Только вдвоём

      Солнце медленно подкрадывалось своими утренними лучами к уставшему лицу девушки, время начало четвёртого. Глени поникши сидела возле обшарпанного подъезда её дома, так себе воскресное утро, можно было подумать что девушка та ещё пьяница, да нет же, это её мамаша под вечным руководством спиртных напитков, но ночует у подъезда именно она. Былую эйфорию снесло к часу ночи, позже пришло осознание и принятие дальнейшей ночки. Зрелище жалкое — вот она, сиротка, замёрзшая, голодная и не сомкнувшая ни на секунду глаз. Телефон разрядился, ключи увы, были не при себе. Только остаётся ждать, чего? Влада. Буквально за секунду до того как телефон окончательно вырубился на мобильный парня пришло сообщение с кратким, но уверенным. «Забери меня.»        Девушка надеялась, что парень не глуп и поймёт куда идти, надежда жила ровно до момента, пока осознание не подкинуло не очень приятную новость. То, что Кабачков вообще ни разу не был в гостях у Ивановой, да она бы и не пустила того в дом к её придурковатой матери.        Так что, остаётся ждать исключительно чудо.        Вставая с сырого асфальта девушка отряхнула штаны сзади, попутно вспоминая всех знакомых на такой случай и то, как Влада одаривала этого человека такими кликухами как «мой спаситель», «мой герой» или «чудо». В голове пролетело имя одной очень интересной особы «Влада Бумага», на губы легла лёгкая и непринуждённая улыбка, мысли как бабочка перелетали с одного цветка памяти на другой, да, приятная девушка. Согласилась мысленно с собой Глени, ёжась от холода.

***

      Ближе к семи бабушки стали выходить на свои лавочки возле подъездов, собираясь компаниями тяжело вздыхая и вспоминая какие годы у них были. Какая-то старушка шикнула что-то вслед Ивановой, когда та протиснулась в нужный ей подъезд, быстрыми шагами девушка поднялась на свой любимый 2 этаж и чуть-ли не впрыгнула в входную дверь. Секунда, брюнетка оказывается в своей кровати, закручиваясь в одеяло с головой, превращаясь в смешную гусеницу. План сработал на ура, семиклассница дала согреться своему телу и расстаяла в сладких грёзах, не сладких снов.

***

День начался с навязчивого чувства дежавю, но в этот раз приправленый мало приятными мелодиями, телефон разрывался от звонков одноклассника, уже нами знакомого «очкастого кабачка». Устройство не сразу поддалось на слабые и не устойчивые клики по кнопке принятия звонка, поэтому, ели разлепив веки Глени рассмотрела эту несчастную кнопку вдоль и поперёк, наконец взяв трубку.        — Ты в порядке? Что случилось? Ты где?        Вопросы сыпались рекой голосом из трубки, всё это было сказано очень взволнованно и бодро. Что крайне удевило девушку, совсем забывшую во сколько та вообще легла спать. Названивал бы ей друг будь время десять или девять?        — Ты чё, больной?        Единственное что сейчас смогла сообразить девушка, будучи всё ещё сонной, она попыталась сказать это в шутливой манере, пытаясь не задеть Кабачкого, но видимо, понять по тону парня что время для шуток сейчас не лучшее у неё не получилось.        — Слышь ты, мразь, я названиваю тебя с десяти часов утра, если ты не заметила, сейчас уже обед.        В углу экрана стыдливо красовались цифирки, 13:08, заставляя Владу почувствовать себя виноватой перед другом. Девушка спала двенадцать часов, поэтому та уже представляла сколько денег улетело с сотового очкарика, пока тот упорно названивал ей.        — Прости…        Наезд парня заставил Иванову стать тише, теперь чувство вины поедало из нутри за то роковое сообщение в четыре часа утра. Вообще, Глени редко просила прощение у кого-то, ей давалось это с трудом, но когда ты ещё не очухавшийся подросток, который не успев понять всего произошедшего уже где-то напортачил, эта ситуация скажется на любом человеке. Не важно кто бы это ни был, не приятно в любом случае.        — Я дома, со мной всё хорошо, просто…        Семиклассница затихла в попытках подобрать слова.        — Просто что?        Парируя произнес брюнет по ту сторону.        — Я пила.        Единственное что пришло в голову в ту секунду, ну не выдерживает такого тона девушка, не может ещё, слишком сильно отпечатывается всё сказанное в таком тоне в голове, хочется спрятаться и не появляться на глазах этому человеку больше никогда.        Из трубки доносится тяжёлый вздох. Что словно бьёт по лицу, не давая сказать ничего более, резкий выброс эмоций накатывает и тут два варианта событий, либо слёзы, либо крики, плакать не очень хотелось поэтому выбор автоматически пал на второе.        — Отвали от меня, почему я вообще должна оправдываться?        Злость бьёт хлыстом прямо по чувствам бедного парниши, чувствам, ещё каким… Кабачков не успевает опомниться и вкинуть хоть что-то в ответ, как из мобильного телефона раздаются противные гудки, режашущие уши, парню больно слышать это себе в адрес от обожаемой особы.