Лагерные страсти

Она приехала в лагерь в августе. Был яркий солнечный день. Солнце палило по страшному, над землёй поднималось знойное марево, сообщая что месяц будет жарким. Несмотря на духоту, то туда то сюда сновали вожатые с детьми, таща за собой огромные сумища вещей. Ей было не впервой видеть суматоху. Шестой раз в лагере как никак. Её не покидало ощущение подвоха. На КПП было много детей. Некоторое время она и её семья стояли в очереди. За период, что протекал довольно медленно, девушка ничего необычного не заметила. Большое возвышение в виде стрелки, указывающее на вход, старая стройная яблоня с кислыми зелёными яблочками и некрашеные, наверное с момента основания лагеря, голубые ворота - всё оставалось таким же, как в первый приезд. Через пол часа девушку уже осматривал местный врач. Действо происходило в узкой комнате КПП. Ничего необычного: преподнеми футболку, покажи язык и свободен. До корпуса её довела весёлая девушка, представившаяся Катей. Скорее всего помощница вожатого, хотя и выглядевшая на восемнадцать лет. Её внешность притягивала и манила, но не понятно чем. По дороге Аня заметила, что площадку так и не покрасили, качели починили и на том спасибо. Как обычно все старшие отряды жили в первом корпусе, его ещё именовали зелёным. Но в отличии от прошлых лет, в этот раз девушку поселили на втором этаже. На этаже, где ни кто не жил уже много лет: стены были давно не крашены, старые плафоны и шкафы без дверок. Она приехала одна из самых первых в своём отряде, и это открывало ей прекрасную возможность выбрать любую комнату. Конечно, она прошлась по комнатам. В них стояло всего по две или три кровати, что было особенностью первого корпуса. В двух последних комнатах оставались пружинные кровати со старыми матрасами. Странно, но номера дверей не были наклеены. Были просто закрашенные выступы, говорящие что эта смена тут впервые за последние десять лет. Зайдя в первую от коридора дверь, Аня удивилась. Несмотря на раннее время, в комнате уже была девочка. Выглядела она не стандартно, не как лагерная девчушка. Её шикарные пышные волосы струились серпантином во все стороны, загорелое лицо и чёрные очки подчёркивали её прекрасную внешность. Редко когда встретишь такого подростка в пионерском лагере. –Привет,- сказала она, чуть робея - как тебя зовут? –Меня зовут Аня, а тебя? - с негодованием ответила наша героиня. –Ксюша,– повисла неловкая пауза, которую надо было прекратить. – Какой ты здесь раз? - не выдержав тишины, и наконец-то отведя взгляд от волос, спросила Анна. – Впервые.- Это и было понятно, подумала Аня просебя, такие по лагерям не ездят. Наверняка мама сюда закинула. Долго не протянет. Размышление длилось вечность. Молчание продолжалось. И о чём с ней говорить? Кто-то, постучавшийся в дверь рассеял тишину. Это был парень с чёрными, как угольки, глазами. Не успела Аня подумать что для вожатого он молод, а для ребёнка староват, парень сказал: – Я, Андрей Михайлович, ваш вожатый.- он сказал это не серьёзно, с каким то подъёбом, но девочки кивнули, аля "да-да мы поняли, иди ка ты дальше". Он приказал выходить в коридор и ждать там всех. Когда весь отряд был более менее в сборе начались игры на сплочение, в принципе как во все первые дни в лагерях. Погода позволяла гулять, но все продолжали торчать в корпусе. Вскоре ребята познакомились с воспитателем отряда – Дарьей Сергеевной. Ей была девушка двадцати одного года, с красивой фигурой, светлыми волосами и необычным красным маникюром. Было странно осознавать, что воспитатель - молодая студентка. Ребят построили в круг и попросили назвать имена с предметами - ассоциациями. Ане это не нравилось, но возмущаться было не кому. Круг получился овалом. Состав отряда был колоритен: от маленьких до больших. Были как совсем светлые, так и тёмные; худые и полные. Но всех выдовало одно - глаза. По глазам можно было определить насколько человек готов к той или иной ситуации, приятно ему, или же он напуган; а главное - есть ли в человеке жизнь. – я Катя, и я человек, – я Лиза, и я ничто, – говорили подростки один за другим. Без глупых смешков конечно же не обошлось. Но надо принять должное, им по пятнадцать. В отряде было ровно семь девочек и семь мальчиков. Идеальное соответствие. После игры был обед, а после него тихий час, который шёл не один час, а почему-то два. Аня сидела у коридорного окна и смотрела вдаль. Её взгляд зацепили силуэты людей. Только когда они подошли поближе, девушка поняла, что это была Алёна - знакомая с прошлой смены. Когда Лёна зашла в корпус, Аня уже ждала её в холле. Алёна не изменилась совсем. Всё такая же худая и высокая, она оставалось девушкой, словно вырванной из модной обложки или поста в Инстаграм. За собой она тащила большую сумку вещей с пакетами. Так как Анна так и не определилась с комнатой, было логично что они заселились в самую лучшую. Интерьер её не сильно отличался от других: зелёные мятные стены, крашенный коштановой эмалью пол и шкаф без дверок. Но это была единственная комната, в которой жило два, а не три человека. К дополнительным плюсам можно было отнести наличие розетки и окна, выходящего на задний двор. Тихий час шёл долго и скучно. Книгу читать не хотелось, музыка не заходила, а болтать не было смысла. Поэтому девушка просто смотрела в белый облупленный потолок. По нему проходило два провода: один красный, подсоединявший технику для безопасности при пожаре, а другой белый, проводящий ток до самой розетки в комнате. В последствии выяснилось, что розетка не работает, а провод просто безполезный. Неожиданно белая дверь распахнулась, и в комнату вошёл симпатичный парень худощавого телосложения. Темные глаза и волосы только придовали ему шарма. Красивая улыбка вырожала настроение. Поздаровавшись он зашёл в комнату и сел на кровать Алёны. Юноша представился Александром. Он пару минут молча смотрел в окно, после чего начал разговор о отряде и вожатых. И тут Аня поняла: он был не обычным, не таким как все. В каждом его слове была жизнь. Он был один из немногих, чьи глаза светились, а речь наполнялась оттенками, звучала мелодией, словно лилась. Его хотелось слушать и слушать. Он, тем временем, рассуждал об изменениях в лагере. Девушка тоже много думала об этом. Алёна бурно продолжала диалог, их тона то повышались то понижались, но впрочем Анна по большей части слушала, и только изредка высказывала своё мнение. Обсуждение всё велось и велось, а ребята не заметили как прошло время. От разговора их отвлёк Андрей Михайлович, позвавший на ужин. Собираться долго не пришлось, одежда и так была на них. Пройдя мимо синего, уже прогнувшегося от старости теннисного стола, и спустившись по крутой лакированной лестнице, ребята оказались в холле корпуса. Там, за столбом, стоял точно такой же синий стол что и на втором этаже. Слева и справа находились лавочки, под которыми стояла вся обувь. Стены были изрисованы: на стене справа был изображён шкаф с книгами и филин, на левой красовался громадный дракон. Обувшись, девочки поспешили на улицу к своему отряду. Ужин был не очень вкусным, хотя все вожатые незабыли сказать о смене поваров, и о улучшении качества пищи. Столовая, кстати, изменилась в худшую сторону: все сказочно изрисованные стены закрасили. Исчезли и яркие шторы. После ужина были отрядные игры. И много свободного времени. Только сейчас Аня поняла в чём был подвох: всё было по другому. И вожатые и общение и вообще ВСЁ. Ничего не осталось, кроме названия. Отряд сплочился довольно быстро. Уже вечером девочки сидели у мальчиков и смеялись над их не смешными шутками. Зашёл вожатый Андрей,  (что было ещё одной новой особенностью - можно называть их только по именам), и объявил о том, что через десять минут отбой и пора бы расходиться по комнатам, но его конечно никто не послушал. Когда свет выключили, к девочкам забежал Саша и обнял их. Аня заснула быстро. Ночь забрала в царство Морфея всех детей.