Твоя незаконченная мечта

***

Сакура одиноко качалась на качелях, размышляя о своих мечтах и целях. Она, будучи совсем ещё девчонкой, наивно полагала, что спокойно прошагает от генина до джоунина и будет спокойно жить вместе с Саске-куном, занимаясь любимым делом. Но теперь от этих воспоминаний и мечтаний остался только прах, и Сакура выросла. Как ей самой казалось, она давно уже отказалась от чувств к Саске, понимая, что они безответно растоптаны, как и всегда были. Ещё совсем маленькая Сакура всегда думала, что отвергая ее, Саске-кун просто хочет, чтобы она была сильной и упорной, и она хотела оправдать его ожидания, но после того, как он ушел, оставляя бедную девочку Сакуру одну, ее единственной целью стала защита друзей и младшей сестрёнки. Однако, как бы не уверяла себя молодая девушка, любовь к Саске только крепла с каждым днем. Сакура не могла признаться себе, но в глубине души она все еще желает быть с Саске. Это было неуважение к себе, она это понимала, но отказаться от чувств к нему было выше ее сил. Девушка подняла голову, смотря на безмолвных свидетелей её смятений. Кажется, кто-то говорил ей, что луна всему свидетель, а звезды — судья. Кто бы это мог быть?..

***

Данзо раздражённо цыкнул. Дела шли просто ужасно, ведь ни один Джинчурики все ещё не находился в его руках. Злость на себя и свое решение заставила Данзо присесть, чтобы успокоится. Много лет назад, когда он рассказал жителям деревни о личности Джинчурики, он не ожидал, что они выкинут его за пределы деревни. Когда Кьюби внезапно пропал, Хирузен приказал начать расследование. И все бы ничего, если бы оно закончилось нормально, но ведь мальчишку так и не нашли. Тогда Хирузен отправился искать виновников, и вскоре пара джоунинов была у Ибики. Но в лесу Джинчурики не было, что очень взбесило Шимуру. Отвратительно было чувствовать себя виноватым, но именно из-за него Коноха ослабла. Теперь у них не было оружия, которое было у других стран.       — Бык! — В кабинете появился человек, чьё лицо скрывала маска быка. Он поклонился и поднял глаза на Хокаге. — Поиски продолжаются?       — Да, Хокаге-сама. Корень АНБУ продолжают искать Кьюби и так же охотятся за другими Джинчурики. — мужчина бесцветным голосом сдавал отчет о выполненных миссиях.       — Ясно. На этом все, можешь идти. — Данзо махнул ему рукой, отворачиваясь к окну. «Бык» снова поклонился и исчез в хлопке дыма, оставляя Шимуру одного. — Сай.       — Да, Хокаге-сама? — от безразличного лица брюнета Данзо закатил глаза.       — Что там с командой. И что насчет мелкого Учихи? — он повернулся лицом к АНБУ, скривив губы.       — Все глухо, Хокаге-сама, Саске все ещё не был замечен в округе. — Данзо раздосадовано шикнул, садясь на кресло.       — Иди, Сай. Продолжай следить и смотри, чтобы этот Учиха не натворил дел.

***

Наруто тренировался с Джираей уже неделю, и он должен был признать, что тот был замечательным человеком, хоть и извращенцем, но кто из них не без греха. Блондину безумно нравилось узнавать от Джирайи новые техники, особенно он жаждет выучить расенган, но пока он только на первой стадии, пытаясь лопнуть шарики с водой. Дабы привить Наруто ещё большего желания изучить технику, Кушина в красках описывала ему способности расенгана и его эпичность перед путешествием, вытягивая из своих воспоминаний все битвы Минато. Немного дополнил и Обито, болезненно вспоминая удар учителя. Однако никакого сочувствия он этим не вызвал, только спровоцировал еще один удар сковородкой от Кушины, которая куда более болезнено вспоминала тот день.       — Ну что, малой. Готов? — К парню подошел Джирайя. Наруто кивнул, накидывая на спину портфель, заботливо подаренный ему Конан.       — Ты какой-то бледный, что-то случилось? — Саннин нахмурился. Узумаки была непривычная бледность и это напрягало.       — Нет, все хорошо. Просто немного не выспался. — Наруто пожал плечами. Всю ночь он болтал с Курамой и гулял по городу, несмотря на предостережение Джирайи не делать этого, так что сознаваться в содеянном мальчик не хотел.       — Ладно… — отшельник с сомнением посмотрел на ученика. — Тогда, отправляемся в путешествие по удивительному миру!       — И женским баням… — Насмешливо продолжил в ответ Наруто.       — МАЛЬЧИШКА!

***

      — Нагато, ты устал, иди спать. — Кушина потерла глаза, наклоняясь к Пейну, который усердно вчитывался в книгу.       — Ты не понимаешь, Кушина, если мы не вылечим Мадару-саму, Наруто будет страдать, как и остальные. В том числе и ты, так что не мешай мне, я хочу для вас всех лучшего. — мужчина прищурил глаза, которые может и не устали, но уже немного побаливали, от столь долгого чтения.       — Ладно… Только иди потом спать, Конан волнуется. — Узумаки-старшая вздохнула, идя к выходу из кабинета. Мадару и правда надо было лечить, потому что прогнозы были не утешающими и могли закончится очень плохо. В особенности для Наруто, который пострадает больше всего. Мадара для него все, и если он умрет, то это будет слишком большим ударом для неокрепшей психики подростка. Сколько бы не пытались убедить себя Конан с Кушиной, Мадара — тот самый свет для Наруто, который его согревает, давая смелость и энергию поддерживать других. Они были дополнением друг друга — это неопровержимый факт, спорить с которым может только идиот. И Кушине казалось, что этим идиотом был бы Минато. Нет, он бы не стал мешать их отношениям, но подколки в сторону Мадары бы периодически летели, это девушка знала точно. Мысли о Минато заставили Кушину улыбнутся, проявляя в памяти счастливые воспоминания.

***

Команда семь отправлялась на миссию по поимке преступников, так что Сакура собирала важные вещи в сумку, чтобы не забыть. Её младшая сестрёнка находилась в соседней комнате и тоже собирала сумку, укладывая туда оружие и еду на несколько дней, если миссия затянется.       — Лини, положи ещё катану, у тебя с ней лучше получается. — в комнату Линелы со стуком вошла Сакура, облокачиваясь на стену.       — Да-да, хорошо… — пробормотала Линела, занятая своими делами. Недавно она стала замечать за Саем непривычное поведение. Он стал задумчив и слегка не внимателен, словно думал о ком-то. Иногда он хмурился и его руки тянулись к карманам, как будто он хотел что-то достать, но отдергивал себя. Это насторожило девочку, несмотря на то, что обычно она не обращает на Сая должного внимания.       — Ну все, Линела, иди спать. — Сакура показательно выключила свет в комнате, показывая свою настойчивость. Младшая смиренно кивнула и пошла к кровати.

***

Гаара лежал на кровати, обнимая любимого мишку одной рукой. Он думал о Сае и его схожести с самим Гаарой. Это было видно, хотя и не с первого взгляда. Вот только, если Гааре помог Наруто и Акацуки, то Саю, похоже, не помогал никто. Он был одинок. Будто прибит безнадегой и неспособностью как-то повлиять на ситуацию.       — Гаара? — в дверь постучались. Медленный скрип и в комнату прошел Ягура. Гаара приподнял почти незаметные брови и растянул губы в легкой улыбке.       — Гаара… Знаю, мы особенно не общались, но мне больше не с кем об этом поговорить. — Каратачи выглядел очень серьезным. Гаара кивнул и подвинулся, хлопая по кровати. Однако Ягура предпочёл сесть на стул, стоящий практически напротив кровати Собаку но, нервно покусывая нижнюю губу.       —… Неловкое молчание прервал тихий и спокойный голос.       — Как ты справился с кошмарами? — парню было не очень удобно говорить о таком, так как он никогда не с кем это не обсуждал.       — Мне помогла Конан-сан. — Гаара ничуть не удивился тому, с какой теплотой он произнес имя женщины. Ягура стал выглядеть еще более нервно, ведь он категорически не хотел обращаться к кому-то еще.       — Ты настолько боишься? — Собаку но нахмурился.       — С чего ты взял, что я боюсь? — тон Ягуры похолодел, и он стал выглядеть слегка агрессивным.       — Ты себя со стороны видел? Да ты же скоро себе пальцы сломаешь. — красноволосый указал на руки Каратачи. Пальцы блондина буквально были вывернуты в стороны и продолжали приближаться к состоянию «сломано». Ягура еще более зло и резко разъединил руки по разные стороны, скрипя зубами.       — Знаешь, я что-то передумал! — блондин хмыкнул, веря, что разберётся самостоятельно. Он развернулся и вышел из комнаты, хлопнув дверью.       — Ну-ну, иди, Ягура. — Гаара ясно понимал, что Каратачи еще не раз придет к нему, иного быть не могло.

***

Пейн гулял по лесу с Конан, в попытке развеяться. Они шли рука об руку, будто любовная парочка на первом свидание.       — Нагато, ты правда думаешь, что он очнётся? — Конан не питала особых надежд о состояние Мадары, так как была не то, чтобы оптимистом. Пейн тоже не очень был похож на жизнерадостного, но он всегда до последнего верил в свои силы положить конец печали и грусти.       — Конан, он не может не очнуться, это же Учиха Мадара. Тебе ли не знать о его силе. — Пейн хмуро разглядывал солнце в небе, щурясь от яркого света. Его радовало то, что с помощью новых разработок Мадары и Конан с Кушиной они сделали его тело более чувствительным, чем ранее. Теперь он мог ощущать вкус и запах, а также он тратил немного меньше чакры на управление телом и вынул парочку проводников из куклы. Теперь он использовал несколько печатей, придуманных Кушиной, которые предоставляли ему новые возможности. Мадара же наполовину разорвал его связь с Гедо-мазо и теперь оставалось лишь придумать, как разделить их окончательно без смертельных повреждений для Нагато. Его тело восстанавливалось, и хотя процесс шел безумно медленно, — а до полного восстановления ему было, как до луны пешком — прогресс мотивировал их двигаться дальше.       — Да, ты прав, он сильный. — Конан грустно улыбнулась, вспоминая их радостные будни до наступления проблем.       — О, вы только поглядите кто тут. — шипящий голос раздался сзади. Пара безошибочно узнала его, останавливаясь.       — Орочимару, не думай, что если ты смог убежать тогда, то убежишь и сейчас. — холодный голос Пейна пробрал Конан холодом, она уже отвыкла от такого тона.       — Не завышай своих сил, Пейн. Поверь, я стал сильней. — Саннин оскалился, победно устремляясь к Конан. — Ты пойдёшь первой, женщина. — он открыл рот, выплевывая Кусанаги. Конан шикнула и отпрыгнула, распадаясь на бумажки. Орочимару хмыкнул, чувствуя как бумага пытается оплести его тело. Он думал, что легко вырвется, вот только никто не предупредил его, что эта бумага была клоном с взрывными печатями, а настоящая Конан стояла рядом с Пейном. Находясь в безвыходном положение, Орочимару пришлось сменить тело, оставив прошлую оболочку. Саннин сделал попытку добраться до Пейна, однако его быстро откинуло.       — Он говорил тебе, что ты не выберешься живым. — насмешливый голос раздался сзади, и змей почувствовал как его парализует.       — Ч-что ты со мной сделала?! — Орочимару запаниковал, чувствуя, что не может сменить тело, как сделал ранее.       — Новая разработка парализующей печати от Кушины Узумаки! — женщина победно вскрикнула и запечатала Саннина в свиток. — Не думала, что это будет так просто.— Кушина хмыкнула.       — Да уж, я тоже. — Конан свернула свиток и отдала его Пейну. — Надо отнести его в лабораторию. — Лидер кивнул и потрепал Кушину по голове за хорошую работу. Конан, как противница таких жестов, получила поцелуй в лоб, и они вместе направились в логово.