Ангелы Ада

Муфассиры говорили, что когда Аллах создал Ад, ангелы заплакали от страха. Но после того, как Аллах создал Адама, ангелы поняли, что Ад создан не для них, и успокоились.

— из мусульманских источников [1].

      Фред Кларк — христианский ультралиберал, выступающий за права геев, аллегорическое прочтение Библии и прочий розовый сироп; много страниц своего блога он посвятил критике своего оппонента — Тима ЛаХейя — автора романов-бестселлеров из цикла «Оставленные»: они повествовали о том, как настали последние дни, предсказанные Книгой Откровения, и о том, как ортодоксальные протестанты-христиане попали в рай, а все остальные разделили муки вечные в озере огня и серы. Фред Кларк всегда был сторонником ереси Оригена, убеждённого, что адские муки конечны, он также вообще не очень верил в ад, как его изображают ортодоксы. И вот он накатал очередную статью, где бичевал Тима ЛаХейя. На сей раз поводом стало высказывание Тима ЛаХейя о том, что все христиане, которые не разделяют его доктрину о взятии живыми на небо правильных христиан перед концом света, горько пожалеют о том, что не разделяли её, когда останутся на Земле. — «Что же это значит?» — гневно строчил Кларк. — «Это значит, что все христиане, которые не разделяют позицию ЛаХейя, обречены на ад — ведь если их не взяли на небо, то значит — они находятся в том духовном состоянии, что обречены на ад. ЛаХей, кем ты себя вообразил, чтобы считать себя в праве судьи живых и мёртвых? Тебя ли Господь поставил по правую руку от себя, чтобы судить?» Закончив очередной гневный пост, Фред решил перейти к чему-то более актуальному — к такому же разносу QAnon, но тут вспомнил, что у него нет хлеба. Потому решил по-быстрому сбегать в магазин, где нашего прогрессивного христианина и застиг судьбоносный грузовик. Очнулся Фред в неком странном месте, где важным было не место, а его обитатель — гигантский красный змей с пылающей головой льва, которая смотрела прямо на Фреда. — Э… — Я Яхве — Господь и Бог твой! — громогласно заговорило существо. — Э, э-э… — Фред запнулся от неожиданности. — Никаких комментариев по поводу моей внешности — я устал от того, что вы все ожидаете старца на облаке, — Яхве закатил пылающие очи. — Э… — Никаких вопросов, ты всё поймёшь из того, что я скажу тебе следом. Итак, — начал Яхве, — ты умер и сейчас я буду судить тебя. Куда ты попадёшь — в рай или в ад. Я Бог этого мира и мне решать! Так вот: истинное христианство — это хорошо известный тебе… как бы ты выразился «сверхизуверский ортодоксальный протестантизм», против которого ты враждовал всю сознательную жизнь, говоря — что это извращение Истинного Христианства, в то как на самом деле извращение Истинного Христианства — твои взгляды. — О нет! — и Фред, прекрасно зная, что такое «сверхизуверский ортодоксальный протестантизм», прекрасно понял, что ему конец. И самое печальное заключалось ещё и в том, что он не мог и не стал бы никогда молить истинного бога «сверхизуверского ортодоксального протестантизма» о спасении и прощении, так как знал, что такая молитва не может быть искренней — Фред всей душой ненавидел тот образ бога — ревнивого садиста и психопата, которому молятся ЛаХей и ему подобные. И если это — истинный бог, то Фред никогда не признает его своим богом и господом. — Верно, — прочитал мысли Яхве, — потому перед тем, как отправить тебя в ад за то, что ты был еретиком и неправду говорил обо мне — я покажу тебе весь ад, который будет ожидать тебя. Взгляни на ад, который уготован всем, кто не разделял «сверхизуверский ортодоксальный протестантизм», — указал хвостом ветхозаветный Яхве, — да-а, — злодейски усмехнулся бог Ветхого Завета, — я создал вас только для того, чтобы играть в лотерею, и сейчас ты узнаешь, что стало с теми, кто проиграл — такова цена неправильного билета. И очам Фреда Кларка предстали бесконечные и безграничные ужасы, которые не под силу вообразить смертному. Стоит сказать, что муки ада были разнообразны и изощрены, они никогда не повторялись в точности и были различны для каждого человека, хотя между ними было иногда нечто общее, говорившее о том, что эти люди попали за одинаковое для них всех неправильное мировоззрение. Ужасные монстры, которые, как следом узнал Фред, были не демонами, но ангелами — ибо это не очень логично, что дьявол будет пытать грешников, которые всю жизнь вели себя так, как ему надо — ангелы безжалостно и в течение невообразимого количества времени невообразимо терзали того, кто попал в ад лишь за то, что он не разделил при жизни «сверхизуверский ортодоксальный протестантизм». И вот какие то были пытки: • Православных в аду ангелы распинали на православных крестах, после чего нередко заставляли перекладины неким образом двигаться и ломать кости, а также они часто сдирали с них кожу заживо и вбивали в нервные узлы разогретые на адском пламени гвозди. Степени мук возрастали индивидуально, в зависимости от того, насколько взгляды жертвы отличались от нужных. Разумеется по довершению пыток, всё возвращалось на место — и гвозди выходили из нервов, и кожа нарастала снова, дабы пытки эти могли продолжаться вечно. Среди огромного числа терзаемых несчастных Фред божьим озарением узнавал тех православных, о которых слыхал — в этом кругу ада мучились Фёдор Достоевский, Владимир Соловьёв, Алексей Ридигер и Андрей Кураев. Кого тут не было — так это Кирилла Гундяева, ибо этот вообще верующим человеком никогда не был и ему досталась иная часть ада. • Католиков ждала иная участь — их закапывали заживо в раскалённых железных гробах: их закапывали днём и раскапывали к ночи, чтобы они немного восстановились, и процедура повторялась ангелами. В гробу было нечем дышать, а он ещё и разогревался, и лёгкие католиков шли кровью от необходимости вдыхать такой воздух. А ведь всё их преступление заключалось лишь в том, что они не были «сверхизуверскими ортодоксальными протестантами!» В этом кругу ада мучились разные Папы Римские — разумеется те, кто был честным католиком — всяких там Борджиа ожидала компания Гундяева — известный поэт Данте Алигьери, который оказался очень шокирован тем фактом, что он вытянул неправильный лотерейный билет, потому его вопли в нагреваемом гробу звучали громче всех, уступая лишь воплям Джона Рональда Руэла Толкина — бедняга Профессор всю жизнь верил в Бога, но, увы, он делал это неправильно. • Неправильных протестантов в аду ожидали следующие муки: колесование, утопление и иные муки от воды и колёс — их перемалывали какими-то корабельными винтами, частично вмораживали в лёд, который для них казался при этом ужасно горячим, потоки воды им вливали в рот, чтобы те проходили через кишки — и наоборот. Словом — ужасна была и их участь. Среди жертв Фред увидел Клайва Льюиса. • Христианских либералов кипятили в смеси из сладкого сиропа и соплей — на берегах этого дьявольского месива их насильно кормили таким количеством сладкого, что оно у них лезло из кишков. Иногда им втыкали в глотки шланги, через которые заполняли желудки огромным количество сгущёнки, мёда и т.д. Ужасны были их муки, не менее ужасны, чем у других жертв ада, попавшего сюда исключительно за неправильные взгляды. Если они при жизни были геями и считали, что в гомосексуальной жизни нет ничего греховного, то сладости им заливали не только в рот, но и с другого конца, чтобы раздувать и взрывать желудок. Такая процедура всегда вызывала у ангелов ада громкий смех. Многие из жертв блевали радугой после таких процедур, если их желудки каким-то чудом не лопались. А ангелы смеялись и хохотали, испытывая огромное удовольствие от таких страданий. В этой части ада мучилась Джоан Роулинг. • Иудеев ждали похожие муки, за тем исключением, что вместо сладкого использовался кал. Их кипятили в дерьме — что ортодоксов, что либералов, и муки их были самыми смрадными и мерзкими во всём аду. • Рядовых мусульман — тех самых порядочных мусульман, которые всю жизнь отдавали часть доходов нищим, совершали паломничество в Мекку, вели праведную жизнь, и если кого убивали, то только геев — этих мусульман на пекущем солнце закапывали в раскалённый песок, они в нём утопали и сильно страдали от жажды, и тем, кто страдал больше всего, ангелы заливали в глотки раскалённый металл. И жертвы, вместо того, чтобы терять сознание и умирать, заживо пропускали через себя этот жар, который прожигал им нутро и выходил в недра пустыни, дабы разогреть её ещё больше и увеличить муки остальных. Мусульманских фанатиков заставляли кровью переписывать Коран, и если они где-то роняли каплю лишней крови или как-то портачили, то ангелы на их глазах тотчас обрушивали какую-нибудь пытку на их жён и детей, которые страдали рядом, закованные в раскалённые клетки. При этом ангелы чудесным образом увеличивали у писарей Корана эмпатию, чтобы их сердца не могли стать каменными от постоянного созерцания мук — и эти фанатики вечно исходились слезами, истериками и дрожью во всём теле, которая, разумеется, не позволяла им нормально кровью переписывать Коран, который они непрестанно и непрестанно проклинали, так как именно эта ересь — их неправильный билет — вверг их в муки ада на всю вечность. Такая мука оказалась уготована и для самого пророка Мухаммеда — с той лишь разницей, что для новых листков Корана он делал материал, срывая и высушивая кожу с собственных жён и детей и своей матери. Разумеется ангелы усилили его сострадание в невообразимое число раз, сделав основателя ислама самым сострадательным существом во Вселенной. — Не стоит жалеть тебе никого из этих еретиков, ибо большинство из них верили, что тебя ждёт такая же мука лишь за то, что ты веришь неправильно — просто они верили, что вытащили самый верный билет, но просто это оказалось не так, — мрачно изрёк Яхве. — Потому пусть твоей единственной радостью в аду будет та мысль, что те, кто пророчили тебе такую участь, а себе — вечное блаженство, тоже проигрались и попали вместе с тобой в ад. Дальше бог Ветхого Завета показал, как страдают инаковерующие: • Буддистов ожидало обращение в различные неодушевлённые предметы, которые бичевались ангелами, при этом заключённые внутри этих предметов сознания полностью воспринимали не только боль, как если бы терзали их тела, но и боль от множества других буддистов — то есть у них был коллективный разум, который позволял всякому ощутить боль другого, и каждый одновременно испытывал боль всех остальных. И ангелы постоянно шутили, мол, достиг Нирваны, достиг?! Сам принц Сиддхартха Гаутама был превращён в статую самого себя, дабы разделять боль всех, кого ввела в заблуждение его ересь. • Индуистов ожидало превращение в животных — они были обречены постоянно охотиться друг на друга. Не стоит думать, что эта мука хоть сколько-то ощущалась легче прочих, так как ключевой её элемент — постоянно испытываемый голод и животный ужас преследуемой жертвы — каждую секунду своего существования бегущих зверей и их добычу терзал голод и страх, а когда жертва становилась пищей для кого-то, то к этой муке добавлялся кошмар живого существа, разрываемого на части заживо. Потому с виду эта пытка могла показаться менее страшной по сравнению с иными, но лишь с виду. Миллионы и миллионы индуистов вели жизнь хищных животных — и не было конца и краю этому погибельному пиру. Махатма Ганди постоянно перерождался в добычу, которая не могла бегать, потому его постоянно рвали и рвали на части сразу же после нового рождения. • Зороастрийцев ожидала, пожалуй, одна из самых необычайных пыток во всём аду — ангелы создали копии матерей и отцов зороастрийцев, только у первых были члены, и после чего заставили эти копии насиловать анально своих жертв. Так как зороастрийцы (по крайней мере те тру-зороастрийцы) верили что инцест священен, а анальный секс — самое страшное зло в мире и что первый из грешников — тот, кто совершает сношение в зад, то ангелы их самих подвергали такой ироничной процедуре. Эта пытка могла показаться не такой страшной, можно было подумать, что даже среди зороастрийцев найдутся такие извращенцы в душе, кому такое понравится. Но ангелы специально для этого увеличили совесть зороастрийцев до такой степени, что они стали самыми совестливыми существами во Вселенной — потому они во время постоянного совершения над ними самого тяжкого из грехов, по их представлениям, не переставали испытывать глубочайшие муки совести. Эта ментальная пытка была самой страшной — моральные терзания всех геев во Вселенной, которые страдали из-за своей ориентации, моральное терзание всех жертв изнасилования — все эти муки души вместе взятые не могли сравниться даже с каплей мук одного-единственного правоверного зороастрийца в аду! Потому, когда ангелы давали им передышку, то бесконечно ревущие и бьющиеся в истерике зороастрийцы первым делом пытались покончить с собой. Иногда ангелы позволяли им сделать это, тогда тело умирало, но разум зороастрийца и после гибели тела продолжал осознавать происходящие. Тогда ангелы либо кремировали это тело, либо закапывали в землю без гроба. А так как с точки зрения зороастрийцев захоронение трупов без гроба и осквернение огня трупами — это тоже непростительные грехи, то и тут, осознающий происходящее разум, запертый в трупе, испытывал огромные муки совести. Таким образом нигде правоверным последователям Заратуштры, как и ему самому, не находилось спасения в аду. Потому что их вера при всей своей жестокости и нелепости, оказалась неправильной. Мучился в этом аду Константин Крылов, он же Михаил Харитонов, которого Кларк не знал, но кого, быть может, узнал бы русский читатель. • Примитивных язычников, почти все из огромного числа которых и слыхом даже не слышали про правильный билет, кто почитал природные явления, таких ждали муки от этих явлений — пытки тут потому были разнообразны и зависели от региона проживания жертвы: жителей севера мучили водой и холодом, жителей лесов и джунглей терзали плотоядные растения, выделяющие кислоту, из ацтеков выпускали кровь на палящем солнце, китайцев рубили острыми листьями и пронзали их растущим бамбуком… Словом — нельзя было хоть сколько-то коротко перечислить муки для примитивных язычников — их было очень много, но все они так или иначе исходили от объекта почитания. • Атеистов и материалистов ждала вот какая пытка — их медленно дезинтегрировали футуристическими лазерами. Атомы рассеивались, но даже так атеисты и материалисты осознавали себя и это причиняло им страдания, которые нельзя было не только испытать при жизни, но и вообразить. Если такие атомы попадали в тела других жертв, то тогда атеисты и материалисты ощущали боль и муки этих несчастных. Таким образом особенно широко развеянный атеист-материалист мог испытать муки всех жертв ада одновременно. Ангелам требовалось много сил и времени, чтобы собрать все атомы и снова сделать тело своей жертве. Чтобы начать процедуру снова. • Верующих философов, которые верили в некую высшую силу, полностью лишённую всего, чем обладал Яхве, ожидало следующее наказание за эти свои неправильные взгляды — их неким образом выпаривали в чистый и невесомый свет, который разносился по аду и проницал муки всех его жертв, и страдали они исключительно от чужой материальной боли. • Пантеистов, которые верили, что истинный бог — это сама природа, тех закапывали в лесах, а потом эти леса всячески уничтожали ангелы, и эти пантеисты испытывали боль от данной процедуры. Здесь страдал в частности Альберт Эйнштейн. Часто их закапывали там, где страдают индуисты — тогда боль их передавалась пантеистам. • Лиц, которые не считали религию важной для себя, заставляли читать всевозможные религиозные тексты, тогда они должны были выбрать правильную веру. И когда они ошибались — их подвергали мукам, которые уготавливались адептам того неправильного лотерейного билета, который вытягивался ими. В силу ангельских хитростей жертвы никогда не могли выбрать верный билет. Кроме тогда, чтобы обмануть жертву, ангелы постоянно напускали на неё лживые божественные откровения, чтобы окончательно сбить и запутать её и сделать такие муки вечными. • Что же касается геев, лесбиянок, бисексуалов, которые при жизни никого не убили, никого не ограбили, могли быть прекрасными, добрыми, отзывчивыми людьми, но имели наглость практиковать однополый секс и не видеть ничего в нём дурного — то их ожидало всевозможное увеченье гениталий — пытки их были самыми унизительными — ангелы постоянно издевались над их ориентацией, чтобы физические пытки дополнялись моральными — ЛГБТ в аду приравнивали к опущенным на зоне, заставляли делать то, что делают в тюрьме «петухи», потому часто ангелы насиловали их самих, и, так как у ангелов ада вместо спермы извергалась кислота, то ничего приятного представителей ЛГБТ не ждало от такой любви.       Было ещё много мук, казней и пыток для каждого из неправильно выбранных билетов — и все описать их было просто невозможно, столь много их было, да и все указанные описания лишь приблизительно передают страх, срам и ужас, постигший неправильно веровавших. И что самое страшное, не было спасения от этих мук тем, кто не смог признать их справедливыми и заслуженными, а главного мучителя — самим воплощением добра и любви. Более того, подумав об этом перед тем, как пасть в озеро раскалённых соплей и сиропа, Фред узрел и самого ЛаХейя в аду и всех тех, против кого он выступал. — Ни у кого из смертных не нашлось сердца столь чёрного, как моё, чтобы признать, что вечные муки морально оправданы, — пояснил Яхве этот вопрос. — Одно дело, писать, что — да, геи, мусульмане и прочие достойны вечного ада, но совсем другое видеть этот ад, понимать, что такое ад, видеть муки жертв — и тогда соглашаться, что они достойны ада. Никто из смертных не оказался настолько жесток и чёрен сердцем, чтобы увидев ад, признать его моральную оправданность. Ни одна живая душа человека от сотворения мною мира не была достаточно черна, чтобы увидев то, что увидел сейчас ты, сказать мне: «О, воистину — ты бог добра!» Многие говорили мне это, но только для того, чтобы избавить себя от ада, но никто не говорил мне это искренне. В свою очередь для верующего Бог — источник морали и ценностей, если Бог скажет — чёрное — это белое, а 2+2=5, то верующий должен искренне соглашаться, что это так. Потому я, желая испытать людей, ставил их перед адом и спрашивал: морально оправданно ли это? всеблагой ли я Бог, если я создал такое? Но никто в сердце своём не видел меня добром после того, как увидел ад. Исламисты, инквизиторы, Гитлер, Заратустра, даже известные маньяки — никто не смог морально оправдать ад, если ад перед его глазами. Вот почему все попали в ад и никто не попал в рай. Да собственно рай — это и есть ад, только блаженны в нём те, у кого сердце позволяет честно взять в руки вилы — верные мне мои Ангелы Ада, чью неиссякаемую злобу ты уже увидел и будешь видеть и испытывать на своей шкуре всю вечность.       Будь Фред интеллектуально честен с самим собой, он бы при жизни понял, что любой бог, создавший наш материальный мир, где одни животные запрограммированы убивать и есть других животных, где целые виды, такие как морские игуаны, запрограммированы быть насильниками, где самки богомолов запрограммированы пожирать самцов прямо во время спаривания; где люди, у которых как бы есть свободная воля — обречены обстоятельствами использовать её только для того, чтобы выбирать между разными сортами говна, потому что ничего, кроме говна тут зачастую и нет; мир, где родители обречены выкидывать своих детей из-за того, что они не могут накормить себя; мир, где тебя будут убивать и ненавидеть только за то, что тебе нравится по взаимному согласию с другим мужчиной, вводить ему член в зад или отдаваться ему таким образом; мир, где хорошее всегда неразделимо с плохим — этот мир мог быть создан только богом истинного Зла: Отцом Порока. А не Отцом Сиропа, в которого верят христианские либералы. Все их теодицеи — только способ не видеть очевидного. И, возможно, если бог всё-таки существует, этот мир — лишь прелюдия к ещё большому ужасу?