Один на двоих

Для Чифую было странно осознавать, что его истинный и его родственная душа два разных человека. Но окрашенное в фиолетовый цвет имя его альфы аккуратно заняло место на светлой коже запястья. Второе имя, окрашенное в зеленый - имя родственной души заняло место на другой руке чуть выше сгиба локтя. Баджи - его альфа, отреагировал на второе имя странно, когда Мацуно все же нашел в себе силы ему рассказать. Если честно тот ожидал всего: от игнорирования этого имени, до пара из ушей. Доктор, к которому он обратился по этому поводу, утверждал, что шанс нормального функционирования триады очень минимален. В таких случаях один всегда отказывается от подобной связи, нанося психический вред омеге. И эти несчастные до конца дней должны принимать специальные глушители, чтобы не чувствовать разорванную связь. Его альфа же внимательно рассмотрев имя на руке, как-то странно усмехнулся, потрепал Чифую по голове и исчез на некоторое время. Отсутствовал он около двух дней. Явился в полночь, когда часы только-только известили о начале нового дня, прося спуститься вниз, на улицу и кое о чём поговорить. Кейске был в ссадинах и синяках, но довольный как демон, получивший в дар девственницу. Рядом с ним не в лучшем виде был ещё один парень, в котором омега не сразу признал Казутору, парня с фотографии, что он видел, будучи в гостях у своей пары. Он смотрел на Чифую расширенными зрачками и осторожно втягивал носом воздух. Первым тишину разрушил Баджи, подойдя ближе к своему любовнику и обняв руками на плечи: - А теперь, Казутора, внимательно посмотри на имя выше локтя Чифую, - Кейске посильнее прижался грудью к чужой спине и вдохнул ничем не скрытый аромат безалкогольного мохито, наслаждаясь, - ты молодец, что вышел в майке, - тихо прошептал он на ухо блондина, - но за то, что не приклеил пластырь и соблазняешь всех прохожих своим запахом - я тебя накажу. Чифую хотелось фыркнуть, он прекрасно знал, что Кейске не причинит ему вреда, но не позволяло ему это сделать робкое, что так не вязалось с образом Ханемии, прикосновение к имени, что расположилось чуть выше локтевого изгиба. Было странно, что столь грубый на вид парень будет так нерешительно прикасаться к кому-то другому. Зелень под чужими пальцами засветилась, будто бы ластясь и успокоилась, принимая прикосновения родственной души. Метка отозвалась, подтверждая принадлежность. Перед ним стоял тот самый Ханемия Казутора, что принадлежал ему. Только этот человек, ни кто-либо другой с таким же именем и фамилией. - Ну, вот всё и решилось, - Баджи улыбается своей клыкастой улыбкой, продолжая прижиматься со спины к Мацуно, и тянет к нему же за руку и второго альфу, делая из них «бутерброд». На самом деле омеге все ещё страшно, что родственная душа скажет «нет», но именно это же опасение он читает в глазах напротив. Казутора пахнет джином, Баджи вермутом. Это забавно осознавать, что оба его особенных человека имеют ароматы алкогольных напитков. Чтобы не спугнуть Чифую действует осторожно, просто соприкасается кончиками своих пальцев с ледяными пальцами парня перед ним и старается одобрительно улыбнуться. На самом деле им ещё многое предстоит обговорить, но сейчас стоит показать человеку напротив, что он здесь не лишний, что он также важная часть триады. - У меня есть кола и пицца, - говорит блондин, кивая на дверь собственного дома, - мы можем что-нибудь посмотреть по телевизору или из дисков. Уже в комнате Баджи по-хозяйски заваливается на кровать и довольный зарывается носом в подушку. Это все ещё смущает самого хозяина комнаты, но сейчас ему стоит уделить внимание другому гостю. Видно, что он все ещё ощущает себя некомфортно, лишним. В итоге Казутора занимает место рядом с кроватью, упираясь в нее спиной и оглядывается. Смешивающиеся ароматы в воздухе комнаты его немного успокаивают. Мацуно приносит в комнату холодную колу, пиццу и садится рядом со своей кроватью, включая первый попавшийся канал. Воздух комнаты наполняет льющиеся голоса из динамика телевизора, шипение колы и шорох коробки из-под пиццы. К середине фильма засыпает Кейске, все так же распластавшись на кровати и обнявшись с подушкой. Когда фильм заканчивается, и хозяин комнаты оборачивается на своего другого родного человека - тот тоже спит. Сидя, обнявшись с подушкой. Но сейчас его плечи расслаблены, лицо выглядит тоже достаточно умиротворённым. Чифую поднимается, подходит к шкафу и вытаскивает оттуда плед, чтобы укрыть им другого альфу. Под пледом Казутора полностью расслабляется и умиротворённо вздыхает. Чифую ловит взгляд проснувшегося Баджи: - Мы позаботимся о нём, - тихо говорит он, наблюдая за блондином. Мацуно кивает головой и, забирая мусор, тихо выходит из комнаты. Возможно, у некоторых триад не получается уживаться вместе, но в своей он этого не допустит, он сделает все от себя зависящее. И пусть весь мир катится к черту со своим мнением, насчёт подобных отношений.