По пятам

      Казуха лишился той свободы, которую имел до встречи со сказителем. Прошел уже месяц с того момента, как путешественница и капитан вытащили его из заточения, но голос темноволосого продолжал существовать в его голове, продолжало казаться, что он где-то поблизости. Сон пропал почти совсем — в моменты, когда засыпал, он видел почти одни кошмары. Вместе с этими ужасами у парня появилось желание встретиться со Скарамуччей и либо окончательно освободиться от кошмара, либо от сновидений перейти к реальному ужасу.       Бэй Доу видела, как ее другу становилось с каждым днем только хуже. Ей было тяжело от осознания, что не может ничем помочь. — Бэй Доу, — начал Каэдэхара понурым голосом, смотря в темное небо. — Ты хочешь покинуть нашу команду и я не стану тебя держать, — тяжело вздыхает женщина. — Береги себя и дай знать, если нужно будет помощь, — она обнимает его так крепко, словно больше и не увидит. — Спасибо, — шепчет парень, принимая объятия.       В эту безоблачную ночь Южный крест лишился одного члена команды навсегда.

***

      То как Казуха умудрился самостоятельно добраться до Инадзумы, оставалось секретом для него самого. На улице шел сильный дождь, каждую минуту сверкала молния и раздавался гром. Погода словно предостерегала Казуху от непоправимой ошибки. Парень едва ли помнил место и дом, в котором находился в заточении — однако он все равно смог дойти до своей цели. Одиноко стоящий двухэтажный дом с мрачным фасадом навевали беспокойство и страх. Поблизости никого не было. Каэдэхара тянет руку к дверной ручке и застывает в неуверенности. Он тяжело дышит и хочет разреветься, но не может себе этого позволить.       Светловолосый тянет дверь на себя и, все с той же неуверенностью, входит внутрь. Он остается стоять на пороге и осматривать дом изнутри. Его внимание привлекает звук скрипящей половицы с верхнего этажа. На лестнице показывается погибель Казухи. У Скарамуччи перебинтована левая рука и он прихрамывает на ту же ногу, спускаясь с лестницы. — Питомец всегда возвращается к своему хозяину, — с ухмылкой шепчет предвестник. Он тянет здоровую руку к лицу парня и с нежностью гладит по щеке. — Отпусти меня, пожалуйста, — также тихо молит Казуха, не отстраняясь от чужой руки. — Я тебя не держал, ты вернулся сам, — темноволосый тихо смеется и возвращается наверх. Казуха следует за ним.       Клетка захлопнулась навсегда.       Каэдэхара заходит в комнату вслед за предвестником. На удивление ронина комната оформлена в светлые тона. У окна, напротив двери, находится большая кровать, на которой и расположился Скарамучча, опираясь на здоровую руку. Он смотрит на ронина с самодовольной улыбкой и только одним взглядом подзывает к себе. Казуха делает медленные шаги к своему пленителю, а затем садится между разведенных ног предвестника. — Даже сейчас ты пошел сам ко мне, хотя мог уйти отсюда, — сказитель смеется. Он продолжил гладить парня по щеке, наклонившись вперед к его лицу. — Но даже сейчас я не стану тебя держать, — темноволосый хочет отстраниться, но Казуха подскакивает и тянется к чужим губам. Поцелуй вышел быстрым и смазанным. Предвестник не отвечает и не тянется в ответ, он лишь продолжает ухмыляться. — Отпусти, пожалуйста, отпусти, — как в бреду повторяет светловолосый и хватает Скарамуччу за лицо, втягивая его в более долгий и чувственный поцелуй. Предвестник чувствует в этом поцелуе отчаяние и мольбу. Казуха валит парня на кровать и нависает сверху, припадая губами к шее и оставляя багровые следы. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, отпусти, я хочу снова свободно жить, мне нужна свобода, — плачет ронин, не отвлекаясь от чужой шеи. — Что мне сделать чтобы ты меня отпустил? — Скарамучча смеется громко и победно. — Ты сам ко мне пришел, сам пошел за мной, я не держу тебя и ты не уходишь. Почему же? — сказитель расплывается в широкой и довольной улыбке. — Просто признай, что больше не можешь жить без меня, что я и есть твоя свобода… — он продолжает смеяться, приподнимается на локтях, а затем хватает ронина за горло. — До чего же ты жалок, Ка-зу-ха, — целуя парня, Скарамучча чувствует соленые слезы. Он жадно сминает чужие губы, кусает их. Предвестник отстраняет парня от себя, оттягивая того за волосы, тянет голову ронина к своему паху. — Давай, ты же знаешь, что нужно сделать, — утверждает Скарамучча. Казуха хнычет, но снимает штаны и белье со сказителя. Светловолосый берет в руку полувставший член и приближается губами к нему, опаляя головку горячим дыханием. Каэдэхара неуверенно касается члена своими губами и начинает посасывать головку члена, заставляя предвестника издавать тихие стоны. Парень проводит языком по все длине члена, а затем берет его наполовину в рот и начинает неумело сосать. Он помогает себе рукой, двигая ей в такт движениям головы. Каэдэхара отстраняется буквально спустя пару минут, не желая возвращаться к своему делу. Скарамучча громко выдыхает и хватает парня за волосы, возвращая голову того к паху. Казуха снова берет член в рот, продолжая также медленно и немного лениво двигать головой. — Вечно тебе нужно помогать, — шипит предвестник, начиная вдалбливаться в горячее горло. Казуха начинает давиться, пытается отстраниться, сопротивляясь действиям Скарамуччи. — Кха-кха, — громко кашляет парень, когда его горло перестают мучать. Он слишком резко отстраняется назад и падает с кровати. Предвестник поднимается с кровати и подходит к тумбочке, доставая из первого ящика склянку со смазкой. Он молча кивает ронину на кровать. — Раздевайся, ложись на спину и раздвигай ноги, — довольно грубо командует сказитель. Каэдэхара медленно и неуверенно выполняет команду, отворачивая голову в сторону. Сняв одежду, парень ложится на спину, как ему и сказали, но ноги не разводит из-за стеснения. Скарамучча на это громко хмыкает и нависает сверху, не обращая внимания на боль в руке. — Возбудился, пока сосал? Ну ты и шлюха, Каэдэхара, — смеется предвестник. Он кусает шею, оставляя следы, спускается все ниже.       Казуха сжимается, когда чувствует как в него с легкостью проникает один палец, начиная его растягивать. Он чувствует дискомфорт, но не боль. Спустя немного времени добавляется второй и третий палец. Дискомфорт уходит и его заменяет нарастающее удовольствие, стоит Скарамучче изменить угол входа и задеть комочек нервов. И светловолосый начинает насаживаться сам, издавая громкие стоны. Он разочарованно выдыхает, чувствуя резкую пустоту внутри себя. Но тут же вскрикивает, стоит предвестнику заменить пальцы на свой член. Скарамучча начинает двигаться медленно, сжимая чужие бедра с такой силой, что на утро останутся синяки. — Какой же ты все равно тугой и горячий, — хрипит сказитель от удовольствия, начиная ускоряться и вдалбливаться в податливое тело резче. Казуха под ним стонет, извивается, двигает бедрами, желая ощутить еще больше. Ронин тянет руку к своему члену начиная надрачивать в такт движениям партнера. Еще пара толчков и Скарамучча изливается внутрь, а следом за ним Казуха кончает себе на живот. Он с толикой нежности целует парня под ним. — Ха-ха-ха, — смеется предвестник. — Теперь ты точно не уйдешь от меня, — говорит он засыпающему парню. Как только тот окончательно закрывает глаза, сказитель решает отмыть Каэдэхару от своего и его семени.

***

      На утро Казуха просыпается в чужих крепких объятиях, тревога и чувство былой скованности исчезает. Кажется что все так и должно быть. — Теперь я твоя свобода, — шепчет предвестник.