Забывай меня, если хочешь. Убивай меня, если сможешь

Конец учебного года, выпускники скоро будут сдавать экзамены и поэтому активно идёт обсуждение кто на кого идёт учиться. Эта тема не обошла стороной и Аю с Ерой. — Ну, на кого ты пойдёшь учиться? — обратился Султан к Ернару. — Хотелось бы стать киллером, но этому нигде не учат, так что не знаю, — ответил Хазез, облокотившись на спинку стула. — Ты серьёзно? — Хаир офигел от такого ответа, так как Эра был так называемым тихим ребёнком. В том плане, что он был не тем, кто способен убить кого-то. — Типа того. — Хох…в таком случае мы с тобой в будущем встретимся? — В смысле? — Я иду учиться на полицейского, — Аю усмехнулся. — В будущем встретимся и заведём отношения. — Хах, преступнику и полицейскому нельзя заводить отношения друг с другом, — Ернар бисексуал, ровно как и Султан, поэтому такое возможно в их случае. Но если Эра и вправду в будущем станет преступником, то такие отношения будут запрещёнными, да и болезненными для обоих, так как одному из них придётся арестовать другого рано или поздно. — А вдруг ты не станешь преступником? — В таком случае можно. — Тогда мы будем встречаться в будущем? — сейчас у Ернара есть девушка, поэтому в данный момент это невозможно. — В будущем да. — Так, класс, тишина, — скомандовала учительница, зайдя в класс и все тут же замолкли. Аю и Эра разговаривали тихо, так что их диалог никто не услышал чётко.— Сейчас я раздам вам тесты, выполните их.

8 лет спустя

Ернар ходил кругами по своему кабинету и что-то анализировал в голове. Ему дали расследовать дело о серийных убийствах в городе. Интересно, что вместо киллера Хазез всё же выбрал быть детективом. Но вот с Аю он так до сих пор и не встретился, хотя они даже договаривались, в какое место пойдут работать, чтобы устроиться туда вместе. — Хазез, как проходит расследование? — а вот и тот, кто поручил ему это дело. — Ох, здравствуйте, — поздоровался Ернар. — Я тут подумал, что преступник не рандомно убивает своих жертв, — начал объяснять Ера, перевернув доску другой стороной, на которой была закреплена карта города и ниткой изображена фигура. — Он каждый раз убивает их в определённом месте, образуя треугольник, при этом все эти места ведь заброшены, крайне мало людей, не считая подростков, туда решат забрести. Все жертвы были одеты официально, значит шли на работу или после неё. Преступник каким-то образом их туда заманивает. Предполагаю, что делает он это каким-то устройством. А ещё все жертвы являются влиятельными людьми, так что, думаю, эти все убийства могут быть заказными. — Где вы думаете будет следующее убийство и когда? — Большая часть убийств совершена в районе трёх-восьми часов вечера. Предполагаю, что следующее убийство может совершиться завтра примерно часов в пять здесь, — Хазез указывает на одну точку. — Или здесь, — затем на другую. Это единственные заброшенные здания, которые могут замкнуть эту фигуру. — Два прошлых убийства ведь чередовались по часам, так что, думаю, со временем я не прогадал. — Отлично, можете идти домой, дальше мы сами, — ответил мужчина, разворачиваясь на выход из кабинета. — Можно мне пойти в одно из мест? — резко спросил Ернар. — Нет, вы можете помешать задержанию. — Я не буду мешать, честно. Если помешаю, то можете снять с меня это дело, — все знали, что Хазез дорожит всеми делами, которые ему дают. — Ух, ладно, — смирившись, ответил мужчина и вышел из кабинета. Ернар наконец-то смог выдохнуть с облегчением. Он, возможно, поможет поймать преступника, а может ещё и узнает, где же пропадает Аю, ибо есть у него такое предчувствие, что завтрашний день раскроет абсолютно все карты. Ну, а пока… — Так, домой, домой, — вслух подумал Ернар, собирая разные листы в портфель и прихватывая телефон. Осталось только выключить свет и запереть кабинет. На следующий день Хазезу позвонили и назначили встречу возле полицейского участка, чтобы позже, разделившись, пойти в те места, на которые тот указал. Ернар решил на всякий случай взять небольшой пистолет, ибо мало ли, что может случится и смогут ли его защитить сотрудники полиции в какой-то момент. До заброшки, в которую распределили Эру, ехать надо было не так долго, поэтому через полчаса часть группы уже была на месте, а вторая всё ещё была в пути в своё здание. Все решили разделиться, потому что эта заброшка состояла из нескольких корпусов, которые надо было осмотреть и спрятаться там. Сначала никто ничего не находил, никого не видел, так что большая часть решила пока затаиться. Ернар не был исключением. — Кто-то идёт в мою сторону, — шёпотом сказал Эра в наушник, которые им раздали до выезда. — Я в третьем корпусе. — Ох, там кроме тебя никого нет, — ответил кто-то. — В смысле никого?! — возмущённо, но всё ещё шёпотом, сказал Эра. — Сейчас кто-нибудь подойдёт, жди. Ернар, закатив глаза, решил дождаться всё-таки, но смотреть за тем, кто пришёл. А это, кстати, похоже, жертва, так как человек, как и все прошлые, был одет в официальную одежду. Если жертва здесь, то, значит, и убийца должен быть поблизости. А вот кстати и он — Ера услышал ещё чьи-то шаги. И это был не человек из его группы, так как добираться в его корпус из других займёт около пяти минут, если не бежать (а бежать им не стоит, так как нужна аккуратность и тишина). Ернар аккуратно достал пистолет из кармана, перезаряжая его. А вот этот вот звук услышал убийца, отлично, это пойдёт Хазезу на руку, так как у жертвы будет время убежать. Решившись, Эра наконец вылез из своего укрытия и направил дуло пистолета в сторону преступника, тот, конечно же, в свою очередь тоже вынул оружие и совершил ровно те же действия. Убийца предусмотрел то, что его могут узнать, поэтому глаза были скрыты солнечными очками, а половина лица маской, волосы тоже были закрыты кепкой — Сдавайся по-хорошему, иначе придётся применить силу, — угрожающим тоном сказал Ернар. — Господин полицейский, я не хочу проблем, — игриво протянул тот. — Давайте вы сделаете вид, что не видели меня? Я убью его и уйду, как обычно это делаю. Боже…знакомый голос. Неужели.? — Сула.? — неуверенно спросил Ера, на что преступник усмехнулся и одну руку поднёс к очкам, снимая их. — Хах, что ты так смотришь на меня? — далее он приспустил маску. — Давай по старой дружбе?