Shadow of the Storyteller

Снежная — страна вечного снега и льда в Тейвате, которой правит Крио Архонт Царица. Под ее властью находится не только народ этой страны, но и военно-религиозная организация — Фатуи. Ей управляют Одинадцать Предвестников. По белому мраморному полу не спеша шла девушка лет 22. У неё были волнистые, русые, светлые на концах волосы, зачесанные на левый бок и достающие ей до плеч. Одета она была в чёрное пальто с серебряным узором по краю, вместо его верхней левой части виднелся воротник белой блузки, на шее висел чёрный галстук с серебряным узором, сама блузка была заправленна в штаны с высокой талией, по коридору эхом раздавался шаг, издаваемый чёрными сапогами до колен, с невысоким каблуком. Руки покрывали кожаный перчатки. На лице девушки было абсолютное равнодушие, она возвращалась с очередной миссии из Ли Юэ в которой надо было устранить похитителей сокровищ и разведать обстановку в Банке Северного Королевства. Идя по длинному мрачному коридору около шести минут, перед глазами плыли картинки того времени, когда она не носила статус Предвестника. Девушка и не заметила, как дошла до нужной двери. Спустя пару стуков, она отворилась с приглушенным звуком, открыв вид на большой тронный зал, в середине которого стоял ледяной трон, принадлежащий Царице. Выглядела она волшебно. Длинная белая коса до пола, белое лицо, важно смотрящее с высока, голубые, хотя нет, ледяные глаза были опущены, их прикрывали белые ресницы. На голове у Архонта вместо короны был кокошник расписанный ледяным узором. Одета Царица была в бело-лазурное узорное платье, прикрывающее пышные формы. На плечах лежал белый песцовый тулуп, на ногах сапоги на высоких каблуках. Подойдя поближе к трону, девушка опустилась на одно колено, склонив голову. -Ваше Величество, я устранила похитителей сокровищ и разведала Банк. Жду ваших следующих указаний. — после этих слов девушка подняла голову. Царица приоткрыла свои веки и посмотрела на нее.       -Молодец, Номер Семь. Пока что на этом всё, можешь устроить себе выходной. — на лице Архонта появилась лёгкая улыбка. Она считала Седьмую Предвестницу очень полезной слугой. Девушка поняла это ещё тогда, когда ей огласили, что она достойна этой роли. -Спасибо вам, вы очень добры.-девушка посмотрела на Царицу, тем самым спрашивая, можно ли ей идти. Получив согласие, она встала и развернулась, чтобы уйти, как вдруг её окликнули. -Агата, подойди ко мне завтра, нужно будет кое-что с тобой обсудить.- девушка насторожилась. Царица никогда не называет Предвестников по именам, только тогда, если это что-то очень важное. На эти слова Агата повернула и наклонила голову, что означало, что она согласна. Хотя согласия никто и не ждал, это был приказ. Следовать приказам Царицы — самое главное, что должны делать Фатуи, ну и не только они. Выйдя из зала, дверь захлопнулась с грохотом, эхом отдаваясь от стен длинного и пустого коридора. Единственное, что было в этом коридоре, так это люстры со свечами, которые горели тусклым светом, и портреты всех Фатуи. Никто не знает, почему Царица вдруг захотела повесить их портреты. Хотя тут были и изображения Архонта. А их было много. Это уже, конечно, самолюбование. Все эти портреты висели вдоль коридора и до самого его конца. Агата не очень-то засматривалась на них, она их почти каждый день видит. Сначала были портреты членов Фатуи, таких как Влад, Надя, Павел и так далее. После портреты магов Цицинов, Агентов, Застрельщиков. Проходя мимо этих портретов, Агата видела краем глаза портреты Предвестников. Тут она уже не смогла не посмотреть. Сначала был портрет Педролино, после Пульчинеллы. Агата была о них наслышанна, но никогда не видела. Дальше был портрет Синьоры. На котором «Прекрасная леди» была со своей ухмылкой и высокомерным взглядом. Сказать, что она её не любила — это не совсем то. Агата её просто не выносила из-за того, что та слишком часто могла к ней придраться за вечно безэмоциональное лицо или по поводу одежды, даже на то, что Агата не следит за собой, если быть точнее, девушка мало уделяет себе отдыха, поэтому Прекрасная Леди гневается на нее, ведь Агата красивая девушка. Вспомнив её рассерженное лицо, она не смогла сдержать улыбки, ведь это было смешно. Далее был портрет Тартальи. Ох, этого юмориста Агата готова была убить из-за его подколов. Конечно, бывало, что его шутки были смешными и даже могли разрядить обстановку, но было и то, за что эти слова она готова была запихнуть обратно в рот, а лучше отрезать язык. Но к его радости, он остался жив. Чайльд к ней относился, как к младшей сестре. Когда парень впервые попал в Фатуи, он единственный отнесся к ней с добротой. Даже, бывало, он учил её каким-то приёмам, которые пригождались в бою. Но она ему не доверяла. Она никому не доверяла, хоть в организации и восемь лет. Никому и никогда. И вот, она увидела портрет самого ненавистного ей человека, того, от вида которого была готова вздернуться на веревке от всепоглощающей ненависти. Скарамучча — Шестой из Предвестников, его также называют «Сказителем». С первого своего дня в Фатуи она поняла, что за его детской, порой даже невинной, внешностью скрывается тот ещё тиран, садист и мерзавец. Хотя, по поводу садиста они схожи. Агата ненавидела Сказителя из-за его невыносимого характера и за то, что он не держит язык за зубами. Он мог просто наорать на неё за то, что она любит затыкать тому рот. Сам Шестой давно понял, что она за словом в карман не лезет. Один раз Агата почти перерезала его глотку, но ей помешали его помощники. На это парень облил Агату водой, а после пустил в неё электрический ток, из-за которого Агата получила немало ожогов, а также пролежала дома один день на восстановление. Не может пройти и дня, чтобы Сказитель и Тень провели его без перепалок и ран. Шестой ненавидит Агату не только из-за её характера, но и потому, что она Седьмая из Предвестников. Когда такое было, чтобы она, только вступившая в организацию, почти сразу стала Предвестником? Девушка, по сути, должна быть двенадцатой или вообще среди Агентов или Магов. Но Царица решила иначе. Он радуется лишь тому, что Агата ниже его по званию. Это даёт ему хоть какую-то власть. Агата думала об этом и даже не заметила того, что уже целых десять минут смотрит на портрет Шестого. Опомнившись, она махнула головой, жалея о потраченном времени на рассматривание Сказителя. Она надеялась, что никто ее не видел, а то сообщат ещё, что номер Семь таращится на портрет этого урода. Тот ведь зазнается ещё больше, будет всегда это ей припоминать. Придя в чувства, Агата последовала к себе в комнату.