А за окном - жизнь!

      Вот и последний день, а дальше в свободное плавание. Ну почти. Впереди поступление в другую школу для обучения с 10 по 11 класс.       Кира смотрит на себя в зеркало, поправляя легкий макияж, особенно обращая внимания на светлые волосы, которые никак не хотели уложиться так, как хотелось. Осматривает себя, делает глубокий вдох, чтоб успокоиться и легко улыбается. Выглядит она сегодня не наилучшим образом, но тоже неплохо. На ней широкие синие джинсы, футболка и поверх жилетка. В последний раз осмотрев себя в зеркало и, заметив, что серо-голубые глаза кажутся ярче из-за красноты, потому что она опять спала 2 часа, в принципе, ничего нового. Кира надела кроссовки, взяла сумку и, на прощание погладив Рэсси, вышла из квартиры. Сегодня последний день ее обучения уже в старой школе, ведь с первого сентября она будет учиться, как ей говорили, в более престижном заведении.       Девушка переживала из-за аттестата, ведь многие оценки она исправляла в самую последнюю неделю: писала кучу рефератов, учила параграфы, писала «домашняя работа» в своих тетрадях больше 8 раз за день, ну и, конечно, не спала по ночам — было некогда, видимо. В общем самая обычная ситуация перед концом учебного года, даже неважно, выпускаешься ты из 9 класса, или только переходишь в 8. Надеясь на лучшее, девушка вышла из квартиры. Музыка в наушниках погружала в счастливые моменты уходящего года. Слова из песни «Shattered» группы The Cranberries Кира знала наизусть. Казалось, что, если разбудить её в два часа ночи и попросить спеть песню, она это сделает без единой ошибки.       Путь в школу, по ощущениям, занял времени в два раза больше, чем обычно. Может причина совсем не в аттестате, а в том, что там будут её друзья, с которыми она как не пыталась наладить отношения, они все равно относились к ней не так, как пару месяцев назад. Перед глазами вспышками проносятся моменты с многочисленных встреч, когда еще никто не готовился к уже наступающим на пятки экзаменам и те моменты можно было бы назвать беззаботным детством, но детьми они уже не были, а назвать подростковым возрастом Кира не могла. Слишком громко сказано. Девушка была уверенна, что все прелести подростковой жизни еще впереди.       Не помня как, но Кира уже стояла на пороге в школу. Она даже сама не знает, сколько она там простояла. Может пару минут, а может и только что пришла. Все равно было странно. Для Киры особенно. Она не могла понять причины этого состояния. Почему из той бойкой и прямолинейной девчонки она превратилась в унылую жабу. Версии были, даже довольно много: ссора с родителями из-за того, что та не погуляла со своей собакой Рэсси, не ладившиеся отношения с друзьями, бессонные ночи, когда девушка утопала в домашней работе и доп.заданиях, но наиболее правдоподобной являлась как раз третья. Хотелось побыстрее закончить год, забрать документы и распрощаться с этой школой навсегда. Глава под названием «старшая школа» очень манила, мысль о том, что ты уже не просто ученик-шпингалет, а серьезная сформировавшаяся личность. Она представляла как будет ходить по коридорам с кучей учебников, красиво конспектировать каждую лекцию, делать домашку в кофейне.       Конечно, как и все среднестатистические подростки, Кира насмотрелась американских сериалов про эту «старшую школу». Ну и, соответственно, ей хотелось окунуться в эту суетную жизнь с головой: иметь свой собственный шкафчик, есть фастфуд на обед, посещать многочисленные секции при школе, ходить на соревнования по футболу, конспектировать информацию с уроков в планшет. Но пока приходилось довольствоваться общей раздевалкой с крючками и кучей орущих детей, собирающихся домой, школьной столовой, в которой если не ползали тараканы, то еда там точно была полный отстой. В общем, совсем не то, что хотелось, но все равно что-то хорошее тоже было. Например, уроки английского языка, из-за которого Кира совсем не хотела уходить из школы. Из-за любимой учительницы она готова была терпеть других учителей, относившихся к ней, да и ко всем, в принципе, с неким пренебрежением. Несмотря на эти сомнения, тяга к чему-то новому и возможности хоть как-то изменить свою жизнь перетянула на себя канат и она согласилась на перевод в другую школу.       Кире было страшно.       Страшно за то, что там будет сложнее, не будет знакомых ребят и учителей, да и ехать до школы придется далековато, но в конце концов отпустив маленьких чертиков она решила сделать этот шаг в неизвестность. Как говорится: не попробуешь, не узнаешь. Именно по такому принципу складывалась жизнь девушки. Абсолютно все поступки, сделанные за 16 лет её жизни сводились именно к этой фразе. Например, так она в 14 лет притащила домой дворового, но очень красивого рыже-белого щенка, потом впервые спрыгнула с тарзанки вместе с тётей во время отдыха в Сочи, попробовала суши и много еще чего.       Пока та витала в облаках, она уже успела дойти до нужного ей кабинета. Как ни странно, для 9 класса расписании на сегодня стояли 5 уроков: русский, английский, литература, география и господи-как-ее-вообще-понять химия. Нельзя сказать, что химия была нелюбимым предметом. Она довольно нравилась Кире, но нравиться это одно, а понять уже другое, что уже являлось непосильной задачей. Гуманитарный склад ума давал о себе знать не только на уроках химии, но и на алгебре, геометрии и физике. Одним словом, точные науки — это не её. Именно поэтому, в новой школе Кира планировала поступать в гуманитарный класс. Литература и языкознание привлекали её гораздо больше, чем какие-то щелочи, фотоны, дискриминанты и так далее.       До звонка оставалось 15 минут, поэтому девушка, открыв деревянную дверь 49 кабинета вошла в класс и двинулась к своему месту за 3 партой на ряду у окна — это было её любимое место класса с пятого, поэтому, когда дело в их классе доходило до рассадки, то никто уже не претендовал на это место. Ни классная руководительница, ни одноклассники.       Оставшееся время до урока Кира планировала сидеть в телефоне, листая бесконечную ленту Инстаграмма, слушая музыку, ну и ожидая свою соседку по парте. Оля: Приветики :) ты уже в школе? 8:16 Оля — одна из лучших подруг девушки. Она была высокой шатенкой, зелёными, как свежая полевая трава, глазами, стройной фигурой и вообще обояшкой. Обе были в той компании, с которой общение у Киры последние месяца как-то не клеилось, но Оля не была из тех, кто перебегал на чью-то сторону просто так, поэтому общалась как с Кирой, так и с остальными. Кира: Доброе утро! Да, уже тут, а ты где? 8:16 Оля: Я тоже, только зашла. Встретишь? Я тебе молочный коктейль принесла) 8:16 Оля: Ванильный))) 8:17       Кира расплылась в улыбке. Подруга знала о ней всё, начиная от того во сколько та родилась, до того, сколько детей ей бы хотелось. Казалось, что Лёля знала всю подноготную девушки и в какой-нибудь ссоре могла вскрыть все её карты, но, по мнению Киры, она была больше, чем надёжным другом. Девушки часто проводили время вместе: они могли долго гулять по городу и разговаривать обо всем, что только в голову лезло. Почти каждый день каникул они ночевали друг у друга. Ходили на выставки, в кино, в кафе. Погода никогда не была для них препятствием, хоть это был дождь или снегопад, хоть сильная жара, но одно всегда оставалось неизменным — они могли обратиться друг к другу за поддержкой, поплакаться в плечо. Иногда бывало, что Кира приходила к подруге и просто молча лежала у той на коленках, пока Оля гладила её по голове и читала какую-нибудь интересную книжку. И она была благодарна ей за это молчание, потому что Кире было главное ощущать тепло и поддержку рядом. Короче говоря, Оля была самой, что ни наесть лучшей подругой, не зря они дружат с первого класса.       Кира сорвалась со своего места, на бегу печатая смс-ку: Кира: Конечно, уже бегу! 8:17       Девушка перепрыгивала через ступеньки, летела через пролеты, чтоб как можно быстрее оказаться в теплых объятиях подруги. Её плохое настроение куда-то резко улетучилось, чего девушка вообще поначалу не заметила. Завидев у зеркала знакомую фигуру, Кира ускорила шаг. Оля расчесывала волосы, спутавшиеся от ветра, и сразу заметила в отражении подругу. Улыбка не заставила себя ждать.       Девочки обнялись так, будто не виделись несколько лет. Ароматы их духов смешались воедино: горько-сладкий — Оли, сладко-приторный — Киры. Как обычно объятия были теплыми и долгими, будто каждая пыталась напитать себя чужим, но таким родным теплом.       Оля начала рыться у себя в сумке, ища заветную коробочку ванильного коктейля, в то время как Кира стояла будто ребенок, ждущий подарка от деда Мороза на новый год. Наконец ожидаемый предмет был изъят и предложен уже сгорающей от нетерпения Кире. Девушка не скупилась на благодарности, поэтому всю дорогу до кабинета благодарила Олю. Такие приятности были сейчас как раз кстати. — Ну что, как ты? Домучила свой злосчастный реферат? — выспавшаяся Оля, в шутку пытаясь задеть подругу, ухмыляется. — Хах, скорее он меня мучил, а не я его. Я до сих пор не понимаю, зачем нам, блин, это дурацкое отражение звука, будто через 5 лет оно мне кошмар как понадобится… — и в конце концов поняв, что оно действительно не понадобится, решила оставить эту тему в покое и дать мозгам отдохнуть хотя бы от физики. — Хахаха, да не парься. Ты придаешь очень большое значение этому, чего делать вообще не стоит. Короче, не забивай свою светлую головку. — и Оля приобняла подругу за плечи, пока те уверенно двигались к кабинету русского языка. Зайдя в кабинет девушки разговаривали о каком-то новом сериале, перебивали друг друга, пытаясь высказать своё мнение насчет концовки и любимых актеров, как вдруг Оля, кажется, с некой опаской спросила: — Кир, — тихо произносит она, привлекая внимание подруги и виновато смотрит ей в глаза, — может поговоришь с ребятами? — она знала, что такой вопрос мог запросто выкинуть всеь хороший настрой Киры за борт, но решилась спросить. — Все таки не чужие друг другу люди. Я прекрасно понимаю, что тут виновата не ты, они тебе ведь толком ничего не говорят. Поэтому я считаю, что вам стоит попробовать поговорить, пока еще есть время. — закончила Оля, все так же внимательно смотря на подругу, пытаясь уловить её эмоции. — Блин, даже не знаю. — настроение сразу пропало. — Я пыталась с ними поговорить, такое ощущение, что я просто кричу в пустоту или разговариваю сама с собой, как будто у меня последняя стадия шизофрении. — будто нехотя произносит Кира, смотря чуть ли не сквозь парту и обводя тонким пальцем рисунки, оставленные синей ручкой. — Я помню, ты рассказывала, но может попробовать еще раз? Все таки попытка — не пытка. — пытаясь как-то приободрить подругу, видя её резкое изменение в лице предлагает Оля. — Даже не знаю хочу ли я наладить с ними отношения, потому что делаю этим больно только себе, но, по правде говоря, очень хотелось бы разобраться в чем же дело и спокойно разойтись. — Кира на самом деле уже запуталась в себе. Она не раз прокручивала этот разговор у себя в голове, но почему-то никогда не приходила к счастливому заключению. Может это знак, что пора всё заканчивать? Друзья не обязательно одни на всю жизнь. Люди меняются и девушка тому не исключение. — Хм. Ну давай пойдем вместе, я вроде с ними в ладах, если что, то за тебя вступлюсь или донесу им твое мнение. — очередная попытка уговорить Киру на разговор. — Ты правда полезешь в наши с ними проблемы ради меня? Не смеши. Ты всегда придерживалась позиции «ни туда и ни сюда», что с тобой стало? Ты перегрелась? — усмехаясь удивлялась Кира. — Да ну тебя. — Оля толкнула подругу в плечо, — Пойдем поговорим? Может это поможет решить ваши проблемы, а я, так уж и быть, буду твоим верным Санчо Пансой. — сквозь смех сказала Оля, тем самым вызвав и Киры широкую улыбку. Лёля прекрасно знала, что «Дон Кихот» — единственное произведение, которое Кира ненавидела всей душой. Это подтверждал тот факт, когда девушка позвонила подруге и гневно, распаляясь с каждым словом, вывалила своё мнение насчет идиота Кихота. — Да пойдем, пойдем, разве тебе, блин, откажешь? — беззлобно парировала Кира, — но пообещай, что… — не успела девушка договорить, как на входе послышался смешанный из нескольких голосов смех. Пришли ребята. До урока еще 10 минут. Может хватит времени поговорить и закрыть вкладку «компания» навсегда? — Пошли, — уверенно бросила Кира, и взяв подругу под руку двинулась к тем, кому на нее, по мнению девушки, было явно наплевать, начихать и так далее.