salvare is

Натали постучалась в кабинет босса, а после глухого "входите" вошла. Она всегда считала этот кабинет слишком мрачным и непригодным для нормальной работы, но Габриэля всё устраивало, а значит, она вынуждена была смириться. — Есть новости? — поинтересовался мужчина, не отрываясь от просмотра каких-то бумаг. — МDC отказались от сотрудничества с нами, — сообщает не очень радостную весть Санкёр. Прозвучал громкий удар по столу, а затем из под листов появилось рассвирепевшее лицо дизайнера. — Какого чёрта?! — он запускает руки в свою пышную шевелюру, слегка оттягивая их. Последние три года дела его компании шли на спад. Последние три года Бражник всё больше был одержим талисманами и своей умершей женой. Габриэль в десятый раз только за сегодня задал себе вопрос, а зачем ему вообще всё это надо. После очередной его неудачи как дизайнера и как Бражника, он стал сомневаться в том, что нуждается в Эмили также сильно, как и раньше. Внутри медленно и постепенно зарождалось желание жить не ради воскрешения любимой женщины, а ради чего-то ещё, более важного и нужного. Секретарша тем временем лишь тихо вздыхает в ответ на его гнев. И вовсе не потому, что они не могут заключить сотрудничество с фирмой, которая с каждым днём становится всё большим конкурентом на рынке для Агрестов. Габриэль Агрест, чьё имя Натали Санкёр готова боготворить, увлечён лишь своей работой. После потери жены его даже не заботит собственный сын, которому следовало бы уделять больше внимания. Габриэль Бражник, а она Маюра — его союзница. И после очередного их боя с Леди Баг и Котом Нуаром она тоже задаёт себе единственный вопрос: "Зачем? Зачем я всё это делаю?". Хватается за голову и стонет от изнеможения, а потом снова ему помогает. Потому что любит. Полюбила этого всё время серьёзного и холодного старшего Агреста. Пускай и почти незаметно, но он заботился о Натали, помогал, и ей удалось разглядеть в нём ту частичку света, которую тьма в его сердце ещё не успела поглотить. Погружаясь в мысли, женщина и не заметила, как в голове уже крутились воспоминания об их знакомстве. Санкёр тогда было всего 18. Мать умерла, а отчим выгнал девушку из дома без средств для проживания. Учёба в университете пришлось оставить. То, что ей пришлось пережить, не снилось, никому, наверное, даже в самом страшном кошмаре. Сначала она жила у друга, но спустя неделю он как-то тонко намекнул, что оставаться у него в доме ей больше нельзя. Каждый день Натали ночевала у каких-то знакомых и перебивалась едой у них. Всё это продолжалось до тех пор, пока она не набрела на шайку воров, которые хоть и с трудом, но приняли её к себе. Будучи 19-тилетней девушкой брюнетка посчитала что проще уж быть воровкой, чем драять полы в какой-нибудь школе или где-то ещё. Она помнит, как сильно сомневалась перед принятием решения. Но ярое желание жить, а не выживать победило. Она часто на заброшенной территории в фургонах с остальными такими же брошенными или ни на что негодными молодыми парнями и девушками. Днём они играли в карты, развлекались в своих подобиях на нормальное жильё, а ближе к вечеру выходили на охоту, выискивая людей в дорогих аксессуарах и одежде. Всё шло неплохо, пока их целью не стал Габриэль Агрест, которого на тот момент Санкёр не знала. Была договоренность, что она отвлекает блондина, а её напарница выхватывает у него кейс и они обе удирают. Вот только сам Габриэль оказался спортсменом, и спортивную подготовку он имел намного лучше, чем Натали. — Вот и всё, — ухмыляется он, когда уже прижимает её к бетонной стене в каком-то заброшенном переулке. Брюнетка сжалась до размеров маленького комочка, и смотрела на Агреста большими испуганными глазами. — Зачем ты это делаешь? — неожиданно интересуется он, а она пугается ещё больше. — Мне жить не на что, — слегка дрогнувшим голосом отвечает та, пытаясь отдышаться после долгого бега. Уставшая, исхудавшая, с большими кругами под глазами, она рассматривает своего собеседника и с удивлением обнаруживает, что он до одури красив. — Моя мать умерла, а отчим выгнал на улицу. Я... должна была, — бормочет Натали, словно оправдывается, а после жмурится под суровым взглядом Габриэля, абсолютно не подозревая, что он сейчас скажет ей. Блондин внимательно разглядывал девушку пока она говорила. Красивые синие шелковистые волосы волнами спадали по её плечам, а голубые глаза горели. И он подметил, что она очень красивая, несмотря на то, в какие лохмотья была одета. Что-то его в ней зацепило. Возможно, искренность в её голосе, а возможно и стеснительность. Она действительно была не похожа на человека, которому нравится такой образ жизни. — Откажись от этой жизни. Пошли со мной, — неожиданно прозвучал его твёрдый и уверенный голос. — Я дам тебе дом и образование, а после того как выучишься, будешь работать на меня. И она согласилась. Живя у Агрестов в особняке девушка часто вспоминала детали из прошлой жизни, и с каждым днём всё больше понимала, как она сильно грешила. Сошла на кривую дорожку, хоть и была вынуждена... И тогда Санкёр решила, что больше никогда так не поступит. Натали не помнит тот момент, когда до беспамятства влюбилась в своего спасителя. Но одно она знала точно — отношения с ним невозможны. Она хороший человек, который уж точно не разрушит семью с маленьким ребёнком своими чувствами. Поэтому было решено поменять себя и своё отношение ко всему. Девочка, которая в 18 лет хотела жить как все нормальные подростки, была вынуждена повзрослеть, став для Габриэля через несколько лет его надёжной правой рукой, таким образом отплачивая ему за то, что он спас её от дальнейшей жизни грешника. Человека, который не думает о других, а просто стремится получить деньги. *** — Так больше не может продолжаться, — от строгого спокойного голоса, пронзившего тишину, Габриэль почему-то вздрогнул. — Знаю, ваша жена умерла, поэтому вы закрылись в себе и не желаете ни с кем общаться. Но мертвого не вернуть. — С помощью двух камней чудес это возможно! — раздался громкий удар стопки документов о стеклянный стол. — Но тогда это заберёт чью-то другую жизнь. мою, вашу, вашего сына. Прекращайте жить прошлым. Из-за того, что вы всё ещё скорбите об утрате Эмили, ваш сын думает будто вы не любите его, — парировала Натали, а Габриэль впервые видел её такой настойчивой. Она ведь была как он, такой холодной и неприступной, поэтому им было хорошо работать друг с другом, и так это остаётся. Но по какой-то причине сейчас эта женщина так яро убеждала его в своей правоте, что это заставляло задуматься. Так что на смену гневу, который буквально секунду назад пылал в глазах Агреста старшего пришла заинтересованность в словах своей секретарши. А действительно ли всё это нужно ему? Действительно ли он всё ещё так сильно желает вернуть Эмили как в день когда она ушла от них? Почему страдают невинные люди от его талисмана, который предназначен совсем не для этого? Габриэль всё больше запутывался в собственных мыслях... — Ты права, Натали, — блондин устало потёр переносицу и откинулся на спинку широкого кресла. — Я так одержим этим, что не замечаю ничего вокруг. Не могу остановиться... — Санкёр подходит к своему начальнику и кладёт руку на его плечо. Впервые её голос звучит так несвойственно ей — нежно и чувственно, а она улыбается: — Вы помогли мне, а я хочу помочь вам, — Габриэль поднимает голову и неожиданно осознает, что ради улыбки на лице этой женщины он действительно готов измениться.