О брат, где ты

      Мир за стенами совершенно другой. Внутри Либерио Райнер не может избежать доброжелателей и поклонников всякий раз, когда появлялся на улице. Но как только он выходит за ворота, атмосфера мгновенно меняется.       Со своей красной повязкой он выделяется, как больной большой палец. Но именно цвет нарукавной повязки позволяет ему оставаться там невозмутимым. Люди смотрят на него с ненавистью и недоверием, но также и со страхом, и пытаются обойти его.       Он подходит к своей скамейке и садится, ожидая, и довольно скоро видит, как появляется его отец с двумя его сводными братьями и сестрами.       Райнер не может объяснить себе, зачем он приходит сюда. Он не знает, почему он искал своего отца и нашёл, почему он наблюдает, как тот занимается своей мирной жизнью из своего укрытия.       Жизнь его отца стала лучше с тех пор, как Райнер видел его в последний раз. У него есть свой собственный небольшой продуктовый магазин, куда он часто приводит своих детей. Он почти полностью облысел, но сохранил свое внушительное телосложение. Райнер помнит, каким маленьким он чувствовал себя, когда мужчина кричал ему в лицо о своём страхе и ненависти.       Иногда Райнер задаётся вопросом, какую жизнь он мог бы прожить, если бы был марлийцем. Не полумарлийцем, не почетным марлийцем, а настоящим. Был бы он счастливее? Стал бы он лучше? Будет ли он хорошим братом своим братьям и сёстрам?       У него их трое. Сестра и два брата. Его отец хранит их фотографию в магазине. Райнер смотрел на него долгими минутами, когда однажды ночью прокрался внутрь. Он также видел свою сестру и одного из своих братьев, наблюдая за магазином, но только издалека. Он не может рисковать тем, что его отец заметит и узнает его.       Его сестра всего на несколько лет младше его. Она кажется умной девушкой, она симпатичная и живая. Райнер думает, что был бы действительно близок с ней, если бы у него была такая возможность. Он был бы её лучшим другом, он бы ужасно баловал её, хранил её секреты и защищал её. Его брату сейчас чуть больше двадцати. У него наивный взгляд и страстная улыбка, и он до боли напоминает Райнеру Конни. Его отец, похоже, полон решимости научить его своему ремеслу, но мальчик часто замирает и смотрит в никуда, выглядя безумно скучающим. Сегодня он впервые увидел своего младшего брата. Он не намного моложе, чем был Райнер, когда поступил на военную программу. Он кажется любопытным ребенком, суёт свой нос во все углы и постоянно что-то говорит, вероятно, задавая вопросы, если на это указывает всё более раздраженное лицо его отца.       Когда мужчина перестает отвечать ему, маленький мальчик выходит из магазина. Он некоторое время ходит вокруг, затем замечает Райнера. Он останавливается на мгновение, затем начинает идти к нему, сначала медленно, затем более уверенно. Его глаза прикованы к повязке, и Райнер не может подавить желание прикоснуться к ней. Его сердце начинает биться громче в груди. Он подумывает о том, чтобы убежать, но не может, он приклеен к своему месту, беспомощно наблюдая, как приближается его брат.       Мальчик сидит на скамейке перед Райнером, болтая ногами и украдкой поглядывая на него. Райнер смотрит на него, и это всё равно, что смотреть в прошлое через зеркало. У парня темные волосы, но у него с Райнером одинаковые брови, форма и цвет глаз, нос и губы. Вероятно, он, как и Райнер также унаследовал телосложение их отца.       После нескольких минут колебаний мальчик внезапно встаёт и подходит, чтобы сесть рядом со своим сводным братом. Райнер так крепко вцепился в край скамьи, что у него заболели пальцы. Пот стекает по его шее, когда он сосредотачивает все свои силы на том, чтобы не дрожать. Он нервничает перед этим маленьким ребенком больше, чем когда-либо на поле боя, готовясь напасть на врага.       — Ты действительно можешь превратиться в титана? — говорит мальчик, пугая его.       Райнеру требуется несколько секунд, чтобы обдумать вопрос.       — Да, — наконец отвечает он сквозь комок в горле.       Глаза мальчика расширяются, но не от отвращения, как следовало бы, а от смеси благоговения и страха.       — Ты злой? — шепчет он. — Моя мама говорит, что все эльдийцы — зло.       Райнер замирает от этого простого вопроса. Как ему ответить? Должен ли он выбрать правду и сказать ребенку, что его сводный брат один из худших кусков дерьма, которые когда-либо ходили по этой земле? Должен ли он лгать и пытаться бросить вызов фанатичным взглядам, которые уже смотрели на него?       — Я… — его голос хрипит. Он откашливается и продолжает: — Я бы никогда не причинил вреда таким детям, как ты.       Это тоже своего рода ложь. Он и раньше причинял боль детям, многие из которых, вероятно, были моложе мальчика, но он больше не будет этого делать, он больше не может этого делать.       — Правда? — спрашивает мальчик. В его голосе звучит недоверие.       Райнер кивает. Его сводный брат бросает на него оценивающий взгляд, затем расслабляется, очевидно решив поверить ему.       — Как тебя зовут?       — Райнер. А ты?       — Карл, — отвечает мальчик.       — Карл, — повторяет Райнер. — Красивое имя.       Карл застенчиво улыбается. Бертольд так улыбался, когда был ребёнком, до… всего. Райнер крепко зажмуривает глаза и останавливает этот ход мыслей. Он не хочет возвращаться на конечную станцию.       — Мой папа считает, что мы не должны разговаривать с эльдийцами, — говорит Карл, — он говорил, что они нас обманут.       — И сейчас? — с горечью спрашивает Райнер.       Карл кивает.       — Я думаю, это потому, что они могут превращаться в титанов, — говорит он, — а титаны страшные. — Он бросает взгляд на Райнера. — Твой титан страшный?       — Очень страшный, — говорит Райнер, почти улыбаясь.       — Он большой?       — Довольно большой.       — Я бы хотел это увидеть, — тихо признаётся мальчик.       Нет, ты этого не хочешь. Но он не говорит ему об этом. Он просто улыбается и ерошит волосы Карла. Мальчик напрягается, и Райнер быстро убирает руку. Несколько прохожих с негодованием смотрят на дьявола, посмевшего прикоснуться к марлийскому ребёнку, но у них не хватает смелости что-то сказать. Однако у них может хватить смелости позвонить в полицию, а Райнер не хочет проблем с Магатом.       — Мне нужно идти, — говорит он, вставая. — Было приятно познакомиться с тобой, Карл.       Он почти протягивает руку, но в последний момент останавливает себя. Карл ничего не говорит, и Райнер поворачивается, чтобы уйти, бросив последний, долгий взгляд на магазин, где он всё ещё может видеть своего отца и другого брата, имени которого он даже не знает.       — Райнер, — зовёт Карл. Райнер оборачивается. Мальчик краснеет, но не отводит взгляда.       — Мне… мне было… тоже приятно с тобой познакомиться. — Он улыбается своей застенчивой улыбкой. — Ты придёшь сюда снова? — нетерпеливо спрашивает он.       — Я мог бы, — отвечает Райнер, но знает, что не сделает этого.