laugh until it disappears (Перевод)

Смерть подглядывала за Иссэем из-за каждого угла, выдавая свое присутствие запахом формальдегида, который отец так сильно старался не заносить в дом. Только посреди средней школы Иссэй начал осознавать, что проводил детство совсем не так, как сверстники. - Семья заказала свидание с открытым гробом перед кремацией, - сообщил отец. - Бедняга здорово помучался, придется с ним похлопотать. Иссэй листал мангу, лежа на полу и почти не обращал на отца внимания. Пестрый разворот журнала, раскрытый перед ним, повторялся в очертании искусственных цветов, в тени которых Иссэй улегся на животе. - Тебе не кажется, что разговаривать с ребенком о трупах – это как-то мрачно? - спросил он. Оказалось, в классе он единственный знал, что такое лигатурная игла. Отец лишь пожал плечами: - Когда перестаешь удивляться «трупам» и начинаешь думать о них, как о людях, которые нуждаются в помощи, то всё начинает обретать смысл. Получается, не так уж это всё и мрачно. Или тебе тяжело об этом слушать? Иссэю было по душе такое объяснение. Он помотал головой: - Да нет, не очень. Он хотел было дальше рассматривать разворот, но отец снова заговорил: - Я просто рассказываю, потому что хочу, чтобы ты знал, чем я занимаюсь и для чего, понимаешь? Иссэй закивал. Вот и славно, - он тяжело выдохнул, - Знаешь, сынок, однажды кому-то придется позаботиться о похоронном бюро вместо меня, а еще, позаботиться обо мне. И это будут не мамины заботы. - Тогда заставь Аоя, - беспечно предложил Иссэй. - Аою едва хватает смелости переступить порог бюро. Иссэй об этом прекрасно знал: всякий раз, когда хотелось забрать что-нибудь у брата и не возвращать, он прятал находку среди заготовок для памятников. - Тогда сестру. Отец посмотрел на него исподлобья: - Суэко еще малышка… - Не навсегда же! - А вдруг! Между прочим, если она захочет, может остаться ребенком на всю жизнь. Или вести себя, как ребенок… Иссэй задумался над общим настроением беседы: - Планируешь помирать? - Нет, конечно, но в жизни всякое бывает. Каждый день вижу. - Теперь звучит совсем уныло! - Такова жизнь, - приговаривал он и пожимал плечами, - или смерть... Иссэй сморщился над мыслью. - Почему бы не попросить друзей из похоронного бюро тебя забальзамировать? - поинтересовался он. – Почему сразу я? Отец лишь вздохнул и стал приглаживать редкую челку. - Когда вырастешь, поймешь, как важно, чтобы о тебе позаботились именно близкие. Иссэй вернулся к журналу и начал раздраженно перелистывать страницы. - Не-а, я просто буду мертв. - Бальзамирование тут ни при чем, Иссэй. - А, ну да. Кремировать, похоронить. Так и так буду просто труп. Отец бросил последний снисходительный взгляд и больше не возражал. Как скажешь, мой мальчик. Время покажет. Видишь, что со мной сделала эта работа. Иссэй прикусил внутреннюю сторону щеки и постарался погрузиться в мангу. Однако его хватило ненадолго: - Что, если я не стану делать как ты? - Чего? - Я говорю, вдруг я не захочу здесь работать, когда вырасту? - То есть ты бросишь нас ради того похоронного бюро через дорогу? Ты меня огорчаешь, сын. Чем мы хуже Йосиды-сана? - Пап, я серьезно. Может, я буду, не знаю... бухгалтером? - Сынок, без обид, но не светит тебе бухгалтерия, - отрезал отец. - Ты никогда не дружил с математикой. - Да я же так, к примеру. - Хорошо, кем бы ты хотел стать, когда подрастешь? Иссэй прикусил вторую щеку. - Я не знаю... - Ладно, некуда торопиться. Это ничего, если в итоге ты не станешь здесь работать. - Ну вот, теперь, когда ты так говоришь, я чувствую себя виноватым. - Я тебя не заставляю, - перебил его отец. - Поступай так, как считаешь нужным и как тебе удобно, я не заставляю тебя здесь работать. Иссэй перевернулся на спину. - Я не знаю, чего хочу. - Верю, сынок. У тебя есть время подумать. Прости, Иссэй, не хотел тебя донимать Иссэй провел рукой по корешку журнала. - Все в порядке, я просто немного не понимаю, почему именно я. Почему ты? - эхом произнес отец. Иссэй кивнул в ответ. - Ты хочешь знать, почему я говорю об этом с тобой, а не с твоим братом? Мне просто кажется, что ты меня понимаешь. А раз понимаешь – значит, ты бы преуспел на этом поприще. Брат бы на твоем месте горбатился просто вопреки отвращению, да и всё тут, а ты... Думаю, ты еще не осознаешь, насколько ты чуткий человек, Иссэй. А людям с леденеющим сердцем в такой работе не место. Иссэй обвёл взглядом помещение и прощупал обыденное настроение беседы: - А тебе не кажется, что мы с тобой достаточно хладнокровные люди?» - Не может такого быть, - уверенно ответил отец. Мы просто делаем свою работу. Иссэй едва сдержался, чтобы не ответить очередной колкостью, почувствовав вдруг, что отец наблюдает за каждым его жестом. Он отступил. - Что ж, пора подготовить рабочее место. Поможешь? - Ага, - он отложил мангу. - Но я бы на твоем месте не сводил со счетов Суэко. Кто знает, может, мы растим погребального гения. Упустишь и будешь жалеть. Отец рассмеялся. - Будь это так, я бы уже заметил. Иссэй окончил школу, и всех его друзей раскидало по белому свету. Он же остался в родном городе. Всё началось с помощи в закупке посмертного грима. Потом он занялся могильными цветами. Взял на себя бумажную волокиту. И вот он уже сидел на пассажирском сидении катафалка и беседовал с родственниками усопших. - Ты так мне помогаешь, мой мальчик, - год за годом повторял отец. Хочешь, еще чему научу? После стольких лет оставалось только думать головой. - Думаю, пора бы поступить на обучение ритуальным услугам, - сказал он однажды. - Как думаешь, подвернется потом работенка? Отец обнимал его со слезами на глазах. - Не переживай, уж я что-нибудь да подыщу. *** Когда Такахиро впервые уволился с работы, отмечали шампанским. Для Иссэя это был праздник, ведь, на его взгляд, теперь Хиро мог заниматься, чем пожелает и найти, наконец, занятие по душе. Когда же его впервые уволили, они опрокинули бутылку сакэ и поклялись лишний раз не отчаиваться. И так пролетели мимо еще три безуспешные попытки, забрасывая Хиро в категорию «подрабатывает тут и там». Стали пить просто так. По ходу дела Хиро решил, что было бы разумно вернуться в Мияги и заодно съехаться с Иссеэм. В его гостиной они впервые, не вполне трезвыми, поцеловались. - Ха, попался! - воскликнул Хиро, а затем провел по своим губам пальцем, как будто только что на них только что остался какой-нибудь волшебный отпечаток. Иссэй наблюдал, как его взгляд наполнялся тревогой. - Не грузись, - он поспешил ему сказать. – Нам необязательно всё усложнять. Но ведь было бы разумно попробовать, а? Если согласишься, я сделаю так, чтобы со мной было легко. Такахиро тяжело опустил голову. - Да, - он кивнул. Было бы разумно. Они целовались снова и снова. *** Первым раскололся Хаджиме. - Да иди ты на фиг, вы встречаетесь? - воскликнул в трубку Иссэй. – То есть, встречаетесь-встречаетесь? Вы вместе? - В это так сложно поверить? - на экране Хаджиме закатил глаза. - Просто... Выбрали время, конечно. Почему именно теперь? Хаджиме почесал затылок. - Скорее, слишком долго тянули время... Иссэй нахмурился. - Фу, теперь бесите, как никогда прежде. - Я думал, ты обрадуешься. - Не-не, я рад за вас, все дела. - Убедительно. - Нет, правда. Он взглянул на Такахиро. Он спал на краю матраса, обнимая колени. - Я тут просто подумал... - О, ты таким не увлекайся, головка заболит. - Ха-ха. Он повернулся обратно к экрану. - Удивительно, что Ойкава тебя не опередил. Что ты ему дал за молчание? - Вообще, он планирует вам торжественно объявить при встрече. Так что будь добр, изобрази изумление, если, конечно, он не проболтается раньше времени. - А на фиг ты мне рассказал тогда? - Да я не нарочно! - настоял Хаджиме. - Не рассчитал. Ты же мой друг, вот я и не удержался. - Как мило. Окей, вот я молчу и удивляюсь, а что мне за это будет? - Дружеская благодарность? - Это сколько в Йенах? - Слушай, мы думаем в следующем месяце вас навестить. Будет возможность встретиться? - Ой, как неловко-то выходит. Как раз в том месяце покидаю страну. - Смешно. Мы потесним вас с Макки или стоит искать гостиницу? Детскую спальню Такахиро уже давно занимали только Nintendo V2 и пыльная марионетка из тех, что снятся детям в кошмарах. - Не парься, поместитесь. - Супер. Буду держать в курсе. Как вы там вообще? - Да знаешь ли, - он снова оглянулся на Такахиро, который по-прежнему крепко спал. - Исключительно нормально. Хаджиме приподнял правую бровь, - Понял. Иного от вас и не ожидал. - Ладно, я пошел. Еще раз поздравляю, да прибудет с тобой регулярный секс! - воскликнул Иссэй и спешно бросил трубку, сбегая от криков, из нее доносившихся. Отложив телефон в сторону, он нагнулся к уху Такахиро. - Проснись, тебе снится кошмар. Хиро тяжело вздохнул и перевернулся на другой бок. - И вернулся он на грешную землю, - прошептал Иссэй. - Ойкава и Ивайдзуми встречаются. - Да ты гонишь. - Клянусь. - Я точно проснулся? - Разве что я проник в твои сны. Такахиро лениво потер глаза. - Как думаешь, это благодаря волейболу мы все такие геи? - Я предпочитаю думать, что мы были обречены, - сказал Иссэй. Кстати, по идее, мы не должны знать, Ива проболтался. - Понял. А наш секретик? - Ждет своего часа, - он разделил пальцами пряди на голове Хиро. - Пока не знаю как, но мы обязаны облапошить Ойкаву. Хиро зловеще улыбнулся. - Верно мыслишь. *** Накануне живой встречи, Тоору созвонился с ними в четвертый раз за неделю. Он так сильно хотел рассказать о своей личной жизни, что заговорил о личной жизни Иссэя, разыгрывая «эксперта в делах сердечных». Иссэй мог бы поаплодировать его выдержке, если бы изо всех сил не закатывал глаза. Они расположились перед экраном так, что Хиро сидел у Иссэя между ног и прижимался спиной к его туловищу. Как оказалось, Тоору это ничуть не смущало. - И тебе не одиноко, Матсун? - он никак не успокаивался. – Целыми днями болтать с трупами. - Ценю молчаливых, - чистосердечно ответил Иссэй. - К тому же, трупы всяко поинтересней тебя. Тоору обиженно фыркнул. Хиро расхохотался. - Ну так дай же мне подобрать тебе кого-нибудь на твой вкус. Уверен, я справлюсь. - Что ж, - за пределами видимости, Иссэй схватил Хиро за бедро. Тот выругался себе под нос. - Допустим. Но у меня крайне тонкие требования. У Тоору загорелись глаза. - Вот это разговор! Выкладывай, Матсун. - Так, во-первых, богатый. Хиро прыснул. - Это обязательно. Чтобы мухлевал в Марио Карт даже в одиночном режиме. Не умеет готовить, не водит машину, красивые глазки. Отдельный плюсик за убогий музыкальный вкус. - А что, звучит, - сказал Хиро. - Совершенно не разбирается в вине. Так сказать, тупой, как пробка, когда дело доходит до вина. Фут-фетиш - можно, но с оговорками. Хиро врезал ему ладонью по ребрам, и он согнулся, сдерживая слезы. - По-моему, такого человека не существует, Матсун, - пожаловался Ойкава. - За таким и я бы приударил, - сказал Хиро - Ты здесь эксперт, Ойкава, - сказал Иссэй, - Давай, ищи. - Постараюсь, - пообещал Тоору. - У тебя времени до нашей встречи, - Он обнял Такахиро за плечи для убедительности, - Кстати, мы с Хиро сошлись раньше, чем вы! Тоору сходу надел зверскую мину. - Матсун! Он снова бросил трубку. *** Во вторник утром Иссэй беседовал с пожилой вдовой. Она разговаривала отрывисто и суетливо, а потом и вовсе стала бесплодно звать мужа. Иссэю не хватило духу напомнить, что мужа в те самые минуты украшали в соседней комнате. Неделю они с отцом готовили его к церемонии. К счастью, вскоре появилась дочь покойного. Она долго извинялась. - Мама порой путается, - говорила она. Вместе они пробеседовали еще час. Мать стала жить у нее дома. Отец до самого конца трепетно о ней заботился, и теперь она переживала, как бы матери не стало хуже. Старший внук еще совсем мал и побоялся прийти на церемонию. Ему невдомек, что произошло. Младший еще совсем младенец, он и не запомнил бы, но сам дедушка его особенно любил. Она не собиралась плакать, снова и снова просила прощения. Просто неделя выдалась чудная, нечем и поблагодарить за помощь. Иссэй чутко слушал и не просил подробностей. - Соболезную вашей потере, - говорил он снова и снова разными словами. Ему правда было жаль. Тем же полуднем Иссэя с порога встретил смазанный голос, доносившийся из спальни. - Сразу говорю, я весь день бездельничал и мне не стыдно. Хиро по уши спрятался в одеяле. Его волосы лоснились на свету. Судя по всему, он только проснулся. Иссэй знал, что так Хиро не отдыхал, а пребывал весь день в приступе тревоги, разбрасываясь силами, которые некуда девать. Теми, от которых кружится голова и сердце сплавляется в тяжелую гирю, пока невидимый кузнец шепчет в ухо разного рода унизительные слова. Иссэй прекрасно знал об этой разновидности пустоты, и насколько близко с ней водился Хиро. Он залез к нему под покрывало. Карабкался вперед, пока они не соприкоснулись лбами. Хиро развеселился: - Это что такое? - Тяжелый день? - пробормотал Иссэй. Улыбка пропала с лица Хиро. - Пожалуйся старине Иссэю. - Ты мне не приятель. Нет сил разговаривать. - У меня тоже. Он устроился на подушке и закрыл глаза. - Вздремнем, ладно? Устал, как черт. Его рука вокруг талии Хиро. Голова Хиро у него на плече. Не оставалось ничего, кроме объятий. *** Отец сдвинул ладью на три клетки. Он обожал играть с Иссэем в сёги всякий раз, когда тот его навещал. Называл занятие профилактикой Альцгеймера. Иссэй переместил ладью на две клетки вперед. Он запомнил правила, но играть по-прежнему не научился. Как мог управлялся с фигурами, тут и там спрашивая у отца подсказки. - Любопытно, - пробормотал он. Шагнуть пешкой. Повышение в звании. - Точно! - он использовал пешку. - Ты поставил шах, Иссэй. - Вижу-вижу. Теперь он переместил золотого генерала наискосок и схватил вражескую пешку. Отец тяжело вздохнул. - Я тут подумал, - вдруг сказал отец. - Запахло гарью. - Очень смешно, - он сделал ход. Настало время уходить на пенсию. На этот раз всерьёз. Иссэй хлопнул себя по колену. - Вот и стал я безработным! - Такой ты у нас смешной, сынок. Иссэй пошел в наступление. - Я старею. Так, как раньше носиться уже не выходит. Да и со внуками хочу повозиться. Они живут прямо под носом, и все равно я их не вижу. Так нечестно, не находишь? - Не думаю, что они сильно возражают, - сказал Иссэй, как только отец сделал свой ход. Он не глядя взял фигуру и продолжил наступление. - Думаю, сейчас им дороги только Хана Каппа и право ходить в подгузнике. - Пожалуй. Но как только они подрастут достаточно, чтобы накапливать воспоминания, я хочу быть рядом. Надеюсь, и ты тоже, - он затевал ход. - К тому же, если никто не придет твоему брату на подмогу, того и гляди он сам перейдет на подгузники, улавливаешь? Аой и его жена оба отличались завышенными ожиданиями, постоянно пребывали в стрессе, оба были повернуты на карьере. Им не давали покоя эмоциональное и духовное наполнение детей, Аой старался уделять им каждую свободную минуту. Иссэй уже забыл, когда последний раз видел брата без мешков под глазами. Он поставил серебряного генерала позади коня. - Определенно. - Уверяю тебя, скоро народят еще парочку, да и вы с Суэко не останетесь позади. Нападение. Иссэй замер. - Я старею... - Повторяю один раз, так что насладись сполна. Не так уж ты и стар, пап. - С каждой минутой я старее, чем минутой ранее, - он передвигает фигуру. - Даже работа теперь дается нелегко. Иссэй действительно уже несколько месяцев работал за двоих. Он неспешно поставил коня на границу доски. - Не спорю. - Пора, мой мальчик, пора. Отец взгромоздил на арьергард стрелку. - Пришло мое время, пришло твое время. Ты справишься, я в тебе не сомневаюсь. - Наверно. - Точно справишься. Что ж, передаю тебе свое дело, официально. Ты рад? - Ну, от бизнеса не помирают, - ответил он. К счастью, отец рассмеялся. - Прекрасно. Заработаешь кучу денег. Вам с соседом придется кстати. Разве что ты решишь съехать, так тоже к лучшему. - Не, пока не собираюсь. Отец задумался. Иссэй медлил с ходом. - Пап, я не собираюсь съезжать, - уточнил он. - Да пожалуйста. Не забывай делать ход. - Мы с Такахиро особенно близки, - он поставил фигуру. - Хочу, чтобы ты знал. Понимаешь, о чем я? Отец выпучил глаза. - Черт бы тебя побрал! Иссэй вздрогнул от редкого ругательства. - Пап. Отец иступленно глядел на доску, не поднимая на него глаз. - Да в конце-то концов, пап. «Твою мать. Следовало посоветоваться с Хаджиме прежде, чем поднимать эту тему», - промелькнуло у него в голове. - Отец, это определенно не главный повод во мне разочаровываться. Я по-прежнему твой сын. Отец загадочно посмотрел на него. - А? Подожди... Иссэй, ты выиграл! - Чего? - Смотри, ты победил. - Быть не может, я понятия не имею, как играть! - А я имею! - трясущимися руками он указал на торжествующие фигуры. - Вот. Шах и мат, твоя взяла. Иссэй откинулся в кресле. - Черт бы тебя побрал... Отец почтительно поклонился. - С победой, сынок. Может, тебе стоило податься в сёги вместо волейбола? - Пожалуй, - ответил он. - Но в волейболе тоже есть своя прелесть. Отец поменялся в лице, вспомнив недавние слова Иссэя. - Нельзя же так о себе отзываться, мой мальчик. - Пап... - Нет, я серьезно. Я доверяю тебе во всем, Иссэй. Поэтому я с полной уверенностью оставляю на тебя бюро. Ты представить себе не можешь, как я тобой горжусь. Не веришь? Иссэй разнервничался. - Не знаю. Просто иногда выскакивает... - Я горжусь тобой каждый день, - твердо повторял он. А если Такахиро так дорог тебе… Так ведь? Он осторожно кивнул. - Тогда я горд и за него тоже. Договорились? - он посмотрел ему прямо в глаза. - Ты всегда будешь моим мальчиком. - Да, отец, - Иссэй успокоился. - Спасибо тебе. Он смел фигуры с доски, чтобы расставить по местам снова. - Еще партейку? - С радостью, - сказал Иссэй. - Но имей в виду, я играю ради победы. *** Иссэй семь дней готовил похороны человека, не оставившего позади ни семьи, ни друзей. В день церемонии он нанимает отца и сестру, как плакальщиков. Он предпочел не втягивать в это мать, Аоя и Хиро. Только написал Хаджиме, в чем дело, не вдаваясь в детали. Как только похороны подошли к концу, отец крепко сжал его руку. - Ох уж эти... - сказал он, как будто собирался продолжить мысль. Он всегда шел навстречу самым печальным, безутешным, потерявшим самое дорогое, но одинокие люди выбивали его из колеи. Иссэй пожалел о том, что попросил у него помощи. Сестра погладила его по плечу. - Ты правильно сделал, что позвал нас. Её едва можно было назвать взрослой, но она уже сбивала Иссэя с толку своей мудростью. Порой она вела себя даже более зрело, чем он. Он кивал в ответ. В завершение тяжелой недели он прижался к Такахиро и приставал к бедняге, пока тот готовил ужин. В свое оправдание - он не мог сильно помешать, потому что Хиро умел делать только самые простейшие блюда. Готовка давалась ему тяжело. - Хм, - Хиро уклонялся от поцелуев в шею. До чего хитер. - В каком месте? мне нечего скрывать. - Молчи давай. - Мои намерения предельно ясны, Хиро. - Бесишь! - Ты бесишь, - Иссэй запустил руки ему под рубашку. - Нам стоит завести кота. - Чего ты там мелешь? - Я говорю, давай заведем котика. - Да я понял, - Хиро перехватил его руки и позволил зайти дальше. - Ты сам заводишься от этой мысли, что ли? - Нет, я серьезно. - Кот. - Ага. - И кто же за ним будет ухаживать? - В основном, ты! - он поцеловал его за ухом. Хиро фыркнул. - Зато честно. Такахиро был дома гораздо чаще, чем он. Иссэй, конечно же, ходил бы за котом по пятам в любую свободную минуту, но заведовал бы определенно Хиро. Поначалу Хиро бы соперничал с котом за почетное место главной истерички/клинического психа. Иссэй не сомневался, что им бы попалось самое несносное животное из всех. Но со временем они бы точно поладили. Он бы возвращался домой с работы не только к Хиро, но и к коту. - Кот, - задумчиво протянул Хиро. Иссэй ухмыльнулся. Победа была за ним. *** В воскресенье утром Иссэй впервые хоронил ребенка. В воскресенье вечером они с Такахиро смотрели телевизор. - Её стопудово отправят домой сегодня! - воскликнул Хиро. Он гладил Иссэя по голове. Сценаристы уже даже не стараются, тут же всё очевидно. Иссэй скрючил ступни под собой и кивнул Хиро в плечо. - Да ты эксперт, - прошептал он. Такахиро повернулся и боязливо поцеловал его в лоб. Всё было так просто. Иссэй вздохнул. - Вот этот по-любому окажется злодеем, - сказал Хиро, тыкая пальцем в экран. - Слышал эту зловещую мелодию? Я тебе клянусь! - Верю, - сказал он и Хиро тихо усмехнулся. *** Хиро решил переставить всю мебель в квартире. Он уверял, что то, как она стояла до этого, сводило его с ума. Что ему необходимо было всё подправить. Наладить атмосферу. Иссэй охотно помогал. Он переставлял мебель, куда желал Хиро, но только если сам был согласен. А затем наблюдал, как Хиро недовольно двигал какой-нибудь шкаф туда-сюда, пока не надоедало. Кошка остервенело носилась из комнаты в комнату. Так они возились несколько дней. Наконец, Хиро успокоился. Его челка вздымалась, а волосы на затылке никак не ложились гладко. - И что теперь? - спросил Хиро и улегся на кровать. - Что теперь... - повторил он шепотом. Иссэй присел рядом и вцепился в резинки у него на капюшоне. - Да какая разница? Хиро взял Иссэя за руку, сжимавшую наконечник веревочки. - И правда. *** Суэко, окруженная пустыми гробами, готовилась к контрольной по ремеслу. Наблюдая за ней, Иссэй никак не мог отвязаться от тянущего приступа ностальгии и привязанности. Он выполнял все домашние задания на том же самом месте. - И все-таки я был прав по поводу тебя, - сказал он. - Ты о чем? - Да так, - он взял в руки две помады разных оттенков. - Как думаешь, какая больше подойдет? - Мне или вон той старушке? - Старушке. - Думаю, - она озадачилась. Та, что слева. Иссэй вздохнул. - Зато права хорошо смешивается с воском. - Зачем тогда спрашиваешь, если сам знаешь? - Прошу поддержки? - Как только я стану главной в этой дыре, - перечила Суэко, - мне не понадобится твоя поддержка. Я буду всё знать наверняка! Иссэй чуть не расплакался, от счастья. - Как скажешь, малышка. - Этого хоронил я. И этого, - Иссэй указал на очередной могильный камень. - Тут, на самом деле, много моих. - Угомонись, пока люди не подумали, что ты серийный убийца. Иссэй коварно изогнул брови и был наказан ударом в плечо. Когда он нашел ещё одно надгробие, он позвал Хиро посмотреть на свою работу, но увидел его застывшим над экраном телефона. Хиро испуганно хмурился. - Что такое? - Да ничего, - он спрятал телефон в карман брюк. - Просто родители. Забей. «Ничего. Знаю я это ничего» - рассудил Иссэй и взял Хиро за руку. Свободной рукой он указал на ту самую могилу. - Эта тоже моя. Такахиро улыбнулся. - Я понял, у тебя монополия на это кладбище. Мы сейчас как умалишенные, не находишь? - Пожалуй. Они продолжили прогулку. Иссэй крепко сжимал его руку. - Если ты вдруг захочешь поработать в ритуальных услугах, считай, работа у тебя в кармане. «Отчаянный ход» - он надеялся, что не спугнул. Хиро мнительно посмотрел на него. - Ты хочешь, чтобы я работал у твоей семьи? - Ты тоже семья, - смело дополнил он и застал этим Хиро врасплох. - Просто предлагаю. Хиро расслабил пальцы, и несколько мгновений его рука зависала в воздухе, лишь немного касаясь руки Иссэя. Вскоре он соединил их снова. - Что ж, я открыт к предложениям. Но сам знаешь... - Знаю. - Я люблю тебя. Признание одновременно волнительное и чистосердечное, обыденное и определяющее, отвлеченное, но точное, как выстрел. Эти слова ни капли не говорили о нем самом, и все же ими Такахиро выражал себя. - Я найду, чем зарабатывать, я обещаю, Иссэй. Пока не знаю как, но найду точно. Иссэй пожал плечами. - Не торопись. Хиро отвел взгляд. - А надо бы. - Не надо, - настаивал Иссэй, потому что не мог дать этой навязчивой мысли раствориться. - Поверь, я каждый день разговариваю с пожилыми людьми, и я тебя уверяю, ты очень молод. Еще он разговаривал с родственниками тех, кто скончался молодым. По их словам, покойные мечтали пережить сотни и сотни событий и столько же хотели повернуть вспять. - Я хочу, чтобы ты занимался тем, чем хочешь ты, - продолжил Иссэй, - А не мучился от того, чем якобы должен заниматься. Хиро тяжело выдохнул. - Но я не знаю, чем хочу заниматься, Иссэй. Я вообще не уверен, что способен на что-то значительное. - Не торопись, - повторил он, - время есть. Если сейчас это так и ничего не поменяется завтра, через месяц или не изменится совсем, то и черт с ним. Я думаю, это в порядке вещей. А я очень умен. Хиро улыбнулся, опустив голову. - Такой ты самодовольный, - сказал он без умысла и в шутку. - Возможно. Иссэй приблизился и поцеловал его в щеку. Ему никогда не удавалось остановиться. Он целовал снова и снова. Хиро широко улыбался. - Совсем стыда нет? Ходишь тут по саду мертвых, хвастаешься тем, что жив. - Ох, - Иссэй осмотрелся. На этой тропинке его учили кататься на велосипеде. Теперь он стоял здесь, влюбленный. - Вообще не стыдно! Хиро расхохотался, громко, как никогда. *** Иссэй отворил дверь и перед ним оказались два старых друга, которых он не видел целую вечность. - Пароль, - строго приказал он. - Матсун! - ликовал Ойкава. - Ответ неверный. - Зайдите позже. И он бы закрыл дверь, если бы Иваидзуми не выставил ногу на порог. - Эй, мудила! - Уже ближе, - сказал Иссэй, - правильный ответ «эй, придурок», но на первый раз прощаю. Тоору бросился к нему в объятья прежде, чем он договорил и чуть не повалил их обоих на пол. Хаджиме не уступал. Иссэй рассудил, что пора бы ему начать качаться. - Моя хорошая! - воскликнул Хаджиме, когда Гоку, их кошка, выглянула из кухни, чтобы разведать неясный шум. Как она выросла! Когда они последний раз приезжали в гости, Гоку была еще котенком. Иссэй до сих пор с нежностью вспоминает те дни, когда она была совсем маленькой и еще не знала, как пробираться в спальню. Хаджиме присел на пол, и кошка с радостью подбежала и стала ластиться. Она точно его запомнила. - Привет, зверюга, - сказал Тоору и сел неподалёку от Хаджиме. - Ты подожди, сейчас исполнит супер сайян, - выглянул Хиро. - В тот самый момент Гоку обхватила когтями запястье Тоору и кусала, пока не испугалась его криков. Хиро с отеческой гордостью взял кошку на руки. - Молодец, Гоку-тан, - приговаривал он. – Прямо, как мы тебя учили. Тоору выставил раненую руку. – Она животное, а не ребенок! Чаще всего, Иссэй встревал и говорил что-то вроде: «Она более человек, чем вы двое, вместе взятые», но в этот раз Хиро его опередил. - Эй! А это что такое? Иссэй направил взгляд туда, куда Хиро показывал пальцем и увидел, что у Тоору на пальце блестело золотое кольцо, и у Хаджиме оказалось точно такое же. - Я не понял, а почему вы нам такие не привезли? – полюбопытствовал Иссэй. - Не хочу огорчать, но вы вообще-то сами себе можете купить! – Ойкава вытянул руку и хвастался кольцом. – Наши – единственные в своем роде. - Извините, что не сказали раньше, - трусливо вмешался Хаджиме. – Все произошло как-то внезапно, и мы решили рассказать при встрече. Иссэй повернулся к Хиро, и его взгляд телепатически передавал тысячи идей о том, насколько отвратительно они оденутся на церемонию, как заставить Тоору позволить им произнести речь, какую именно стыдную историю из детства они перескажут в микрофон. Однако потерянный вид Хиро сбил его с толку. Хаджиме тоже это заметил. – Что случилось? - Это же хорошие новости, Макки, ты чего? - Да знаю я! Заткнулись все! – воскликнул Хиро. Я просто… я так рад вас видеть, окей? Ни слова больше. Тоору выпучил глаза от удивления и расхохотался. – Макки! Мы то-оже рады вас видеть! Он снова обнял Хиро. К ним присоединился Хаджиме. Чем же Иссэй хуже? Он подошел и обнял всех троих. - Это подлая и экзотическая пытка! – послышался голос Хиро откуда-то из середины. - Ой, да перестань! Мы же знаем, что ты нас любишь, - сказал Тоору. Не услышав ответа, Иссэй улыбнулся. Конечно, любит. Они любят.