Рано или поздно

Аомине нервничал. Уже вторую неделю подряд Кисе игнорирует его сообщения. Чёрт, да Дайки даже звонил пару раз, чтобы узнать, в чём дело, но трубку так и не взяли. Аомине злился. Он просто ненавидел, когда его игнорируют. Но ещё больше его взбесило то, что в тот вечер, когда он звал Кисе поиграть, тот не только его продинамил, но и провёл это время с какой-то размалёванной девкой. Уже вечером листая от скуки каналы, Дайки наткнулся на какое-то шоу, где и был Кисе с этой мымрой. Хотя мымра и была довольно привлекательной, и грудь у неё - что надо. Но сам факт того, что Кисе променял его на какую-то швабру, раздражал неимоверно. Дайки даже от нечего делать как-то раз прогулялся до квартиры, где жил Кисе. И что он обнаружил? Этот идиот съехал уже как две недели назад и сдал квартиру. Прошло ещё несколько дней, прежде чем Аомине не выдержал и решил позвонить Куроко. Всё же блондин вечно вился вокруг Тецуи, и тот мог знать, какого чёрта творится с Кисе. - Кисе-кун сказал, что решил покончить со старой жизнью и начать новую. Правда, из баскетбола он не ушёл. Всё так же тренируется, но после травмы у него длительная терапия. Так что он полностью погрузился в модельный бизнес. Тут звонил на днях и сказал, что завёл девушку. И что очень счастлив. И что не скучает по прошлому, отпустив его. И что ему больше никто не нужен, и... На этом Дайки не выдержал и швырнул телефон в стену. - Ах, значит никто не нужен? Ну подожди, Кисе. Я доберусь до тебя.

***

Найти новую квартиру Рёты не составило труда. Парень оставил свои координаты новым жильцам на случай, если что-нибудь случится. Район был явно богатым, но в центре двора находилась баскетбольная площадка. Добрался Аомине туда только к вечеру. Уже успело стемнеть, и поэтому парень не сразу заметил одинокую фигуру, бросающую мяч в кольцо. Подойдя ближе, Дайки узнал в этой фигуре Кисе. Только что-то было не так. У парня были тусклые глаза вместо светящихся безмятежным счастьем и азартом. Он постоянно промахивался и как будто нехотя подбирал мяч и снова бросал его в корзину. И он не двигался. Не бегал, не кидал мяч в прыжке. Ничего. И только понаблюдав ещё немного, Аомине понял, почему. Кисе сильно хромал и часто морщился. Видимо, травма серьёзнее, чем казалась. - Вряд ли тебе можно напрягаться, Кисе. Готов поспорить, тебе прописан постельный режим, а ты всё равно выползаешь на площадку, травмируя себя ещё сильнее. Неужели всё ещё надеешься победить меня? - Нашёл всё-таки. Аомине вздрогнул. Голос сухой и безжизненный. Кисе повернулся к нему, обнимая мяч, как ребёнок - плюшевую игрушку. - Ты прав. Мне прописан строгий режим и играть нельзя ещё около месяца. Я сильно повредил связки. А сегодня вышел лишь потому, что бессонница замучила. И я не надеюсь победить тебя. Мне уже всё равно. Такого ответа Аомине не ожидал. Где тот Кисе, который всегда с азартом в глазах бросался в бой? Где тот весёлый мальчишка, неунывающий, несмотря ни на что? Что с ним случилось? Почему глаза больше не горят? Почему Кисе выглядит таким... Безжизненным. Мёртвым. Потухшим? Видимо что-то такое промелькнуло на лице Аомине. Кисе лишь невесело усмехнулся и пошёл к дому. - Всё кончено, Аомине. У меня теперь другая жизнь. В ней нет места глупым соревнованиям. Из-за одного такого я не могу играть. И когда я поправлюсь, то сделаю всё, чтобы не встречаться с тобой на поле. Ты растоптал меня. Но я не позволю тебе растоптать мой баскетбол. Дверь подъезда захлопнулась, а Аомине всё так же смотрел в ту сторону, куда ушёл Кисе. Около ног валялся брошенный мяч.

***

Кисе не понимал, что с ним происходит. Хотя нет, знал. Это как ломка у наркомана, который снова попробовал наркотик после того, как вылечился. Ну зачем? Зачем приходил Аомине? Снова открылись старые раны. Снова больно. Бессонница? Глупости. Кисе выходил на площадку каждый вечер. Будто ждал чего-то. Или кого-то. И этот кто-то пришёл сегодня. И всё ещё здесь. Кисе уже час смотрел на площадку, где на скамейке сидел Аомине и смотрел на дом, стараясь найти окно квартиры блондина. Час. Ему что, заняться нечем? Скоро перестанет ходить транспорт, и что тогда? Дайки ведь не думает, что он пустит его на ночь? Или... Аомине сидел на скамейке, откинувшись на сетку ограждения и задумчиво смотрел на дом напротив. Где-то в окнах горел свет. Где-то были отсветы от телевизора на потолке. Где-то зияли чёрные дыры. Аомине чувствовал. Чувствовал внимательный взгляд на себе. Он точно знал, что где-то в одной из этих квартир стоит Рёта и пристально наблюдает за ним через тёмное окно. Взглянув на экран мобильника, Аомине усмехнулся. Транспорт перестанет ходить через полчаса, а уходить не хочется. Видимо, сегодня придётся ночевать на улице. Дверь одного из подъездов открылась. Дайки усмехнулся. А может, и нет.

***

- И не надейся, что это что-то значит. Просто не хочу, чтобы ты заболел, - ворчал Кисе, заправляя диван в гостиной. - Момои-чи мне мозг выест. Аомине сидел в кресле и скалился, как наевшийся краденой сметаны кот. - Я сделаю тебе чай, а ты пока иди в душ. С этими словами Рёта быстро вышел из комнаты. Аомине лениво потянулся и направился в сторону ванной. Не успел он настроить воду, как в дверь постучали, и вошёл Кисе. - Я принёс чистые вещи и полотенце. Гель в шкафчике, если что. - Ок. Через двадцать минут Аомине уже вытирался полотенцем и пытался вспомнить, когда это он был в гостях у Рёты. А причина была в его одежде. Откуда она у Кисе? Этот вопрос он и задал первым делом, заходя на кухню. Кисе сидел за столом, попивая чай. Кивнув Аомине на стул напротив, он подлил себе чаю и снова сел на стул. - Как-то после тренировки я зашёл поздороваться, но в раздевалке тебя не было. Момои-чи сказала, что ты уже ушёл. А я заметил твою сумку. Решил забрать и отдать потом, ведь это была не ваша школа. Но как-то забыл про неё потом и нашёл только когда переезжал. - Зачем ты уехал? - синие глаза впились взглядом в карие напротив. Впрочем, Кисе тут же отвёл взгляд. - Я просто захотел поменять... Поменять хоть что-то в своей жизнь. В старой было слишком много всего, слишком много теб... Парень замолчал, но глаза Аомине тут же вспыхнули огнём. - Давай, Кисе. Договаривай! - А нечего договаривать! Там было слишком много тебя. Я начал заниматься баскетболом из-за тебя. Я стал совершенствоваться ради тебя. Я стремился обыграть всех, чтобы догнать тебя и сразиться с тобой! А в итоге что вышло? Зачем я это всё делал? Ты проиграл не мне, а Кагами. Ты говорил, что тебя завожу только я, но вспыхнул ярче любого огня, когда сражался с ним! Тебе нечего было сказать мне после моего проигрыша, но зато после своего ты нашёл, о чём можно поговорить с Тайгой и Тецу. Так зачем ты пришёл? Я не буду больше играть. Я не смогу обыграть тебя. Я не буду больше тренироваться, и стремиться мне не к чему! Я почти забыл тебя и всё, что с тобой связано! Я не отвечал на твои звонки и сообщения. Так зачем ты снова пришёл? Неужели было непонятно, что я не хочу с тобой больше общаться? Не хочу тебя видеть? Или тебе тренироваться не с кем? Так теперь у тебя есть Кагами. Он точно сильнее такого слабака, как я! Под конец Кисе уже просто орал на парня, не сдерживая эмоций. А зачем это делать? Рано или поздно это должно было случиться. Слишком долго Кисе держал всё в себе. И Аомине это понял. Он понял, что делал всё это время. Какую боль доставлял Кисе, сам того не желая. Но упоминание Кагами тут же разожгло ответную злость. Аомине резко поднялся со своего места и подлетел к Кисе, хватая его за рубашку и вздёргивая со стула. - А теперь послушай меня, ублюдок. Строишь из себя невинно обиженного? Не выйдет! Ты сам во всё виноват. Я не заставлял тебя гнаться за мной. Я не заставлял тебя играть в баскетбол. Я сразу сказал, что ты не сможешь обойти меня. Я тренировался с детства, а ты начал сравнительно недавно. Моё тело сильнее, быстрее и выносливее, а твоё не может выдержать такой нагрузки. Ты сам виноват в том, что повредил ногу. Я не заставлял тебя прыгать выше головы. Ты сам этого захотел. А раз сам захотел, так и нечего винить других в своих ошибках. Учись на них, а не распускай сопли. И причём тут Кагами? Эта выскочка никогда не заменит тебя. Если бы я хотел проводить время с ним и тренироваться с ним, я бы не названивал тебе и не пёрся бы через весь город, чтобы найти тебя! Ты стал мне ближе всех. Я могу назвать тебя другом, хоть ты и раздражаешь неимоверно. А что сделал ты? Ты обвинил меня во всех своих проблемах и сбежал! Променял меня на эту швабру. Ну и как? Веселее с ней был? С этой пустоголовой куклой? - Аомине... Чи.. - Заткнись. Просто заткнись, Кисе! Ты не имеешь права быть с ней! Ты только мой. Ты только для меня. И будешь ты только со мной, иначе я тебе мозги мячом вышибу! Мы связаны с тобой гораздо сильнее, чем с кем-либо. И я не уступлю тебя этой жалкой бабёнке с её жалкими сиськами! Поцелуй вышел грубым. Куда грубее, чем хотел сам Аомине. Он не особо задумывался над тем, что делает. Плевать на всё. Кисе только его, и Дайки докажет это этому несносному мальчишке.

***

Утро выдалось пасмурным. Шёл дождь, и в квартире было довольно прохладно. Кисе чувствовал, как по коже бегут мурашки, и начал шарить по кровати в поисках одеяла. Не найдя его, Кисе сонно приоткрыл глаза и попытался сесть, но поясницу прострелило болью. Охнув, парень перекатился на спину и огляделся. Вся кровать перерыта. Подушки на полу. Одеяла всё ещё не видно. И тут на голову обрушился поток воспоминаний. Кисе с минуту смотрел пустым взглядом в окно. Глупо было надеяться, что Аомине останется с ним. Он просто поставил свою метку и ушёл. Только горящее клеймо в душе выжигало плоть изнутри. Первый раз Кисе всегда хотел отдать Аомине, как и первый поцелуй. И отдал. Только вот Аомине на это плевать. Он был так груб и несдержан ночью. Всё тело болело. Вся шея и плечи в засосах и следах от зубов. На животе и то была парочка. Поднявшись с кровати, парень отправился в душ. Смывая пену с тела и ощущая лёгкий цветочный запах, Кисе почувствовал лёгкий сквозняк. Кожа тут же покрылась мурашками, и захотелось прибавить напор горячей воды, чтобы согреться. Хотя вряд ли горячий душ способен согреть душу. Так хреново парню не было даже тогда, когда Аомине проиграл Кагами, оставив Кисе позади. «Наверное, забыл плотно закрыть дверь», - подумал блондин. И тут же оказался в крепком кольце смуглых рук, прижатый к чужой грудной клетке. - Не дождался меня. А я ради завтрака в постель даже до магазина решил сгонять. Правда, заблудился немного. Но твои любимые булочки с вишнёвым джемом нашёл. С зелёным чаем будет самое то, - пропел бархатный голос на ухо, и мягкие губы оттянули серёжку. Сердце Рёты тут же забилось сильнее. Парень просто не мог поверить происходящему. Аомине не ушёл. Не оставил. Рядом. Резко развернувшись, Кисе крепко обнял парня и уткнулся лбом ему в плечо. - Я думал, ты ушёл. Думал, что эта ночь была чем-то вроде ошибки, - прошептал блондин. Аомине усмехнулся. - Может, так. Может, и нет. Всё зависит только от тебя, Кисе. Либо ты бросаешь эту свою швабру и принадлежишь всецело мне, либо я сейчас уйду и оставлю тебя. Но не надейся, что я отступлю. Рано или поздно ты всё равно будешь со мной. - В этом нет необходимости, Аомине - чи, - сказал Рёта и счастливо улыбнулся, поднимая голову и смотря в такие родные глаза напротив. - Твоё «рано или поздно» уже настало. Аомине лишь усмехнулся и притянул блондина к себе, целуя мягкие губы. Неважно, кто и что думает. И плевать, что Аомине проиграл. Всё это ничто по сравнению с утешительным призом. А ради такого приза Дайки готов проиграть ещё раз. Но только самому Кисе.

Fin.