли с Димой на балкон с чашками приготовленного им кофе. Это была наша утренняя традиция - "прогулка". Мой друг пыхтел свою электронную сигарету, я задумчиво попивал кофе и смотрел вдаль. Город только просыпался. На улице сосед, явно не проснувшийся, пытался выгулять мусор и выкинуть собаку, пара молодых людей в обнимку возвращалась с прогулки, неопрятный тип пытался найти потерянные возле подъезда накануне ключи. Но меня не сильно интересовало то, что происходит вблизи. Я закрывал глаза и отделял шум поблизости от дальнего, хаотичного, неразборчивого голоса города. Он действовал на меня гипнотически, вводил в транс. Сигнализации, автомобили, ветер, шум из промышленных труб близлежащего завода. Город разговаривает с каждым своим жителем, и иногда мне кажется, что в шепоте могу разобрать слова. Но мне пока непонятно, что хотят сказать улицы. Когда по ночам, я возвращаюсь с работы в клубе, мне кажется, что улицы присматривают за мной. Где-то в узких переулках спальных районов меня всегда провожает пара невидимых глаз, а легкий ветер представляется дыханием тысячи домов. Здесь нет новых районов, новостройки впихивают прямо между старыми постройками, если это позволяет пространство. Градостроительные компании решили превратить мою родину в муравейник. Город не расширяется, население не растет, но новые дома появляются ежегодно.       - Ты че, опять уснул? - пощечиной отвлек меня от дремы Дима. - Помнишь какое сегодня число? Полгода, брат. Ровно.       Нормально ты мне испортил и так отсутствующее настроение, дружище. Я ответил Диме молчаливым кивком и пошел принимать душ и одеваться. Она, наверно, по мне соскучилась.

***

      Мои глаза сфокусировались на отражении стекла больничной палаты, и я заметил слезы на своих глазах. Воспоминания полностью перемешались и я уже не помню, ехал я сейчас на такси, или мы сидели вместе с ней. Или она сидела сзади. Или это было совсем давно. Она лежала такая спокойная, такая красивая, казалось, даже немного улыбается. Надеюсь ей снится что-то приятное. Надеюсь, что ей снятся сны...        - Заходили уже к ней?        От мыслей меня отвлекла медсестра, неожиданно появившаяся за спиной. Я отвлеченно кивнул, потому что для разговоров совсем не было настроения.        - Мне про вас рассказывали. Это же ваша мама? Такая молодая, красавица. Мне очень жаль. Простите, я иногда много болтаю, но у вас такой уставший вид. Хотите кофе? Нам в сестринскую чудо-машину поставили, а у вас синяки под глазами, вам точно надо взбодриться.        Я повернулся к медсестре. Передо мной стояла молодая девушка лет 23-25, изящность ее фигуры не могла скрыть униформа. Из под рубашки на ключицах торчала часть татуировки. Аккуратные, но острые черты лица подчеркивали ее большие выразительные глаза, в которых горел некий огонь в перемешку с сожалением. Тонкие губы растянулись в неловкой, заразительной улыбке. Она хотела поддержать, развеселить, при этом понимая ситуацию и не желая усугубить мое состояние. Я согласился на кофе. Она болтала без умолку, но это помогало мне отвлечься. Вика (так ее звали) рассказала, что пришла сюда в качестве волонтёра, пройдя курсы медсестер. Желание помогать людям удивительно сочеталось в этой девушке с увлечением экстремальными видами спорта. Она прыгала с парашютом, занималась параглайдингом, альпинизмом, сноубордом и чем-то, чего названия я не запомнил. Она болтала, а я временами отключался от ее бархатного голоса из-за дикого недосыпа. Мы просидели около полутора часов, в конце которых она зашла со мной в палату к матери, сказала ей, что у нее классный сын и пообещала мне пристально смотреть за комфортом моего самого дорогого человека. Вика не знала, как и большинство в больнице, что в соседней палате лежал и мой отец...

***

       Я очнулся в автобусе, когда он резко затормозил, и меня качнуло с такой силой, что я чуть не упал. Хотя повалить меня сейчас не составило бы труда. Оказалось, я проехал свою остановку, и мне пришлось волочиться до дома пару лишних километров. Почти отключаясь, безуспешно в течении минут пяти пытался вставить ключ в замочную скважину, пока дверь мне не открыл Дима.        - Че ты тут елозиешь, открыто, заходи уже.        Пританцовывая, он прошел в квартиру. Всегда перемещаясь по нашему жилищу в танце, человек удивительной энергии, Дима, бросил мне в лицо журнал        - Читай, зомбарь. Я, твой лучший, мать его, друг нашел, без преувеличения, гениальное решение твоей проблемы.        Заголовок в журнале гласил: "ЧТО ВАМ СНИТСЯ?"        - Дамблдора помнишь? "Как прекрасен мир, являющийся нам во снах" - Гордо продекларировал сосед цитату из "Гарри Поттера". - Вкратце расскажу, а то опять, падла, уснешь на первом абзаце. Стадия первая: дневник сновидений. Тут у тебя явно фора. Кому еще снятся 127 вариантов твоей же смерти. Надо записывать во всех, каких помнишь подробностях свои сны. И когда начнешь в деталях помнить абсолютно все свои сны после пробуждения, БУМ, стадия вторая. Немного нужной техники и ты, управляешь своим сном! - По моему пустому взгляду Дмитрий понял, что мне нужны пояснения. - Ну, комон, не говори, что ты недопер. Первое, что приходит в голову Нолановское "Начало". Там та же тема, просто немного адаптированная автором. "Электрические сны", там про это точно что-то было, мы с тобой смотрели. "Ванильное небо" и это русское говно про казино, что ли. Шаманы, мать их, в Южной Америке используют осознанные сновидения. Это не сказка. Прикинь, как дополненная реальность, засыпаешь, и оказываешься в мире, которым полностью можешь управлять силой мысли. Ты, по сути, Бог! Я уже представляю, как я просыпаюсь на острове с тысячей девушек...        Дальше я уже не слушал чужие эротические фантазии , погрузившись в свои рассуждения. Не веря ни в какую эзотерику, я готов был попробовать любой способ, который поможет мне проспать больше пары часов за сутки. Я знаю, что сны - проекция подсознания. Все, что остается в подкорке: мысли, воспоминания, переживания, все, что не выходит наружу, оседает там. Но мой мозг явно перегибает палку. В целом, в управлении сном была логика. Люди не замечают работу подсознания, а что если бы обратили на это внимание? Мы силой мышления можем незначительно менять тело на клеточном уровне, что уж говорить о работе мозга. В эти распространенные "10%" я тоже не верю, но потенциал у нашего тела всегда был. Имеет смысл попробовать. Статейки в журнале точно не хватит, нужно будет найти больше информации. Тем более Дима прав, я в деталях помню каждый свой сон за последние пару месяцев. Первым делом, заполню этот "журнал сновидений"...

***

      Ноги сами несли меня по тротуару знакомой улицы, утонувшей в тусклом свете ночных фонарей и легком тумане. В воздухе парил запах сырого асфальта. Я совсем потерял счет времени, но мне казалось, что сейчас глубокая ночь, потому что было крайне тихо. Ни ветра, ни шума автомобилей, ни голосов или музыки. Самая подходящая обстановка, чтобы отключить мозги, плыть по дороге в полной тишине, не отвлекаясь на внутренний голос. Для меня это и было медитацией, что была необходима после ночных смен в баре, где я работал. Не спеша прогуливаясь мимо спящих кирпичных коробок, я невольно заглядывал в горящие окна первых этажей. Почему-то интерьеры квартир меня интересовали больше, чем жизнь их владельцев. Возможно, потому что о жизни я выслушал много историй от своих выпивших клиентов. И все эти истории привели меня к выводу, что все человеческие беды, пороки и грехи от элементарной глупости. Мы мало думаем, когда надо остановиться, пораскинуть мозгами и найти решение проблемы. Зачастую мы идем на крайние меры, надеясь получить быстрый старт, а получаем по жопе. Остановиться бы, провести работу над ошибками. Но нет, мне понравилось получать по жопе! Я брел и думал об этом, понимая, что ничем не отличаюсь в этом плане от остальных. Да и в целом мало, чем мы отличаемся друг от друга. Куча народа надевает яркую одежду, старается увлекаться чем-то необычным, находят себе друзей по интересам, формируют субкультуры. В итоге все полотно окружающего нас мира покрылось разноцветными кляксами цветастых кучек "не таких как все". Я тоже не хочу быть, как все. Но как бы при этом не выделяться.       - Куда идешь?       От неожиданности я вздрогнул. Позади меня шел немного сутулый старик, укутавшийся в серый плащ так, что не было видно большей части лица.       - Опа, Гендальф, - не знаю, зачем я это сказал, но старик улыбнулся, - никуда. Просто иду. Ради... пф... ходьбы.       - Правильно. Иногда важна не цель, а процесс, верно?       - Верно, дедуль. А ты куда так поздно?       - Во-первых, я очень даже вовремя? Во-вторых, я тоже ради процесса. Сердечко, знаешь ли, тоже разминать надо.       - Понимаю, - странный конечно дед, гуляющий в ночи, но ладно. Мы медленно двинулись с ним дальше по дороге.       - Ты, малой, угрюмый слишком. Думаешь, наверно, столько проблем навалилось. Воспринимай это как... Что же тебе такого придумать современного? Как... Как босса в игре! Ооо, любите вы в свои приставки играть. Я тоже немного в них понимаю. Внук играет. Он с самых больших чудищ себе, как мне объяснял, "выбивает самые модные доспехи на деревне". А ты выбьешь себе самые стальные яйца! Будешь вспоминать этот период жизни, смеяться и благодарить себя за то, что прошел его с гордо поднятой головой. Понимаю, звучит банально, но выбери в воображении себе награду достойную страданий. Это и будет твоей целью. Жена- модель, огромный дом, известность или еще чего ты там желаешь. Можно продать душу дьяволу, найти легкий способ выбраться из говна или вообще плавать в нем и кричать всем "Мое говно! Смотри как ловко плаваю!". Но награды за такое не жди. Главное не перепутай опыт со своей тупостью. Не вытанцовывай на граблях чечетку, понимаешь? По глазам твоим вижу, ты не дурак. Наверняка тебе это в школе говорили. Учился небось так себе, а мозги-то работали. Лень? Или боялся выделиться из толпы? Да, вижу таких сразу, рыбак - рыбака...       Дедуля резко остановился и повернулся в сторону противоположной улицы.       - Наши пути еще пересекутся. Но сейчас мы на этом закончим. Чует мое нутро тебе туда. - Старик удивительно точно указал пальцем на крышу моего дома, прячущуюся за близлежащими пятиэтажками и подмигнул мне. - Хех. Я Гендальф, помнишь?       Я улыбнулся ему в ответ и, чуть ускорившись, двинулся домой. Да, старик был прав. В школе меня пинали троечники, за то, что я учился на отлично. С 5-го по 8-ой класс я решил немного сбавить свою жажду знаний. Потом перед экзаменами и поступлением в ВУЗ мне стало плевать, и я восстановил свою репутацию отличного ученика, правда в другом учебном заведении. Странное желание выделится из толпы граничило в моей душе с желанием спрятаться подальше от всех. Эти две половины не вели борьбу, а мирно соседствовали в уголке моего сердца.       Проходя мимо очередного жилого дома, я невольно заметил отсутствующее окно. После осмотра панельки, мне показалось это странным, ведь дом не выглядел заброшенным, а окно было разбито давно, и квартира внутри пустовала. Забравшись внутрь, я заметил полное отсутствие уюта. Мебели не было, половина обоев свалилась со стен, на полу лежал обгоревший матрас. Пожар, наверное. Я прошел в глубь квартиры, нашел открытую дверь, выводящую в подъезд, и, решив не вылезать снова через окно, двинулся на выход из дома. Дверь на улицу отказалась открываться, наверняка магнит заело. Вернушись в квартиру, в шоке осознал, что окно удивительным образом оказалось на месте. Интерьер квартиры не поменялся, и мне пришлось снять дверь с петель, чтобы бросить ее в окно, чтобы выбраться из ловушки. На стекле не было ни трещины. Выбравшись из злополучной квартиры, я начал подниматься этаж за этажом стуча во все двери, надеясь, что хозяин одной из квартир поможет мне выйти из дома, но никто не отвечал ни на стук, ни на крик. В пролете между 7-ым и 8-ым этажами, передо мной предстала разрушенная лестница, с чудом уцелевшими перилами. Кое-как забравшись по ним, я попал на чердак и выбрался через него на крышу чертового дома.       Улица, за время моего пребывания в квартире, преобразилась до неузнаваемости. В нос ударил резкий запах гари. Небо было затянуто тучами, но при этом горело ярким оранжевым цветом, как при закате, но при этом солнца на горизонте не было видно. Часть домов лежало в руинах, а на крышах уцелевших домов пылали пожары. Оснований домов и дорог внизу не было видно из-за окутавшего город дыма.       - Паша?       Я обернулся на голос, на долю секунды показавшимся мне знакомым, и увидел фигуру в темной одежде с глубоким, полностью закрывающем лицо капюшоне. Человек обратился обратился облаком дыма и стремительноно приблизился ко мне.       - Тебе надо идти одному. Прости. Так нужно. Ты справишься, я знаю.        Женский голос дрожал. Казалось, фигура плакала. Почувствовав резкую боль в груди, я опустил взгляд и увидел нож. Голова закружилась, тело начало заваливаться, я пытался удержаться и медленно приближался к краю здания.       - Ты меня ненавидишь, знаю. Но... Паша, я должна. Ты позже поймешь, я должна была.       Мой затуманенный взор в последнюю секунду заметил растворящуюся в облаке дыма фигуру, и тело, помимо моей воли сделало последний шаг.