Погтопия

— Поможешь корни подкрасить? — просто спросил Техно, уже замешивая в миске розовую краску для волос. — Я уж думал, не попросишь, — мрачно фыркнул Вилбур, вставая из-за письменного стола. Он уже который час смотрел на устаревшую карту Л’Мэнбурга, из которой только были вычеркнуты стены и флаг, что давало ему повод выглядеть непомерно мрачным. — Волосы прокрашены отвратительно, сразу видно, не можешь ничерта без меня. Техно молча хмыкнул. Слова Вилбура были пиздежом чистой воды, это понимал и Техно, и сам Вилбур. Все в Техно было идеально. Пусть раньше ему всегда красил волосы Вилбур, но не было никаких сомнений, что после его ухода Техно научится делать это самостоятельно и будет получаться великолепно. Вилбур задумывался иногда, почему Филза не остановился, когда родился Техно. Всем было очевидно — лучше сына у него не случится. Даже оправдаться, что, мол, Техно технарь, а Вилбур хорош в гуманитарных науках, было нельзя — старший братец превосходно знал историю и был задротом мифологии. Удивительно, что любимчиком Фила стал Вилбур, а не он. Еще более удивительным было, что младшие братья Техно не придушили. Логично было подумать, что Техно был слишком хорош и для смерти, но не то чтобы Вилбур и Томми пытались. Отношения у них сейчас были хуже, чем в пубертате, а в те далекие времена Техно пару раз швырялся стаканами в них. Стаканы были идеальным оружием — и тяжелые, и разбиваются на осколки, на которые можно замечательно потом напарываться, даже если кажется, что все собрал, сам-то Техно по дому ходил в шлепках. Сейчас нельзя было просто так швырнуть что-то или бездумно покрыть матом. Томми и Вилбур шарахались от резких движений, за слова теперь нужно было отвечать (на Томми правило не распространялось, у него язык как помело), а Техно больше так не психовал. Зато теперь Вилбура нервировало — что же он сделает, если все же психанет. — Садись, — кивнул Вилбур, даже довольно размешивая краску для волос, сам недоумевая, почему вот это вызывает у него такой всплеск серотонина. Сейчас бы думать о том, что с Мэнбургом делать и Шлаттом, а не перебирать чуть влажные волосы Техно. — Уже и забыл, какой у тебя натуральный цвет волос. — Вот и забудь, — посоветовал Техно. Цвет отросших корней напоминал цвет волос Филзы, но из-за этого бы Техно никогда не стал перекрашиваться с таким упорством. Гораздо больше этот цвет напоминал волосы Томми. Погтопия точно не была местом, где хотел бы жить Вилбур. Да, наверное, у него были места обитания и похуже этого, но после войны, предательства и все-таки победы хотелось не скрываться, как какая-то мышь, среди камней и сырости, ожидая нового предательства, а жить как президент. Комаров здесь была куча. По крутым лестницам Вилбур хоть и научился ходить не оступаясь, но вот за Туббо нужно было присматривать. И иногда ловить буквально за шкирку. Вилбуру было совсем немного стыдно перед этим клубом скаутов. За то, что он нарычал на Туббо после изгнания, меньше, за косяки Томми больше. Но когда он увидел в комнате Томми попытки сделать это место уютным, сделать это место домом… Вилбур взбесился. Наверное, это было несправедливо, они все часто забывали, сколько Томми лет, и он просто хотел сделать холодные каменные стены теплее, разрисовывая их, клея постеры. Но Вилбур воспринимал это слишком близко. Он сказал не сметь считать это место домом, имея в виду, что они обязательно вернут Л’Мэнбург, что они не сдаются. Томми же просто неприятно охуел с таких наездов, молча, что для него было в принципе несвойственно, снял постеры, тревожно косясь на Вилбура. Даже попытался оттереть надписи от маркера, но не удалось и теперь все смотрели на них лишь с чувством неловкости. Хорошо, что словами через рот они не говорили и просто замяли эту ссору. Вилбуру было неловко извиняться, Томми было неловко принимать эти извинения, так и решили делать вид, что не было этого внезапного психоза. Техно тоже то ли промолчал, зная, что его пошлют, то ли проигнорировал. Его слегка раздражал Томми, что выяснилось, когда они — Вилбур и Техно — столкнулись ночью на кухне. — Почему он постоянно так орет? — закатывая глаза, но не слишком эмоционально, проговорил Техно тогда. — Мы такими не были. — Поверить не могу, что защищаю Томми, — фыркнул под нос с улыбкой Вилбур, — но мы в его возрасте и в таких заварушках не участвовали. И нам не надо было много-много орать, чтобы нас услышали. Техно замолчал, а потом сказал таким тоном, что, не знай его Вилбур, подумал бы, что это сарказм: — Испытываю немного вины. — Забей, я тоже. Правда, оба они не испытали никакой вины, отправив Томми мотыжить эти бесконечные поля картофеля. Он был наказан за ту выходку во время разведки, когда «совершенно абсолютно точно» НЕ загорелся лес. Наказал Вилбур, а Техно, который эту картошку сажал, был обеими руками за такое наказание. Когда Томми упаханный, уставший вернулся с полей, Техно уже промакивал полотенцем длиннющие волосы, которые были только-только окрашены и отличались ярким розовым цветом, обычно он таким ярким не был. — Красиво, — вздохнул Томми так протяжно, тоскливо. — Чего тебе? — сразу уловив, к чему эти комплименты были сказаны, спросил Техно. — Не сажай больше столько картошки.