Кружка

Вот и посидели, называется. Парни ржали как кони, обсуждая, что с несчастным гитаристом сотворит Кё. А тому и гадать не надо было - убьет, причем не просто, а долго и со вкусом, смакуя, так сказать, весь процесс. Дай, отлично знал, что за казалось бы тихим и скрытным поведением на людях, этот человек таил в своих глубинах неисчерпаемую фантазию и тягу к садизму. Страх. Нет, даже не так, ужас, это именно то, что овладело всем Даевским существом при мысли о грядущем возвращении Кё. Дай, искренне недоумевал, за что судьба с ним так жестоко. - Так, кони, хватит ржать! - Дай, конечно, понимал, что друзья не со зла, просто не дают ему пасть духом окончательно, однако, злость все равно разгоралась только сильней. - А что мы? Мы может от горя умом тронулись, не каждый день сталкиваешься с тем, что узнаешь о скорой кончине дорогого друга, притом, заранее. Тошия, видя что Дай не шутит и действительно злится, ретировался на диван, от греха, так сказать, подальше. Шинья, как самый непонятливый, продолжал терроризировать гитариста. - Очень смешно! Один, как полный идиот, зациклился на чертовой кружке, коих пруд пруди в каждом магазине, а другие, вместо помощи и дельного совета, - издеваются. - Вот зря ты так плохо о друзьях говоришь, мы тут стараемся, скрашиваем ему последние дни бренного существования, а в ответ - ноль благодарности! - Конечно, от вас так и веет душевными теплом и добротой. Может ты еще ждешь, что я растроганно разрыдаюсь у вас на груди и накатаю щедрое завещание? - А что? Отличная идея! А у тебя денег много?, - Тошия тихо сидевший в сторонке при упоминании наследства как-то сразу оживился. - Не волнуйся, на киллера для вас хватит, а это - главное, - Дай, конечно, лукавил, в простой попытке присмирить разошедшихся друзей, впрочем, те серьезность угрозы не оценили. Дай, сидя на полу, планомерно осушал бутылку за бутылкой. Напиться хотелось до одурения, а, если учитывать, что это возможно последний шанс в жизни, останавливаться он не собирался. Шинья, как самый активный приколист, крутился рядом с Даем, добивая остатки его терпения. - Тошия, а как ты думаешь, что Кё с Даем сделает? - Даже не знаю, трудно предугадать, куда качнет богатую фантазию нашего вокалиста. - А вот я думаю, что он его будет пытать, долго, мучительно и.. со вкусом, - многозначительно протянул Шинья. - Пытать? Это что-то вроде раскаленного утюга на грудь и отрубание по пальчику? Шинья, сделав вид что на секунду призадумался, отрицательно покачал головой, после чего, хитро покосившись на уже изрядно набравшегося Дая, проговорил. - Пытки, но несколько другие. Понимаешь, зная Кё, мне скорее видится кляп, плетка и наручники, и все это в комнате с плотно занавешенными шторами и единственным предметом мебели в виде кровати. Кровати, с алым шелковым бельем. - Шелковым бельем? Это как-то слишком примитивно. Уверен, что Кё будет намного оригинальнее, - Тошия сам не заметил, как начал с азартом обсуждать методы пыток. - Нет. Именно так как я говорю: с горящими свечами, удушливым запахом одеколона и боли. - Откуда такие глубокие познания, а, Шинья? И почему ты так в этом уверен? - Тошия с интересом ожидал ответа. - Я, знаешь ли, мальчик взрослый, а почему уверен? Да потому, что вспомнил, кто эту кружку подарил, - Шинья, еле уловимым движением головы, указал на сидящего к нему боком Дая. Тошия на секунду нахмурившись расплылся в широкой улыбки. Только сейчас он вспомнил, как Кё спорил с ним на следующий день после праздника, о том, что главное не подарок, а человек его сделавший, тогда Тошия искренне не понимал, как Кё может радоваться простой кружке, что в качестве подарка принес их гитарист. - Вот именно потому плетки, кляпы, будут иметь место, быть. Дай, потерявший терпение, с диким ревом подорвался с пола, однако, затекшие конечности сильно ныли и покалывали, не желая нести вес нетрезвой тушки. Но ведь не зря говорят, что пьяному и море по колено, Дай просто игнорировал все, что так или иначе препятствовало достижению его цели, а именно - желанию немедленно придушить друга. - Все, блядь, я тебе говорил, хватит? Говорил? Говорил. Сейчас я на тебе все вышеперечисленное испытывать буду. Шинья, не ожидавший такой прыти, только сейчас осознал, что заигрался. Глядя на разъяренного друга, Шинья, небезосновательно опасался за свою жизнь. - А вечер все интересней и интересней. Дай и Шинья дружно уставились на восседающего на диване Тошию. Тот, забравшись на диван с ногами, обложившись неслабым запасом чипсов и пива, словно в кинотеатре, с любопытством ждал, что же будет дальше. Шинья, понимая, что спасать его явно никто не будет, решил воспользоваться шансом пока Дай отвлекся на Тошию. Тихо пятясь назад, намеревался покинуть комнату. Однако, пустая бутылка из под пива в буквальном смысле подставила Шинье подножку. Не удержав равновесия, несчастный беглец, вскрикнув, рухнул на пол, больно приложившись копчиком. Дай, привлеченный шумом, вновь обратил все внимания на главный раздражитель. Крался он к Шинье не спеша, тот, в свою очередь, прижавшись к полу животом, планировал продолжить попытку, покинуть комнату. Закусив губу и стараясь не отвлекаться, Шинья целеустремленно полз в направлении свободы. Раскрытая дверь так и манила Шинью к себе. Дай без особых усилий нагнал беглеца. - И куда это мы поползли? - Ехидный, немного хрипловатый голос, заставил Шинью вздрогнуть и ускориться. Однако, ожидавший чего-то подобного Дай не растерялся, он просто схватил Шинью за ремень джинсов. Шинья в ужасе заработал конечностями еще быстрее, картина выходила забавная. Но к сожалению оценить ее по достоинству мог только Тошия, сидящий на диване. А посмотреть было на что. Шинья усиленно работал руками и ногами, Дай, стоящий над ним и цепко державший ремень, сводил все его усилия на нет. Спустя несколько минут Дай, словно издеваясь, потянул ремень вверх, приподнимая Шинью выше над полом. Тошия уже не просто смотрел, он откровенно ржал, причем ржал так сильно, что на глаза выступали слезы. - Ты еще не устал? - Дай, продолжал удерживать Шинью примерно на полуметровой высоте, тот мог доставать до пола, царапая ковер, вот только толку от этого было мало. В таких условиях побег отменялся. - А ты отпусти и увидишь, - зло шипел униженный басист. - Нет, так не пойдет, - Дай еще не сполна насладился мучениями музыканта. Тошия уже не сидел на диване, он на нем лежал, при этом мелко дрожа и постепенно сползая на край дивана. Дай не знал чтобы еще такого сделать, чтобы раз и навсегда присмирить чересчур веселого друга. Он усиленно заставлял работать хмельной мозг, а тот посылал его нафиг, не желая напрягаться. Неизвестно сколько бы еще несчастный Шинья болтался над полом, если бы у Дая не зазвонил телефон. Дай, откровенно матеря неизвестного, нехотя полез за телефоном в задний карман. Шинья, почуял что вот он - шанс! Резко дернувшись, вырвался из хватки гитариста, однако, его успех был не долгим. Дай, со словами - А ну стоять! - не церемонясь прижал друга стопой к ковру. - Ты что, творишь?! А ну убери лапу, да я тебя пургеном накормлю и туалет на замок закрою, да я! Да ты! Я даже не знаю, что я с тобой сделаю, но месть моя будет страшна! - Да-да, уже боюсь. Дай, все так же не глядя, принял вызов. - Алле? - на том конце, далеко не сразу раздался тихий, даже вкрадчивый голос вокалиста. - Не понял, что это за вопли ночью? И где ты вообще? Только не смей мне говорить, что такой балаган ты устроил в мое отсутствие в моей квартире! Даю бы промолчать, возможно, по трезвости ума, он бы так и поступил, но выпитый алкоголь сильно притупил инстинкт самосохранения и сильно прибавил борзости и наглости. - Хорошо, не буду. - Что? - зашипел Кё. - Что слышал, ты же сам сказал не говорить, вот я и не буду. Кё, тяжело дыша, казалось, пытался через провод принюхаться к Даю. - Ты что, пил? - Ты что, пил? - передразнил его Дай. - Ты меня передразниваешь? - Кё, то бледнел, то краснел. - А что, не понятно? Тошия, слыша реплики Дая, перестав смеяться, с ужасом глядел на гитариста. Он всячески пытался сигнализировать Даю, что разговаривать с Кё в подобном тоне и манере, смертельно опасно. Дай отлично видел манипуляции Тошии, но упорно их игнорировал. Тошия крутил пальцем у виска, потом хватал себя за шею и, вывесив язык, начинал оседать на пол, затем он приставлял палец к виску, имитируя выстрел. Дай на это только фыркал. - Значит, ты напился у меня в доме, да еще и дружков притащил. Все, Дай, ты - не жилец. - Ой-ой-ой, напугал. Гномик в ярости. Пошел ты! Шинья, что все это время жевал ворс ковра, решил напакостить Даю еще сильней. - Кё, он твою кружку разбил, красную, с черепом! - А ну цыц! На том конце подозрительно долго молчали. - Эй, великий мститель, ты там жив или как? - Дай окончательно потерял связь с реальностью. - Выезжаю, - коротко и лаконично, вполне в духе немногословного Кё. Дай, еще минут пять игнорируя короткие гудки, пытался дозваться до вокалиста. Тошия, отлично понимая, что теперь их группе точно понадобится второй гитарист, тихо спросил, что сказал Кё. - А черт его знает, что-то типо еду или выезжаю, да какая разница?! Давайте пить. - Шинья? Ты пить будешь или продолжишь ковер жевать? - Пить. - Вот это другое дело, но имей в виду, что на первый раз я тебя простил, но в другой раз не выйдет. - Боюсь, что другого раза и не будет, - Тошия не хотел нагнетать обстановку, во первых, потому что пьяный Дай все равно опасность не оценит, а во вторых, им с Шиньей и так ничего не будет, максимум что их ждет от Кё, так это недельный бойкот за несанкционированную пьянку в его квартире. Пьянка с успехом продолжалась до пяти часов утра. Угомонились они только после того, как все стратегические запасы были уничтожены. Спали они тут же на полу в окружение пустой тары, так-как тела отказывались перемещаться на более удобные поверхности. Однако, отдых был не долгим, в восемь утра трель дверного звонка заставила еще не трезвые тела проснуться и зашевелиться. - Кого в такую рань принесло? - Дай зло шипел, не осмеливаясь шевелиться или, хотя бы, открыть глаза. Шинья, перевернувшись на другой бок, посоветовал: - А ты пойди открой, тогда узнаешь. - А чего сразу я? Сам вот и иди. - Кё кого за хозяина оставил? Тебя? - Меня, - обреченно признал Дай. - Вот и вали! - Шинья до ужаса хотел спать, а надоедливая трель дверного звонка этому ни разу не способствовала. С трудом поднявшись Дай, поплелся к двери. Неведомо какая сила заставила его глянуть в глазок, однако, то что он там увидел, моментально выветрило весь хмель из головы. - Ну, и кто там был? - Тошия, проходя по коридору в направлении туалета, с любопытством посмотрел на бледного Дая. - Ты чего? - Там ... - Ну? - Там... - Да я уже понял, что не здесь, так кто там? - Кё. - Пиздец,- констатировал Тошия. - Кому? - не понял Дай. - Тебе. - А чего сразу мне? - Пить меньше надо, у тебя просто феноменальная способность искать приключения на свою задницу. Поздравляю. - Может ты поконкретнее скажешь. - Без проблем. Ты Кё вчера послал, и кстати, он и про кружку уже в курсе. - Не может быть. Кё, смиренно стоявший за дверью, позвонил еще раз. - Может, это, не впустим его? - Ты это себе как представляешь? - Ну, не откроем и все, не выломает же он дверь, в самом деле? - Нет, не выломает, но что-то мне подсказывает, что у него ключи есть. - А чего тогда звонит? - Обстановку нагнетает, чтобы личность вроде тебя прочувствовала момент. Дай, глянув в глазок еще раз, вздохнул. Открывать дверь категорически не хотелось. - А никого нет, зайдите попозже, пожалуйста. - Бред, конечно, но на большее в восемь часов утра пьяного мозга не хватило. - Идиот, - констатировал Тошия, заходя в туалет. Кё, хмыкнув, потряс связкой ключей перед глазком. Щелчок, другой, и вот преграды пали. Дай пятился обратно в комнату, а Кё, зайдя в квартиру и закрыв за собой дверь, не раздеваясь и не разуваясь, не спеша следовал за ним.