Сегодня и правда необычный день

Сегодня в Инадзуме солнечно. Не как обычно. Дожди этим летом были обыденностью. Поэтому зонт всё ещё оставался висеть у входной двери. Тепло. Солнце будто решило выйти спустя долгое время и порадовать людей своими лучами. Пушистые облака показывались очень редко. Но даже их появление не делало маленьких детей менее весёлыми, а больших взрослых не заставляло улыбаться меньше в этот день. *** У Аяки было много работы. Кучи неподписанных бумаг, с ещё давно прошедших визитов, огромные стопки с разными документами для проверки (мало ли что, всё должно быть в лучшем виде) и сотни просьб о встречах, которые были запечатаны в конверты и переданы по почте, либо записаны в толстый блокнот, лежащий рядом с этими конвертами. Работы много, сил ни на что не хватало. Нужен отдых, но когда? Тома смотрел на Аяку. В его взгляде читалась печаль. — «Разве может так страдать его миледи ради других, может даже и неблагодарных людей» Ответ очевидный — нет. Но как это доказать Аяке? Он уже третий час, да что там час, он уже неделю бьётся в жалких попытках вывести её на свежий воздух, просто погулять. Может хотя бы сегодня, не как обычно он сможет её уговорить выйти. Всё же погода прелестная. Тома уже десять минут смотрит на уставшее личико Аяки и думает о своём. Можно сказать, он любовался её чертами лица. Эти голубые глаза, в которых, казалось бы, отражается весь мир. Этот аккуратный носик, который придаёт её лицу ещё большей нежности. А эти красивые тонкие губы, которые так бесподобно расплывались в нежной улыбке. Да, он уже смирился с тем, что влюблён в свою леди. Как это абсурдно бы не звучало, но всё равно уже ничего изменить нельзя. Безнадёжно? Возможно. Глупо? Скорее всего. Вдруг Тома резко перестал думать о своём. Точно! В его голову пришла гениальная мысль. Как он до неё не додумался раньше?.. — Миледи, вы наверняка устали. — Аяка повернула свою голову. Её глаза устало взглянули на Тому. Но сама Аяка лишь улыбнулась. — Тома, я рада, что ты обо мне заботишься и так переживаешь. Я почти не устала. Всё хорошо. — Вы сидите за этими бумагами с десяти утра, сейчас уже четыре часа вечера, вы даже не обедали. — Тома сделал гримассу возмущения. Но больше это походило на мордочку обиженного щенка. Аяка рассмеялась. Такое сравнение ей пришло на ум моментально и не выходило из головы. Тома улыбнулся. Ему удалось отвлечь свою миледи хотя бы на пару минут. Вот только одно маленькое «но». Вскоре Аяка снова села за бумаги. — «Почему же она такая упрямая?» — пронеслось в голове у Томы. Он сел поближе. — Моя миледи, я уже устал смотреть на ваше уставшее личико. Хоть вы и прекрасна, даже утомлённой, но любуясь вами, на душе появляется печаль. — у Аяки покраснели щёки. Она хоть и была погружена в работу, но заметила, как он ей любуется. А тут ей ещё и такие комплименты говорит. — Тома, не смущай меня. — Аяка мило улыбнулась. Да, всё же иногда у Томы прямолинейности не занимать. — Так я могу чем-то помочь? — Тома пытался осознать, что он только что сказал, пытаясь отвлечь Аяку. — «Всё-же я часто веду себя, как самый настоящий дурак» — Осознание привело его к такому выводу. — Мне кажется, что здесь ты и помочь не сможешь. — Аяка устало вздохнула и начала пересчитывать оставшиеся бумаги. Тома пересел ещё ближе и начал рассматривать стопки с письмами и документами. — Давайте я вам помогу распределить всё по компаниям? Так будет легче. Аяка подняла взгляд на него. Спорить с Томой сейчас будет бесполезно, он всё равно будет стоять на своём. — Хорошо… *** На часах семь часов вечера. Время летит незаметно. У Томы уже двоилось в глазах от имён, дат и вообще цифр. Как его миледи всё это успевает делать так быстро? Одна из 7 загадок Тейвата. А Аяка в свою очередь очень волновалась за Тому. Поэтому после каждых пяти минут молчания или отчаянных вздохов Томы следовало: — Всё в порядке? Не устал? Хотя казалось бы, что вины Аяки здесь нет, так как Тома сам подписал себе этот приговор, но она всё равно чувствовала вину и ответственность за то, что согласилась. Когда Аяка, уже кажется тридцать шестой раз повторила фразу: — Тома, ты не устал? Скажи честно. Тома взглянул на Аяку. — Миледи, со мной всё впорядке. Но вот вам кажется, необходим отдых, хотя бы обычная прогулка. — Тома поднялся на ноги и протянул свою руку Аяке. — Давай уже отдохнём вместе. Размышления Аяки поставили в тупик окончательно. Соглашаться или нет? Ещё так много работы, но так хочется провести время с близким ей человеком сегодня, не как обычно каждый день. Когда он часами смотрит на неё, приносит ей любимый чай с травами, который она обычно выпивает уже холодным, просит выйти погулять, а она отказывается, потому что «много работы, Тома, пойми меня правильно», и как уже поздно ночью он ведёт её под руку до комнаты, потому что глаза слипаются, а ноги еле идут. Так уже два месяца, а может и больше. Закончив разбирать свой поток мыслей, Аяка кладёт свою хрупкую ладошку ему в ладонь и поднимается. Всё же сегодня, и вправду, не как обычно. *** Они выходят из имения Камисато. Не зная, куда идти, Аяка и Тома просто гуляют по дорожкам в неизвестном направлении. Просто по дорожкам, они ведь куда-то приведут, волноваться не стоит. Тома безумолку болтает. О чём угодно. Будь то работа, новые знакомства, погода, да не важно. Рядом с его миледи, ему не страшно нести любую чепуху. Аяка же слушает, кивает и иногда даже смеётся. — А потом… — Тома, а ты не заметил, что у нас давно уже идёт рядом третий слушатель? — Тома насторожился. Он готов был уже схватить копьё из-за спины. — «Нет, я всё-же дурак. Надо быть навсегда на чеку, ведь на кону её жизнь.» — глаза Томы сверкнули. Аяка лишь улыбнулась и присела на корточки. Снизу послышалось радостное гавканье. Аяка взяла что-то или даже кого-то в руки, поднялась и развернулась. В её руках было милейшее создание. Маленький щеночек Сиба-ину. Его глазки-пуговки смотрели прямо в душу Томе, розовый язычок был высунут, а сзади вилял маленький пушистый хвостик. — Моя миледи… — Аяка выглядела с ним потрясающе. Тома не мог подобрать слов. Она так мило улыбалась с ним на руках. В глазах Томы сложились два самых милых фактора: маленький щенок и Аяка. — Подожди. — Тому вывел из мыслей приятный голос. Аяка подошла к нему поближе и протянула щеночка: — Подержи его. — Она улыбнулась. Тома взял в руки милое создание и взглянул ему в глазки. Щенок посмотрел на Тому, а потом как-будто вопросительно, взглянул на Аяку. Тома тоже повернул голову на неё. Аяка засмеялась. — Вы так похожи! Почти одинаковые. — Она подошла к Томе. Встав на носочки она дотянулась до его лица и невесомо поцеловала в щёку. Тома опешил. Он стоял с вопросительным взглядом и смотрел на Аяку. Та лишь улыбнулась и произнесла: — Теперь вы похожи ещё больше. Милые, и мне безмерно нравитесь. На щеках Аяки выступил румянец. А что Тома? Тома стоял весь красный, осознавая то, что сейчас произошло и произнесённые слова его леди. Вдруг Тома подошёл к Аяке. Он опустил щеночка рядом и поднявшись, взял девушку за руки. — Моя миледи, я могу? — Можешь… Тома положил руку на щеку Аяки. Он слегка приподнял её личико и прильнул к её губам своими. Этот поцелуй был нежным, приятным и полным чувств. Его не хотелось разрывать, настолько он был прекрасным. Но Аяке постепенно перестало хватать воздуха. Парень будто почувствовал это. Вскоре поцелуй был прерван. Аяка стояла вся красная. Она обняла Тому и прижалась к нему. Аяка вдохнула этот до боли знакомый запах Томы, который так и напоминал ей разные пряности. Она прикрыла глаза. Ей было невообразимо приятно понимать, что её любимый человек стоит рядом, а она его обнимает. Тома слегка усмехнулся таким милым действиям, хоть и сам стоял весь красный. Он положил свою руку ей на голову и начал поглаживать Аяку по волосам. Прямо перед ним стоит любовь всей его жизни. Такая тёплая, такая приятная. В данный момент эта миледи только его, и ничья другая. От таких мыслей губы расплылись в нежной улыбке. Вскоре об их ноги стал тереться щенок. А тишину нарушил мягкий голос. — Знаешь, Тома, я всегда видела, как ты мной любовался. — Хах, не думал, что останусь замеченным. *** И правда, сегодняшний день, необычный.