Крылья

      — Бля, Серый.       Разумовский в испуге отдернул руку.       — Левее.       Сережа бросил растерянный взгляд на Птицу, и вернул руку на место, запуская пальцы в оперение чуть левее, чем до этого.       Вообще, эта ситуация возникла спонтанно. Птица сидел и раздраженно бубнил под нос, что не может почесать отрастающие перья около крыльев и как его достала эта линька, когда Сережа решил предложить свою помощь. Пернатый фыркнул в ответ, но расправил крылья, открывая парню доступ к нужному месту.       Почесывая покрытую темными перьями спину, Сережа никак не мог отделаться от мысли, что птицины перья не должны быть настолько мягкими и приятными на ощупь. В них не должно хотеться зарыться пальцами и часами гладить перышки. Задумавшись, рыжеволосый сместил ладонь.       Птица вздрогнул, едва пальцы дотронулись до оперения между крыльями.       — Все нормально? — осторожно спросил парень.       — Да, — Птица дернул плечом. Нет. Было не нормально. Было до странности приятно.       Заметив реакцию на прикосновения, Сережа не мог побороть возникшее любопытство. Птице неприятно? Щекотно? Или ему наоборот, нравится? Возможно, Разумовскому стоило дважды подумать, прежде чем воплощать резко возникшую мысль в реальность, но было так интересно проверить свои догадки…       — Ты, — пернатый резко выдохнул и крупно вздрогнул, когда парень коснулся участка между лопатками. — Убери руки.       Еще одно явно не случайное прикосновение почти вызвало у Птицы стон, но он вовремя сжал зубы.       — Блять, Тряпка, — Птица повернулся к парню и перехватил его руку. — Кончай уже.       Сережа с легким испугом посмотрел на Птицу и нерешительно дотронулся свободной рукой до чувствительного места между крыльями. Птица чуть прикрыл глаза, чувствуя щекочуще-приятное тепло. Руку он больше не отталкивал.