Убийца по соседству

Чем ужасней убийца, тем безобиднее у него вид.

      Той же ночью, Сяо Чжань собрал вещи, конечно, не без помощи Ван Ибо, и заказал билет на первый поезд. Ван Ибо как и в прошлый раз остался ночевать у соседа, а с осознанием того, что этот же сосед с утра уедет в Чунцин на душе было не так тревожно, как вчера.

***

      — Ван Ибо, наконец-то ты пришел, — сидя за столом, сказал мужчина средних лет, одетый в строгий костюм и не самой красивой внешности. На голове виднелась лысина, на щеке красовалась уродливая бородавка, а в кривой улыбке блестел золотой зуб.       — Для чего я вам на этот раз нужен, босс? Вы нашли новую цель, с которой вашим прихвостням не справится?       — Само собой у меня новая цель, Ибо, и ты как никто иной подойдёшь для выполнения моего задания, ведь моя цель живет по соседству с тобой, мой дорогой, — мужчина подвинул к краю стола листок с фотографией и краткой информацией о человеке, — его зовут Сяо Чжань, 26 лет, въехал неделю назад в дом 53,квартира 112, улица Си Чжэн, район Луолонг. Он сын Сяо Лонгвэя. Ван Ибо узнав о цели босса замер, а услышав имя того, чей ребёнок стал его целью, пораженно взглянул на мужчину за столом.       — Господин Фа, вы имеете ввиду того самого Сяо Лонгвэя?       — Да, Ибо, ты правильно всё понял, Сяо Чжань – сын главы организации наёмных убийц, основателя школ профессиональных киллеров, а также моего врага номер один, Сяо Лонгвэя. Ты ещё год назад работал телохранителем у него, никогда не сталкивался с его сыном?       — На сколько я знаю он держал своего сына подальше от всего этого. Во внешнем мире он продюсер, собственно, смею предположить, что и для сына он является им же. Помнится мне, как господин Сяо говорил, что откроет свою тайну сыну, когда тому исполнится 30 лет, соответственно Сяо Чжань ничего не знает до сих пор. Во время работы у его отца я так и не сталкивался с ним до того, как он переехал в мой дом. Но я кое-чего не понимаю, почему вы хотите, чтобы я убил Сяо Чжаня, если он не знает, чем занимается его отец?       — Ван Ибо, ты мой лучший человек, у тебя хорошо работает мозг, не заставляй меня поменять своё мнение. Я хочу убить сына Лонгвэя, чтобы ослабить и убить его самого. Он не видит опасности в моей организации для себя, и зря. Каждый день я слышу, как все говорят про этого гада, а я "только то и умею, что наркоту всем толкать", поэтому убив его, я докажу своё превосходство и больше никто не посмеет поставить меня на второе место.       — Тогда почему бы не убить сразу Лонгвэя, а нужно вмешивать ещё его сына?       — Мне кажется или ты пытаешься меня заставить передумать на счёт Сяо Чжаня?       — Что вы, конечно нет…       — Как бы то ни было, его нужно убить, даже предположив вариант, где ты всё же сможешь справится с Лонгвэем, рано или поздно, Сяо Чжань узнает, кто виновен в смерти его отца и захочет отомстить, чтобы избежать этих проблем в будущем, лучше устранить его сейчас.       — Сколько у меня есть времени?       — Пять дней. Можешь идти. Ван Ибо развернулся и ушел. Он убил уже з сотню людей, не моргнув и глазом, но именно эта цель заставила его сердце дрогнуть. Сяо Чжань показался ему светлым человеком, которого ещё не испортил окружающий мир. До него все чувства для Ибо были чужды, но было в этом парне что-то особенное, то, что заставляло Ван Ибо не смотря ни на что сохранить ему жизнь. «В родном городе он будет в безопасности подле отца, ему нужно вернутся туда», — думал Ибо. Сразу за этими мыслями последовали воспоминания о последних словах Сяо Лонгвэя адресованных ему: «На этот раз я тебя отпущу в память о времени, когда ты был рядом со мной, но учти, Ван Ибо, если ты ещё раз когда-то попадешься мне на глаза, я лишу тебя жизни лично». Ван Ибо усмехнулся, вспомнив те слова. В то время он впервые почувствовал весь тот кайф, что приносит убийство, который не приносит ни один наркотик. Он жаждал убивать и именно тогда их дороги с боссом, с Фа Жуо, пересеклись. Он вернулся домой вечером и обдумывал свои следующие шаги пока «любимые» соседи не включили музыку. Та самая ниточка терпения Ван Ибо, оборвалась и он надев перчатки, которые видят все его убийства, захватил с собой три ножа. Проникнуть к соседям не составило труда, как казалось, даже хозяева квартиры не знают всех своих гостей, к тому же в толпе пьяных и накуренных людей легко затеряться, он действовал как всегда быстро и точно. Он подошёл ближе к стене, в сторону которой никто даже не смотрел, легким движением руки ударил ножом в точку, где череп сзади соединяется с шеей, одного из гостей, от чего смерть наступила в один момент, но для красоты Ван Ибо воткнул ему тот же нож в живот, от чего у того расцвел алый цветок с ещё не успевшей застыть крови - это был его фирменный знак. Пьянь вокруг даже не заметила, что произошло у них за спинами. То же самое Ван Ибо проделал ещё с двумя гостями и успешно покинул квартиру соседей, лишь слегка задев плечо о дверной косяк на выходе. Но зная, что скоро поднимется в доме шум, он решил пересидеть всё в парке недалеко и там же обдумать всё, что не смог дома.

***

      Сяо Чжань разбудил Ван Ибо около шести утра.       — Я пойду уже на вокзал, ключ вот, на столе. Я хочу тебя попросить закопать мою кошку… когда встанешь.       — Да, сделаю, говорил же вчера, так что не переживай об этом. Удачной дороги, будь осторожен.       — Спасибо тебе… за всё… Ты единственный хороший человек в этом доме, — с этими словами он покинул квартиру. До вокзала был час пути, который Сяо Чжань проехал с двумя чемоданами в руках на автобусе. Но его к разочарованию, ему сообщили, что поезд уже уехал, прямо перед тем, как Сяо Чжань прибыл на вокзал. Но на этом разочарования не закончились. Когда он спросил про билет на другой поезд, ему ответили, что другой ближайшие дни ходить не будет из-за поломки. А кроме этих двух ни один не ходил по тому маршруту, что нужен был Сяо Чжаню, поэтому тот был вынужден вернуться назад в квартиру. Первая мысль была позвонить Ван Ибо и предупредить, что он возвращается, но позже до него дошло, что он даже не подумал взять номер номер на всякий случай. Ему настолько не хотелось возвращаться в квартиру, что предпочел идти пешком, поэтому, когда он доходил до переулка, что ведет к дому, уже было около десяти часов и вокруг почти не было людей. Сяо Чжань, смотря себе под ноги, вошел в переулок, что был весьма неприметным для прохожих. Внезапно ему кто-то с силой зажал рот рукой и грубо прижал к каменной плите, из-за чего он выронил свой багаж, в сопровождение действиям послышался ехидный голос:       — Стоять. От стука об плиту у Сяо Чжаня потемнело на мгновение в глазах, а когда зрение вернулось он увидел перед собой мужчину с едкой полуулыбкой на лице, за спиной которого стояли еще четверо…