with your hair falling into place like domino

В теплом приглушенном свете низко висящих ламп высветленные волосы Ацуму выглядели почти рыжими. Выбившиеся из укладки отдельные волоски подсвечивались сзади неоновыми led-лентами холодильника с заготовками, отчего вид у брата был как у пушистого кота. Если бы Осаму не знал, что на ощупь шевелюра его схожа с соломой, обманулся бы. Но он слишком часто ерошил политые лаком волосы и слышал в ответ возмущённые крики. Пили немного. Точнее, Осаму готовился к завтрашнему дню, а Ацуму пил то самое крафтовое пиво, о котором так много писал ему в лайне. "Котик среды" или что-то в этом роде, Осаму не запоминал да и на этикетку не смотрел. Он уже и не резал ничего, только смотрел, как двигаются губы Ацуму, пока тот, как обычно, жаловался на всё подряд, начиная вот с пива (его ужасно тяжело достать, хорошо хоть у Боккуна есть связи) и заканчивая новым диагональным, с которым никак не получается сработаться. — Ну что за жопошник, ну трудно ему, что ли, сказать «Ацуму, что-то высоковато» или «мне лучше с задержкой» или «мне как криворукому пасуй», — Ацуму отправил в рот кусок вяленой рыбы и скривился. — Фу, солено слишком. Потом он говорил ещё что-то про Хинату, про бывшего связующего Фукуродани, который к ним часто заходит со своим мангакой, про автобус, про сборы, про «Сендайских лягушек». Осаму не вслушивался, голос Ацуму давно для него сливался в фоновый шум наравне с гудением холодильника. Ацуму редко говорил что-то действительно важное, но в такие моменты у Осаму срабатывало паучье чутье. Сам того не замечая, Осаму склонялся всё ниже и ниже, пока не навис над братом на вытянутых руках. Благо, столик был маленький. — Сядь, каланча, свет закрыл. — Ацуму запрокинул голову и скорчил недовольную гримасу. Глаза его скользнули по лицу вверх и вниз. Язык пробежал по губам. Горьковатые, наверное. — Заткнись уже, заебал ныть. — Осаму старался смотреть на его нос с гладкой ухоженной кожей, но розоватый кончик языка мелькнул в уголке губ и перетянул внимание на себя. — Не видно ни хрена, говорю, — Ацуму схватил Осаму за форменную футболку и будто бы приготовился толкнуть. — Хватит болтать, а. — Кто первым подался вперёд, сказать было сложно, может, это какая-то близнецовая магия. Но они столкнулись, как тектонические плиты, с такой силой, что у Осаму искры сверкнули перед глазами. Или это были искры между ними, искры желания и тоски, голод до прикосновений и горячих вздохов. — Ты окна точно закрыл? — Выдохнул Ацуму, когда язык Осаму скользнул по челюсти вниз. — Не отвлекай меня, — Осаму лизнул за ухом и улыбнулся, когда Ацуму недовольно пихнул его в плечо. — Ты сам их закрывал, придурок, — Осаму стянул футболку, оставшись в майке, взмокшей на груди. — Душ? — Душ. Недопитая банка труднодоступного пива осталась на столе, не нужная и забытая.