Твоя незаконченная мечта

***

Кушина хорошо обжилась в акацуки и теперь ежедневно общалась с каждым из них, сближаясь все сильней. Больше всего ей нравился Мадара, даже несмотря на то, что он весь такой злой и коварный, собеседником он был приятным: и размышлял неплохо, и знал много. Кушина признала, что ее мнение об этом человеке было ошибочным и навязанным.       — Кстати, Кушина, я встречаюсь с твоим сыном, ты знала? — Кушина, услышав такое, некоторое время плавала в простации, потом чуть не задушила его в объятиях, а потом начала угрожать, что если он что-то сделает ее мальчику, то получит по самое не балуй. Помня на примере Мито, какой бывает Узумаки в гневе, Мадара не решился возразить. Также Кушина очень хорошо поладила с семейкой Собаку но и теперь регулярно, на пару с Конан, заботилась о них. Узумаки действительно нравилась ее нынешняя жизнь, и хоть временами она грустила из-за отсутствия Минато, то ее быстро веселили акацуки, или подбадривала Конан. Девушке была приятно такая забота, и она была рада, что у Наруто такая хорошая семья. Раз в день она ходила и проверяла Наруто и Тоби, после чего докладывала всё акацуки, чувствуя себя полезной от этого. Те были рады и снова начали общаться между собой, не ругаясь ежесекундно.       — Конан! — Кушина, запыхаясь, вбежала в гостиную, чем обратила на себя взор акацуки. — Наруто перевоплотился в обнажённых Сасори и Дейдару и теперь соблазняет Обито! — отдышавшись сказала девушка, сразу же почувствовав угрожающую чакру Мадары.       — Что. Ты. Сказала? — тихо переспросил он, вставая с дивана. Кушина повторила свои слова и сразу же пожалела об этом. Ближайшая деревяшка была сожжена пламенем в мгновение ока. Мадара, источая ядовитую чакру, медленно вышел из дома, направляясь в лес. Хидан даже с другого конца комнаты слышал, как у него скрипят зубы.       — Нихуя себе, не знал, что малой изменщик…

***

Кушина готовила на кухне, помогая Кисаме. Она аккуратно нарезала овощи для салата и думала о Наруто.       — «Должно быть, он будет зол на меня, за то, что я бросила его. Но, как мне рассказывали все, он очень добрый мальчик. Быть может, он простит?» — Кушина вздохнула. Сухая надежда на то, что Наруто простит, все еще жила в ее сердце. Узумаки немного нахмурилась, а ее глаза потускнели. Поза стала чуть менее уверенной, а язык все время проходился по губам.       — О чём думаешь, Кушина? — мечник легко заметил её состояние, так как Наруто впадал в подобное довольно часто в детстве, когда сомневался в чём-то.       — А? Да так, думаю о Наруто, даттебане… — Кушина снова замолчала, погружаясь в мысли и машинально нарезая все нужное.       — Ты сейчас нервная, лучше иди и проверь, как там Наруто, может успокоишься. — Кисаме нахмурился и забрал у нее нож. Кушина вздохнула, но кивнула и испарилась, появляясь призраком в комнате Наруто. Сам Наруто сейчас рисовал Конан, пририсовывая ей бумажные крылья. Это была его любимая техника, так как девушка становилась похожа на ангела. Рядом лежал рисунок Мадары, который держал катану и, видимо, готовился напасть на кого-то. Кушина отметила поразительную схожесть с реальностью, разве что пропорции немного прихрамывали и свет падал немного неправильно. Сама Кушина тоже очень любила рисовать, однако времени не хватало, так что развить потенциал не вышло. В любом случае, она была рада за сына и его мечты. В комнату вошел Обито.       — Наруто, мы можем отправляться примерно дней через пять. — блондин широко улыбнулся, а у Кушины в голове пролетела схожесть с улыбкой Минато.       — Хорошо, дядя Тоби. — Затем Наруто вернулся к рисованию, а Тоби взял книгу и лег на кровать.

***

Сасори прижался к Дейдаре и поцеловал его в шею.       — Дей… — Дейдара молчал, занятый чтением книги. — Д-е-ей. — снова протянул красноволосый. Начиная раздражаться, Сасори повернул Дейдару лицом к себе и впился в его губы. Подрывник ответил и медленно провел рукой по спине Сасори, привычно отмечая стыки деталей по пальцами. Сасори медленно отстранился и улыбнулся, прижимаясь к груди блондина головой.       — Сасори, что с тобой? — с сомнением посмотрел на него Дейдара, поглаживая по волосам.       — Ничего, просто Тоби нет, так что буду тебя обнимать, пока он не вернётся. — Сасори потерся головой о ключицы Дейдары и крепче сжал руки. Тсукури вернулся к книге, невольно начиная поглаживать волосы Сасори пальцами. Спустя некоторое время в комнату зашла Кушина. Она села рядом с Дейдарой и открыла книгу: «Психология. Как перестать курить». Сасори напрягся, косясь на название книги.       — Зачем тебе эта книга? — Сасори нахмурился. Кушина вздрогнула. Узумаки посмотрела на него, а потом поджала губы. Она не хотела рассказывать Сасори, ведь тогда он будет злиться. Кушина считала, что если Обито захочет, то он сам все расскажет и это не ее дело.       — Я люблю психологию. Эта первая на глаза попалась. — и ведь Кушина не соврала. Эта книга стояла в первом ряду и легко цепляла глаз своей чересчур, даже для психологии, мрачной обложкой. Сасори подозрительно посмотрел, а затем кивнул. Дейдара же был слишком поглощен книгой, поэтому даже не обратил внимание на происходящее. Сасори догадывался, для чего Кушина эта книга, однако он не хотел верить в это…

***

Мадара посмотрел на Итачи и кивнул. Первым идя в атаку, Мадара замахнулся клинком, тут же встречая сопротивление в виде куная. Итачи отпрыгнул назад, а затем понесся на Мадару, активируя мангеке. Мадара также активировал шаринган, и они начали схватку в тайджутсу. Удар ногой, блок, ответный удар, блок, удар рукой, блок, удар коленом — так могло бы продолжаться, пока они не выдохнутся; однако Мадара снова отпрыгнул назад и запустил средних размеров огненный шар в Итачи. Его встретила преграда в виде такого же шара. Каждый начал давить своей чакрой, пытаясь победить. Мадара быстро сложил печати и древесные стебли сковали тело Итачи, блокируя попытки сложить печати. Тот зашипел, а потом вздохнул.       — Ладно, ты победил. — Мадара победно улыбнулся и освободил его. Пожав друг другу руки, они мирно разошлись по своим делам.

***

Гаара сидел на кровати, смотря в окно. Свет пробивался даже через шторы, от чего Гаара морщился и отворачивался. Он все еще хотел спать, а с таким солнцем это невозможно. Вздохнув, он встал и пошел в ванную, думая о Наруто. Когда Наруто пропал, в акацуки начался хаос, и он не обошел Гаару стороной. Без Наруто Собаку но снова стал злым и раздраженным, однако он старался контролировать это. Так как Тануки более не мог контролировать его, из-за печати Наруто, то и Гаара был более безобиден без своего неконтролируемого песка. Однако временами его тянуло пойти и убить кого-то. В такие времена он обычно шел к Пейну. На миссиях он всегда мог отвлечься и не думать обо всем на свете.       — Если и есть в мире человек, который уничтожит всю ненависть, то это Наруто… — теплая улыбка расцвела на его лице.

***

Тоби тихо вышел из комнаты, ступая босыми ногами по холодному полу и оглядываясь по сторонам. Вокруг была глубокая тишина. Он вышел на улицу, попутно натягивая ботинки и чувствуя как они натирают кожу на ногах. Тихо цыкнув, Тоби пошел дальше, впервые замечая то, что на улице белый, пушистый снег. Масочник посмотрел в небо, упираясь взглядом в яркую луну. Засунув руки в карманы, Тоби поджал губы, нащупывая там металлический коробок. Он быстро вытащил его и закурил, с наслаждением впуская колючий дым в легкие. Спустя несколько секунд брюнет выдохнул и погладил металл пальцем, задумчиво цепляясь взглядом за гравировку.       — Дядя Тоби, я все Дейдаре и дяде Сасори расскажу. — Учиха вздрогнул и устало посмотрел на блондина.       — Умеешь же подкрадыватся незаметно… — его голос был тих и немного хрипловат, а изо рта вырывался пар. Наруто зло посмотрел на сигарету и грубо вырвал ее из рук Тоби. Критично осмотрев коробок, он выбросил его как можно дальше. Тоби проводил летящий металл взглядом и вздохнул.       — Ты же понимаешь, что я просто куплю новый? — Масочник иронично приподнял бровь, забывая о маске, которая препятствует возможности передать эмоцию.       — А ты понимаешь, что это гадость тебя убьет? — Наруто зло зарычал, когда Тоби все также иронично на него посмотрел. Замолчав, Наруто прикрыл глаза и бесшумно ушёл обратно в дом. Тоби посмотрел на него, а потом перевел взгляд наверх.       — За что мне это?..

***

      — Наруто-кун! Ну сколько ты будешь обижаться? — Кисаме имел честь наблюдать за тем, как Тоби извиняется перед Наруто.       — А че он сделал-то? — спросил прошедший Хидан.       — Не знаю. Но за этим весело наблюдать. — Тоби попробовал поймать Наруто в объятия, но тот увернулся, продолжая его игнорировать.       — Ну пожалуйста! — Наруто продолжал молча идти на кухню. Уже третий день, с тех пор как он его игнорирует. Тоби прекрасно понимал, что Наруто не простит его, пока он не бросит курить. Но еще лучше он понимал, что это действительно большее, чем он на самом деле мог сделать.

***

Кушина с сожалением смотрела на сигарету в руке Обито и искренне не понимала, как он мог докатиться до такого. Не то чтобы она начала его как- то презирать, совсем нет. Просто было грустно видеть своего, почти сына, в таком состоянии. Сердце съедала горечь и страх за здоровье Учихи, а слезы начинали скапливаться в уголках глаз Узумаки. Чем больше дыма выходило изо рта Обито, тем больше Кушина жалела о своей смерти. Если раньше она считала, что это хоть с какой- то стороны правильно, то теперь у нее не осталось сомнений в своей омерзительности и эгоизме. Как она могла бросить Наруто, как могла оставить его? Как могли они допустить смерть Обито, как?! Как можно было сделать такого хорошего мальчика злодеем?! Кушина вернулась к акацуки, падая на диван и начиная плакать.       — Что случилось, Кушина-сан? — Рука Темари заботливо легла на макушку Узумаки.       — Я ужасная мать.       — Почему вы так говорите? Вы спасли жизнь своего сына, хоть его жизнь и была не сладкой первое время, но сейчас у него все отлично, так зачем грустить? Я уверена, он не зол на вас. — Темари присела рядом с девушкой. — Потерпите, когда он вернется, вы сможете извиниться. Просто потерпите.       — Темари… — Кушина всхлипнула, а потом с благодарностью посмотрела на блондинку. — Спасибо. Ты права, что-то я расклеилась. — красноволосая встала и утерла слезы. — Ладно, пора ужинать, пошли.

***

Наруто лежал на кушетке и ждал. Тоби наконец накопил достаточно сил для того, чтобы открыть портал, и теперь он просто предвкушал, как встретится со всеми. Тоби сложил печати, и в помещение резко поднялся ужасный ветер. Наруто почувствовал тяжесть во всем теле и медленно начал отключаться. Тоби из последних сил затащил их души в портал, и затем ветер быстро стих, а их тела упали на пол. Медленно и болезненно, но Наруто приходил в себя. Над ним нависал Тоби, который улыбнулся и сказал, что все хорошо. Они вместе встали и пошли к остальным, желая их обрадовать. Наруто первый забежал в комнату и широко улыбнулся. Впрочем улыбка стремительно покинула его лицо, уступая место слезам.       — А… Ты уже вернулся. — скучающе сказал Мадара, отрываясь от губ какой-то девушки с красными волосами и в очках. —Честно, я надеялся, что ты больше не вернёшься. Пейн, быстро. — быстрей, чем Наруто мог бы подумать, Пейн вырубил его и последнее, что он помнил, это выражение отвращения на лицах всех акацуки и той девушки…

***

Наруто проснулся на полу, прикованный к нему цепями, без возможности пошевелиться. В углу подвала сидела Конан, которую на цепях удерживал Кисаме. Рядом с Конан лежало тело мертвого Дейдары, а рядом бездыханный труп Гаары. Воздух был пыльный и душный, а все стоящие там люди мрачными.       — Мама, Гаара, Дей! — Узумаки дернулся, но ничего не вышло, а Конан громко замычала, извиваясь и пытаясь вырваться. К сожалению, цепи блокировали ее чакру, так что она не могла выбраться и ей оставалось только безвыходно дергаться в цепях, в попытках освободиться. — Отец, что ты делаешь?!       — Начинай, Пейн. — Скомандовал Мадара, и Наруто начал громко кричать от невыносимого жжения в области живота. Чувство, будто ему сжигают весь живот. Из глаз Наруто брызнули слезы, и его тело начало выгибаться под неестественным углом. Где-то на фоне были слышны крики Конан и завывания Пейна, который безэмоционально совершал процесс извлечения, не обращая внимание на крики «сына». Тоби взглянул на тело подрывника и вздохнул. Он долго думал об этом. Сколько бы он не пытался убедить себя в обратном, он всегда любил только Рин. Дейдара и Сасори были прикрытием, которое теперь без надобности. Ему было все равно, а Дейдара решил быть справедливым и защитить Наруто. Должно быть это эгоистично, но он плевать хотел на жизнь Дейдары и всех остальных. Все что ему нужно, вернуть Рин. Больше ничего. Наруто еще громче закричал и из его живота потянулась красная чакра, которая оставляла след на его коже. Печать начала пропадать, а тело Наруто стремительно бледнеть и опадать обратно на пол. Глотка блондина была ободрана и теперь единственные звуки, которые он мог издавать — хрипы. Конан бешено забилась в цепях, плача и и громко мыча. Страх и ужас затмил сознание: страдания сына были невыносимы, и Конан извивалась как уж на сковородке, стараясь не смотреть на это. Зажмурившись, девушка почувствовала, как Кисаме сильно ударил ее по спине. Что-то хрустнуло, и она рухнула на пол, не в силах пошевелиться. Теперь она могла лишь беззвучно плакать и закрывать глаза, чтоб хотя бы не видеть этого ужаса. Наруто продолжал хрипеть, извиваясь на холодном каменном полу. Мысли путались и не желали соединяться в одну целую картину, а в голове набатом звучало: «Предатели!» — всё, что сейчас мог ощущать Наруто, так это всепоглощающую боль в животе и то, как из него вытягивают кусок за куском, оставляя до противного непривычную пустоту в сердце. Наруто чувствовал ярость лиса, который не желал подчиняться Пейну и так просто покидать носителя. Блондин был благодарен Кураме, ведь если бы не его чакра, то Наруто было бы раз в десять больней. В подвале витала аура страха и напряжения, стояли хрипы и тихие подвывания. Концентрирование чакры достигла своего предела. Снова спросив себя, за что ему все это, Наруто, к своему счастью, потерял сознание.