Мы Вместе

— Дорогие друзья! — произнесла Марго своим привычным доброжелательным тоном, в котором для вступительной речи было слишком мало экспрессии. Сережа, впрочем, кивнул одобрительно. Олег уже знал, что идея использовать Марго принадлежала ему и что родилась она из раздражения на Юлю, а не из убежденности в том, что виртуальная помощница справится лучше живого ведущего. Тем не менее, от идеи Сережа так и не отказался. — Я очень рад видеть всех вас на праздновании дня рождения нашей компании! — сказала Марго. Сережа склонился к Юле и прошептал: — Почему в мужском роде? — Ну-у… — протянула Юля. — Она как бы говорит от вашего имени. — И почему это должно быть самоочевидно? — Не знаю, — буркнула Юля. — Лично мне все понятно. — Мы с вами выполняем разные задачи, — продолжала Марго. — Среди нас есть руководители и линейные сотрудники, те, кто работает головой, и те, кто работает руками, эксперты по развитию бизнеса и технические специалисты, дотошные юристы и трудолюбивые производственники, блестящие пиарщики и толковые администраторы… — Значит, блестящие? — Сережа снова посмотрел на Юлю. — И кто такие производственники? — М-м, разработчики? — И почему бы их так и не назвать? — Так хуже звучит. — Это вы мне как блестящий пиарщик говорите? — Ну, сами и писали бы тогда эту речь. — ...надежные партнеры и ответственные поставщики, — сказала Марго. — А поставщики-то кто? — произнес Олег себе под нос, но Сережа его услышал и дернул Юлю за рукав нарядного светло-зеленого платья. — Да, действительно? — Стрелков? — неуверенно попробовала Юля. — И что он нам поставляет? Головную боль? Это прозвучало достаточно громко, и Олег бросил взгляд на Стрелкова, стоящего за одним из накрытых белыми скатертями высоких столов возле левой стены. Стрелков улыбнулся и поднял руку в приветствии. Было непонятно, услышал или нет. — Юля, — продолжил Сережа. — Просто признайтесь, что скачали эту речь и поленились отредактировать. — А что? Ну да, я использовала референсы, это абсолютно нормальная практика. У меня не так много времени на задачи, которые вообще-то, как мне кажется, должен выполнять административный департамент. Кейтеринг заказывать не так уж и сложно, могли бы еще и покреативить. А мое поле деятельности совсем другое. Между прочим, вы помните, что на следующей неделе у нас с вами большое интервью с… — Не заговаривайте мне зубы. — Серый, — вмешался Олег. — Может, правда, не сейчас? Сережа неодобрительно покачал головой, но продолжать не стал. Марго тем временем вещала: — Вместе мы преодолевали сложности, устраняли преграды и делали все возможное, чтобы не свернуть с намеченного курса. Трудности нас сплотили, мы стали одной семьей. И эта семья — главное богатство нашей компании. — Вот черт, — прошептал сзади Игорь. — А я-то думаю, чего я отсюда уволиться никак не могу. А это ж семья, богатство мое. Ну, правильно, родственников не выбирают. Юля прыснула. Сережа развернулся и открыл было рот, но тут Марго как-то особенно громко произнесла: — Именно благодаря ей сейчас мы являемся лидерами сельскохозяйственной отрасли! Игорь заржал в голос, смешки послышались со всех сторон. Сережа резко повернулся обратно, взметнув волосы рыжим вихрем вокруг головы, и взвыл: — Пчелкина! — Да блин, я же убирала это, — бормотала раскрасневшаяся Юля. — Как же… Не ту версию что ли загрузила. — Марго! — Сережа хлопнул в ладоши. — Следующая часть. Марго оборвала речь на полуслове, секунду помедлила, а потом сказала: — Теперь же пришло время особо отметить успехи некоторых из нас. За неизменный профессионализм, мудрое руководство и высокую эффективность зачастую в сжатые сроки грамотой награждается Федор Иванович Прокопенко. Это прозвучало ужасно топорно и неискренне, но Прокопенко был очевидно счастлив. Он охнул, оглянулся на своих подчиненных из бухгалтерии, толпящихся за одним маленьким столом, а потом, широко улыбаясь и топорща седые усы, поспешил к Сереже, который выступил чуть вперед с застывшей кривой улыбкой на лице. Изначально вручать грамоты он не хотел, но Юля убедила его, что ограничить официальную часть одной только вступительной речью будет неправильно. Решили вручать тем, кто точно этому обрадуется, и тем, чьи достижения в прошедшем году никак нельзя было обойти вниманием. Прокопенко потряс Сережину руку, рассыпаясь в благодарностях. Сережа говорил: мои поздравления, Федор Иваныч, да-да, Федор Иваныч, конечно, никто и не забывал про ваши заслуги, Федор Иваныч, ну, да все уже, — со всех сторон хлопали, бухгалтерия кричала и даже свистела, в общем, неловкая ситуация как будто начала выправляться. Прокопенко наконец отпустил Сережу, помахал своей грамотой, и в этот момент из динамиков грянула «I Will Survive», а Марго поверх музыки громко сказала: — Поздравляю, Федор Иванович! Сережина спина напряглась, но выражения его лица Олег не видел. Прокопенко, возвращаясь за стол, сделал несколько танцевальных па, многие смеялись, но добродушно, только Игорь хихикал злорадно и, обращаясь, по всей видимости, к Диме, говорил: — А у нас так всегда, стажер. Не проверив весь функционал, тестируем сразу в полевых условиях. Олег надеялся, что Сережа его не слышит. Он посмотрел на Юлю, и та пожала плечами. — Я другую песню выбирала, — сказала она. — Это плейлист? — спросил Олег. — Там, может, шаффл где-то включен? — Без понятия. Да все нормально же. И она, шагнув вперед, сунула в руку Сереже очередную грамоту. Всего грамот было семь, и к концу награждения Олег уже перестал сомневаться в направленности Юлиного плейлиста. Они послушали «It’s Raining Men», «Under Pressure» и «Y.M.C.A.». Сережа держал спину неестественно прямо, как будто к ней привязали доску. По-прежнему радостный Прокопенко пританцовывал, подпевал мычанием и посматривал на стол с закусками. Игорь продолжал отпускать ядовитые комментарии до тех пор, пока Сережа не вручил грамоту и ему — за самое высокое количество закрытых инцидентов среди всех сотрудников сопровождения. — Ну, блин, спасибо, — сказал Игорь, с неохотой пожимая Сереже руку. — Лучше б вы этих инцидентов заводили меньше, чем грамоты потом… Тут Марго включила ему «Dancing Queen», и он стушевался, буркнул что-то неразборчивое и торопливо нырнул обратно в толпу. Сережа проводил его мстительным взглядом, Олег тоже оглянулся. Игорь толкнул локтем Диму, который громко смеялся и повторял: «А-ха-ха, янг энд свит… онли севентин», и сказал: — Заткнись, стажер, а? Блин, выпить бы уже, сколько можно. Последняя грамота досталась Кириллу Гречкину, который несколько месяцев назад со своей командой закончил дизайн нового интерфейса диалогов. Гречкин радовался бурно, бил кулаками воздух, жмурился и подпрыгивал, рискнул даже разок обнять Сережу, а потом, подмигивая, сказал: — Мне тоже включите что-нибудь… веселое. Если вы понимаете, о чем я. Марго включила ему «It’s a Sin», чем он остался очень доволен. Пока он, приплясывая, возвращался на свое место, Сережа оглянулся, состроил гримасу, глядя на Олега, а потом повернулся к Юле и тоскливо спросил: — Кто там дальше? — А все, — сказала Юля. — Неужели? Наконец-то. Вообще, вручение грамот зашло, на взгляд Олега, очень даже неплохо, во всяком случае гораздо лучше, чем такие вещи заходят обычно и чем можно было ожидать: все оживились, смеялись, болтали, подшучивали друг над другом, подпевали и топтались в такт музыке. Он надеялся, что Сережа тоже это почувствовал и не принимает веселье на свой счет. Сережа, похлопав, дождался тишины и произнес: — Дорогие… коллеги. — О нет, — прошептал оклемавшийся, видимо, Игорь. — Неужто еще пара слов про наше сельское хозяйство? Сережа дернул плечом, покрутил головой, как будто разминая шею, и сказал: — Приятного аппетита.

***

— Делаем ставки, — произнес Сережа, уставившись на гору пакетов и коробок, — что здесь. — Бухло и календари, — сказал Игорь. — Календари и бухло, — одновременно с ним сказал Олег. — Ну вот, — вздохнул Сережа. — Никакой интриги. Я тоже ставлю на них. Если бы я вешал все календари, которые дарят подрядчики и партнеры, сказал он как-то Олегу, у нас вся квартира была бы в календарях. И весь офис. И вся башня стала бы одним огромным календарем. Хорошо, что Юля в итоге не заставила его открывать пакеты и коробки у всех на глазах — хотя она, конечно, порывалась, мол, куда «приятного аппетита», а как же официальное вручение подарков. Сережа ответил, что это будет некорректно по отношению к остальным, типа — посмотрите, что мне подарили, какой я молодец. И вообще, мало ли что там окажется. Кроме, конечно, бухла и календарей. — Разумовский, — заговорщицки зашептал Сереже в ухо Игорь. — Ты шампанское пьешь? Давай меняться — тебе там коньяк подарили, а мне шипучку эту зачем-то. Игорь был вторым человеком по частоте получения сувениров после самого Сережи: именно он общался со всеми, с кем Вместе имела внешние интеграции, когда эти самые интеграции ломались. — Вот я похож на человека, который пьет шампунь? — продолжал нудеть Игорь. — Может, они думают, что после крепких напитков ты не сможешь работать. Забирай свой коньяк, он мне даром не нужен. — Кто-то сказал «коньяк»? — рядом с ними откуда-то вылезла светловолосая голова, а за ней и сам Кирилл Гречкин. — А для меня тут ничего нету? — Кыш, — сказал Игорь. — Не заслужил. — Вот вечно так, — обиженно протянул Гречкин. — Мой интерфейс — первое, что видит пользователь, а коньяк все равно присылают Грому. — Сгинь, боец невидимого фронта, — повторил Игорь, но Гречкин, конечно, никуда не сгинул, а подтянул к себе одну из коробок, синюю, всю покрытую голографическими блестками, и спросил: — А это что такое? Выглядит бодренько. Сережа выцепил коробку у него из рук и повертел, пытаясь найти какую-нибудь подпись. — Наверное, открытка отвалилась. Надо будет спросить Марину, кто прислал. — Это что у вас там за коробка? — вклинился в разговор Олег. — Сейчас узнаем, — сказал Гречкин. Олег тоже потянулся было за коробкой, но Сережа удержал его, обхватив пальцами предплечье, и только потом подумал, что жест выглядит слишком интимным, однако понадеялся, что никто не обратит внимания. — Марина на всех курьеров делала пропуска по запросу, — произнес он. — Так что вряд ли это что-то опасное. Гречкин, воспользовавшись этой заминкой, все-таки ухватил коробку прямо у Сережи из-под носа и, открыв ее, жестом фокусника вытащил оттуда окрашенную под позолоту руку высотой сантиметров тридцать. Указательный и средний пальцы показывали «викторию». — Ничего себе кто-то заморочился, — удивленно сказал Сережа. — Лучше бы денег прислали, — проворчал Игорь. Гречкин задумчиво повертел подарок в руках и зачем-то даже понюхал. — Это что, — подозрительно произнес он, — для фистинга? — Гречкин! — взвыл Сережа, и тут молчавший до этого Дима, которого больше интересовало содержимое его бокала, подал голос: — А что такое фистинг? — Ты чему мне стажера учишь? — возмутился Игорь, пытаясь зажать Диме уши. — Кыш отсюда! — А чего такого? Пусть готовится к тому, что с ним сделают, если он сроки прое… — Я с тобой сейчас что-нибудь сделаю! — не выдержал Сережа и, отобрав у него наконец руку, замахнулся, делая вид, что собирается его стукнуть. Гречкин испуганно ойкнул и поспешил затеряться в толпе. — Окей, — произнес Олег. — У нас тут еще гора всего, тоже предположительно с бухлом и календарями. Игорь, будь другом, дай сюда вон ту здоровую дуру. Сережа кинул на него благодарный взгляд. Он не то чтобы часто жалел о том, что они были вынуждены скрывать отношения, однако сейчас ужасно хотелось подойти к Олегу, сказать — какой сраный день, я заебался, обними меня. Но ничего из этого он, разумеется, не сказал и не сделал, а продолжил стоять и смотреть, как Игорь тянется за вон той здоровой дурой, под которой Олег имел в виду огромную коробку метр на метр с логотипом «Апарт 69», студии, которая год назад делала дизайн-проект и ремонт в их офисе. Он ухватился за угол и потащил коробку на себя, но та не сдвинулась и на пару сантиметров. — Что там, надгробная плита? — недовольно пробурчал Игорь. — Как ее вообще сюда притащили? Он перешел на тот угол стола, где лежал таинственный презент, Сережа и Олег последовали за ним. Вскрывать упаковку вызвался Игорь, и с каждым сантиметром разрезанного картона его челюсть отвисала все ниже и ниже. — Да ну не может быть, — сказал он, когда ножницы скрежетнули обо что-то твердое внутри. — Не, они это серьезно? — спросил он, когда коробка была наполовину разрезана. — Бля, — выдохнул он, когда с упаковкой было покончено и содержимое явилось их взорам. — Бля, — согласно повторил Сережа. — Что это вообще такое? Внутри лежал кусок мрамора, действительно подозрительно похожий на могильную плиту. На нем был выгравирован логотип Вместе, а ниже — подпись, чтобы никто точно не сомневался, кому эта плита предназначается, и текущий год. — А вроде мы с ними неплохо поработали, — задумчиво сказал себе под нос Олег. — По крайней мере, они выглядели довольными. — Сейчас еще из Икеи гроб пришлют, — сказал Игорь. — Который надо будет самим собирать. С Икеей они делали небольшой, но забавный проект — приложение, где можно было совместно с любым человеком из соцсети создать дизайн виртуальной квартиры. — А вот и нет, — возразил Олег и потряс какой-то бумажкой. — Открытку прислали, и все. — М-да, — протянул Сережа. — Могли бы хоть акулу плюшевую подарить. — Ну купил бы сам, если так ее хочешь, — сказал Игорь. — Их сейчас разбирают подчистую. Не так уж я ее хочу, чтобы драться за нее с другими желающими. Сережа задумчиво побарабанил пальцами по куску мрамора. — Может, это какая-то дизайнерская идея, которую мы не в силах понять. — А ты спроси у Гречкина, — посоветовал Игорь, — он у нас главный по дизайну. Ответить Сережа не успел, потому что кто-то осторожно коснулся его локтя. Обернувшись, он увидел Юлю, смотрящую на него с виноватым видом. — На секунду, — попросила она. Сережа кивнул и позволил ей отвести себя в дальний угол зала, где они не привлекли бы лишнего внимания. Лицо ее было таким несчастным, что он даже не удивился, когда она сказала: — Мне жаль, что так вышло с речью. И с награждением. Это моя вина: нужно было либо отказаться от этой задачи, либо сделать ее как следует. Или признать, что сама идея ведущего на корпоративе и всяких там конкурсов — отстой, подумал Сережа, но вслух сказал: — Ну, могло быть и хуже. Например, когда вручали грамоту Прокопенко, заиграла бы «Милый мой бухгалтер». Юля хихикнула. — Да, это было бы ужасно. Там вообще почему-то включился другой плейлист. — А что должно было? — Ну, всякие песни вроде «Eye of the Tiger» и «We Are the Champions». — Жаль, — сказал Сережа. — Игорю бы понравилось. Когда у нас еще не было автоматической установки дистрибутивов, мы с ним все ставили руками вдвоем. По ночам, пока нагрузка на сервера минимальная. И он каждый раз, когда начинал раскатку, включал «Eye of the Tiger». Ему казалось, что так он выглядит героически. Героический Игорь тем временем переместился от стола с подарками к столу, за которым стояли другие админы, и Юля посмотрела на него долгим, задумчивым взглядом. У Сережи, конечно, было в запасе еще много историй про их совместную работу, и не то чтобы он имел что-то против Юли — но ему хотелось поскорее вернуться к Олегу. Он прокручивал в голове различные предлоги завершить разговор, и тут в кармане у него зазвонил телефон. На экране отображался номер Марины. — Тут Яндекс привез вам лося, — вместо приветствия сообщила она. — И мы не знаем, как его наверх поднять.

***

Олег наблюдал, как Сережа разговаривает с Юлей, которая, судя по ее лицу, извинялась за неполадки с официальной частью. Сережа, судя по его лицу, ее понимал и прощал. Разговор, впрочем, затянулся, Юля уже смеялась, Сережа принялся что-то рассказывать, и тогда Олег, оглядевшись и убедившись в том, что никто не намерен подойти к нему прямо сейчас, достал телефон. Сначала он для очистки совести проверил официальный сайт, но там, конечно, было глухо. Ссылки в Гугле вели либо в никуда, либо на частные варианты, от которых брови ползли на лоб. Олег заранее решил, что цель в его случае оправдывает средства, и все-таки чувствовал отголоски праведного возмущения. Он немного полистал страницы, но разброс, как и следовало ожидать, был не очень большой. Тут ему стукнуло в голову, что искать вообще-то надо тех, кто готов приехать сам, да еще и сегодня. Таких, возможно, не было и вовсе, поэтому стоило просто начать писать, авось кто-нибудь да согласится, ну, наверное, тоже не за бесплатно. Он дополнительно отфильтровал поиск, ткнул наугад в один из результатов и быстро набрал сообщение, потом в другой — еще одно сообщение, в третий — чем больше, тем лучше, в четвертый — и тут кто-то тяжело и жарко привалился к его плечу. Олег торопливо щелкнул кнопкой, погасив экран, и только потом понял, что это не Сережа. Это был Дима, и Дима был пьян. Не так пьян, пожалуй, чтобы устраивать стриптиз на столе или даже чтобы блевать, но наверняка достаточно, чтобы пристать с каким-нибудь дурацким разговором и не уловить намеков. Очки сидели на его носу криво, волосы смешно растрепались, щеки раскраснелись, на губах блуждала блаженная улыбка. В ответ на вопросительный взгляд Олега он поставил на стол свой бокал и спросил с предвкушением, которое Олег назвал бы плотоядным, если бы это был кто-то другой: — А где Сергей? Олег осмотрелся. Сережа действительно пропал, Юля, разжившись шампанским, стояла одна и что-то набирала в телефоне. — Вышел, — сказал он Диме. — Тебе он зачем? — Мне-то ни за чем, — ответил Дима и захихикал, словно это была самая смешная шутка на свете — и вообще шутка. Олег пожал плечами, но улыбнулся вежливо, ему не хотелось отталкивать Диму, потому что человек Дима был все-таки хороший, и как будто он сам ни разу в жизни не выпивал лишнего. Дима ткнул его пальцем в бок и сказал: — Но вы такая красивая пара! — Спасибо, — ответил Олег и, не удержавшись, добавил: — Я очень рад, что ты так думаешь. Дима, не уловив сарказма, важно кивнул, а потом с комической серьезностью произнес: — Я сначала подумал, что это все не слишком здорово. — Что именно? В этот момент в зал вернулся Сережа. Остановившись в дверях, он осматривал сборище. Кто-то из юристов попробовал с ним заговорить, он ответил односложно и снова поднял голову, вытягивая шею. Олег встретился с ним взглядом и попытался лицом выразить, что он и рад бы подойти, да не хочет сейчас привлекать к нему внимание Димы. — Ну, то, что ты… вы… что вы… — Можно на «ты». — Что ты работаешь у него в п-подчинении. — А, — отозвался Олег, уже жалея, что не сбежал от Димы сразу. Сережа отвернулся от них быстро, пробрался сквозь толпу ближе к центру зала и теперь разговаривал с Игорем, который держал в обеих руках по бутерброду с икрой. — Но потом я прикинул, — сказал Дима, — вот я тоже в подчинении у Игоря, а мы с ним уже так подружились! — Прямо так? Юля, завидев Сережу, схватила свой бокал и направилась к нему. Когда он остановился рядом с Игорем, она чуть притормозила, но затем двинулась дальше с прежней решимостью и, оказавшись рядом, бросила в сторону Игоря что-то короткое, а Сережу взяла за правый локоть и, продолжая разговаривать уже с ним, попыталась его увести. Игорь торопливо сунул один из бутеров в рот и вцепился в Сережу слева. — Ну не-е-ет! — Дима заливисто расхохотался и хлопнул Олега по спине. — Не так, конечно, ты что! Но ты не подумай, — тут он как будто испугался, — я же ничего не имею против! То есть, в целом, а не против Игоря… хотя против Игоря я тоже ничего не имею, только не в этом смысле. На самом деле, и в этом смысле не имею, но чисто теореч… теоретиц… — Я понял, Дим, — Олег развернулся и с улыбкой положил руку ему на плечо. — Тебе нравятся девушки. Это нормально и даже прекрасно. И мы на работу людей не по признаку ориентации берем. Послушай-ка… — Ну, может, нравятся, ну и что? — перебил Дима. — Я правда поддерживаю! — Я верю. — И шутки здесь неуместны! — Да я вроде не шутил, — пробормотал Олег, однако Дима, не слушая его, продолжал: — Я так Игорю и ответил! Ну, когда он мне сказал, что ты «си-эс-о» не потому, что «чиф секьюрити офисер», а потому, что «чиф секс офисер». Этой шутки Олег раньше не слышал и не сразу понял, как реагировать. Дима вдруг начал кривить лицо, и он испугался, что его все-таки стошнит, но, как оказалось, дело было в другом. — Хотя это и правда было смешно, — выдавил Дима и засмеялся, наверное, из-за того, что долго сдерживался, очень громко. Люди вокруг на них обернулись. Олег, оглядываясь, с извиняющимся видом пожал плечами и тут заметил Леру, которая в одиночестве скучала за соседним столом со стаканом томатного сока. Это было весьма кстати. Он подозвал ее жестом и, когда она неохотно подошла, сказал ей: — Вот, это Дима. — Мы вообще-то знакомы, — сказала Лера и посмотрела на него так, как умела только она: как на давно и неизлечимо больного на голову. Дима, отсмеявшись, икнул и неуверенно покивал. — И правда. Так даже лучше. Вам будет, о чем побеседовать. Едва договорив это, Олег сбежал, чувствуя себя немного виноватым и утешаясь тем, что Дима веселый и блевать все-таки не настроен, а Лера, если ей что-то не понравится, церемониться не будет. Он был уверен, что Сережа не нуждается в его помощи, однако не откажется от нее, и Сережа действительно бросил на него благодарный взгляд, когда он подошел. В этот момент Юля говорила: — …но я все-таки вернусь к своему вопросу, Игорь, если позволите. Так вот, то, что вы предлагаете, не получится, потому что мы уже анонсировали… — Слушай, ты со всеми на «вы» разговариваешь? — перебил ее Игорь. — На корпоративе еще. Всю атмосферу рушишь. И вообще, я не закончил. Разумовский, я тебе нормальный вариант предлагаю. Поставим аикс вместо этого опенсорсного говна... — Кстати, — Юля тоже его перебила, — там новый коллега Игоря что-то говорил о том, как изменить номер поста… — Вот знаешь, в чем твоя проблема? — спросил Игорь. — Ты жизнью компании не живешь. А моего коллегу зовут Димой. — Это я не живу? — Юля повернулась к нему. — А кто, ты думаешь, пишет вам все пресс-релизы, проверяет с лупой все интервью, бегает и организует все ивенты с жопой в мыле? — Так это разве про жизнь? Я тебя сто лет тут не видел, пока ты свой конкурс дурацкий не придумала! — Интересно! Чем же он дурацкий? — Тем, что это тупо рандом, для победы вообще ничего делать не надо. А настоящая жизнь компании в том, например, что, если сдохнет сервер, то пострадаешь и ты в том числе! — Слушай-ка, как тебя, Игорь... Юля, незаметно перешедшая на «ты», набрала воздуха в грудь, и тут Олег наконец смог вмешаться. — Это вообще из-за чего все? — спокойно спросил он у Сережи, аккуратно вклиниваясь между Юлей и Игорем. Юля, видимо, до сих пор его не замечавшая, подавилась тем, что собиралась сказать, и закашлялась. — Я не знаю! — Сережа всплеснул руками. — Они сами! Я только искал кого-нибудь, кто поможет мне спрятать лося! — Спрятать кого? — переспросил Игорь. Юля тоже закашляла с вопросительной интонацией. — Лося! — повторил Сережа. — От Яндекса. — Они там охуели что ли, — пробормотал Игорь. — Кто пустил лося в здание? Почему я об этом ничего не знаю? — нахмурился Олег. — Ой, он же, наверное, голодный, — сказала Юля и отобрала у Игоря оставшийся бутерброд. — Вы сдурели? — спросил Сережа, обведя их изумленным взглядом. — Это не живой лось. — Ты меня так больше не пугай, — сказал Олег. — Как не живой? — расстроилась Юля. — Мертвый? — с ужасом спросил Игорь. — Да нет, он живой, — ответил ему Сережа и, видимо, опасаясь новых неадекватных реакций, торопливо продолжил: — Живой, но в зоопарке. Они его взяли на попечение от имени Вместе. Возле загона табличку повесят и все такое. А нам прислали игрушечного, видимо, для наглядности. В полный, блядь, рост. Он огромный, тяжелый, и мне надо куда-то его деть. — Давай прямо сюда, — предложил Игорь. — Представляешь, как все охуеют? — Этого я как раз не хочу. — Да почему? Классно же будет! — Давай его в комнату отдыха отнесем, — предложил Олег, и Сережа благодарно посмотрел на него. — Тоже думал, — сказал он. — Пойдем тогда с… — Сережа! — воскликнул вдруг появившийся из ниоткуда Прокопенко. — Слушай, я все-таки решил вмешаться, а то тебя одного никак не застанешь. Значит, мы от всей бухгалтерии… да пошли, пошли, у нас там и подарок есть. Сережа беспомощно оглянулся на Олега, и Олег сказал ему: — Иди, мы с Игорем справимся сами. — А я чего, — буркнул Игорь. — Он у Марины, на ресепшене, — через плечо бросил Сережа, увлекаемый Федором Ивановичем к столу, где толпилась бухгалтерия. Олег кивнул и, взяв Игоря за локоть, потащил его к выходу. Юля поставила свой бокал и, задумчиво жуя бутерброд, последовала за ними. Лось был очень большим и вблизи очень плюшевым, но издалека из-за размера его и впрямь можно было принять за настоящего. Игорь пощупал его рога, а Юля погладила по мягкой шоколадной голове, улыбнулась, и Олег понял, что, кажется, никогда раньше не видел ее улыбку. Смотрела она при этом на Игоря, а Игорь смотрел на лося. Лось смотрел мимо них обоих в пространство. Выражение морды у него было на редкость глупое. — Охрана его из лифта вытащила и все, уехала, — пожаловалась Олегу Марина. — Сказали, мол, мы не грузчики. — Ну, они и правда не грузчики, — сказал Олег, приседая, чтобы обхватить лося за задние ноги. — Игорь, спереди возьми его, чего стоишь? Марин, подержи дверь. Лось и правда оказался удивительно тяжелым, и когда они доволокли его до комнаты отдыха и поставили там в углу возле панорамного окна, Олег чувствовал, как по спине под рубашкой течет пот. Игорь, отряхнув руки, сказал: — Уф, зараза. Прикинь, Волков, кто-нибудь зайдет, увидит эту дуру и сердечный приступ словит. — Почему это? — возмутилась Юля. — По-моему, он очень милый. — Ну не знаю, — Игорь посмотрел на нее. — Это ж не щенок или котенок какой-нибудь. — Конечно, легко быть милым, когда ты щенок или котенок, — проворчала Юля. — Другое дело, когда ты двухметровый лось. — Не, ну так-то я согласен, — Игорь снял кепку и вытер ей шею. — А ты типа по лосям угораешь что ли? — Я просто животных люблю. Ой, фу, не надевай ее обратно, дай сюда. Юля отобрала у Игоря кепку, покрутила в руках, положила лосю между рогов и взглянула с вызовом. Усмехнувшись, Игорь потрепал лося по холке, как будто и впрямь живого. Олег собрался сказать, что ему эта кепка идет больше, чем хозяину, но тут у него в кармане завибрировал мобильный. Номер был незнакомый. С извиняющимся выражением лица он взмахнул телефоном и отступил к двери, однако ни Юля, ни Игорь на него не посмотрели. — А дома есть животные? — спросил Игорь. — Да куда их, знаешь, как редко я дома бываю? А в детстве у меня улитка была. — Да ну? Прям улитка? Олег нажал на кнопку ответа и, закрывая за собой дверь, сказал в трубку: — Алло? Да, это Олег. А, вы, видимо, по поводу моего сообщения… Возвращался он в приподнятом настроении. Все предприятие влетело ему в копеечку, зато позвонивший парень жил недалеко и сказал, что приедет в течение часа, «если заведется колымага». Пришлось пообещать ему оплатить еще и такси, если колымага все-таки не заведется. Оно того стоило. Не в силах сдержать радостную ухмылку, Олег распахнул дверь в комнату отдыха. Юля и Игорь его появления не заметили. Они целовались. Юля опиралась спиной о лося, а Игорь одной рукой держался за рог, а другой лохматил ее еще несколько минут назад красиво уложенные волосы. Кепка валялась на полу. Олег зажмурился и зажал пальцами переносицу, чтобы не расхохотаться — не столько из-за ситуации, сколько просто из хорошего настроения. Он сделал два нетвердых шага назад, тихо прикрыл дверь, вытер выступившие от сдерживаемого смеха слезы, глубоко вдохнул и развернулся, чтобы идти обратно в зал. И в этот момент коридор наполнился жутким воем, а через пару секунд на него сверху полилась вода.

***

На удивление большая часть народа отнеслась к произошедшему философски, а то и восприняла это как забавное приключение. Возможно, потому что вода прекратила литься почти сразу же — а возможно, потому что алкоголя на корпоратив закупили как следует. Тем не менее, весь этаж эвакуировали — и тут неожиданно запереживал Гречкин, который почему-то решил, что это хитрый план администрации здания, собравшейся под шумок украсть все, что не доели и не допили. На почве этой паранойи он неожиданно объединился с Прокопенко, страшно обеспокоенным судьбой пиццы и роллов. Единственным, что удерживало этих двоих от штурма, была Лера Макарова, которая поймала их почти что у двери и теперь долго и обстоятельно что-то им втолковывала, периодически хватая то одного, то другого под руку и не давая им ворваться внутрь. Сережа сидел прямо на газоне и размышлял о том, что еще может пойти не так. Например, сейчас прямо на него упадет метеорит. Или земля разверзнется и поглотит его. Он подумал о том, что на такой случай нужно дать кому-то еще права на согласование выпуска релиза, и тут над его головой кто-то покашлял. Не деликатно, а наоборот, громко и как-то даже радостно, словно тому, кто кашлял, не терпелось обратить на себя Сережино внимание. — Я присяду? — бодрым, как и всегда, тоном спросил Стрелков и, не дожидаясь ответа, плюхнулся рядом. — Все равно брюки уже мокрые. — Боюсь, теперь они будут мокрые и зеленые, — вздохнул Сережа. Стрелков улыбнулся так широко, что он против воли представил, как поверх неестественно белых зубов вырастает второй ряд других, длинных и острых, а затем Стрелков откусывает ему голову. — Насчет этого недоразумения с противопожарной системой, — сказал Стрелков. — Я могу помочь возместить ущерб. Еще и в плюсе останетесь. Сережа удивленно посмотрел на него, и он, расценив это, должно быть, как недоверие, добавил: — Соглашайтесь, Сергей, я свое дело знаю. — Да я не сомневаюсь, — усмехнулся Сережа. — Просто, ну, это не то чтобы входит в ваши обязанности? — Ну да. Но мы ведь все-таки команда, а? Он подмигнул Сереже и, поднявшись на ноги, пошел в сторону Прокопенко, Гречкина и Леры. Вздохнув, Сережа достал из кармана безвозвратно испорченных брюк телефон и хотел набрать Олегу, который уже двадцать минут назад пошел что-то выяснять, — но тут перед ним возникли Юля с Игорем. — Вот видите, — довольно сказала Юля, — корпоратив нас все-таки сплотил! Смотрела она при этом не на Сережу, а на Игоря — и еще опиралась на его плечо, при этом не выглядя как человек, который собирается вот-вот упасть. — А ведь если бы я тогда не сказал, что для дата-центра надо специальную систему пожаротушения ставить, — радостно произнес Игорь, — сейчас бы все, пропали наши серверочки. Утонули бы. — Ага, — Сережа кивнул. Спорить о том, что он и без Игоря об этом знал, не осталось сил. А еще, помимо ненаглядных Игоревых серверов, была техника сотрудников, да и просто личные вещи, которым вода вряд ли пошла на пользу. — Да выдохни ты уже. Там пару секунд побрызгало и все. Щас Волков всем глаз на жопу натянет, еще и компенсацию стребуем. Можно, кстати, аккуратненько пару серверов полить, типа им тоже кранты — переключимся на резервный, поработаем так чутка, зато новые купим, эс-эс-дэшные. — Сдурел? А если резервные упадут? — Вот для таких случаев, — Игорь поднял указательный палец, — нам и нужно третье плечо! — А Стрелков, кстати, обещал же помочь? — вмешалась Юля. — Ну, с компенсацией. — Угу, — сказал Сережа. — Не нравится мне это. Мало ли что он потом потребует. — Как в «Ведьмаке», — Юля хихикнула и заговорщицки посмотрела на Игоря. — Он потребует то, о чем ты пока не знаешь. — Это о чем я не знаю? — нахмурился Сережа. — О дефекте на проме что ли? — Каком еще дефекте? — Игорь сразу напрягся. — А я ебу? Я же о нем пока не знаю. Какой-нибудь наверняка есть. Блин, если б мне кто-то заранее сказал, какой получится дурдом, назвался бы не «Вместе», а «В пизде». — Слушай, — неожиданно виноватым тоном произнес Игорь, — да не так уж и плохо все. А что я ворчу, так это ж просто хочется, чтобы у нас все как следует было. Мы же с тобой сюда столько вложили… Сережа уже собрался как-нибудь поделикатнее прервать этот поток неожиданных откровений, но тут к ним подошел Олег. Под мышкой он держал какой-то большой сверток, который Сережа до этого не видел. Может, очередной подарок от партнеров. — Там Гречкин с боем прорвался в здание, — сообщил он. — Его, конечно, выведут, но пока у него есть примерно минут пять чтобы допить все, что не было допито. У вас тут все в порядке? — Ага, — отозвался Сережа. — Ну, по крайней мере больше ничего не произошло. — Тогда отойдем ненадолго? Мне надо тебе кое-что сказать. Сережа не сомневался, что Олег собирается извиняться за ситуацию с сигналкой, хотя еще вчера докладывал, что заказал новые датчики, и Сережа сам велел ему ничего больше пока не предпринимать, поэтому вины его тут не было ни капли. Игорь, заметив, что Сережа отвлекся, не стал, вопреки обыкновению, пытаться вернуть внимание на себя, а переключился на Юлю, и Сережа тихо произнес: — Слушай, забей. Ничего страшного не случилось. — В смысле? — Ну, я имею в виду, какие-то потери, конечно, есть. Но у нас тут вроде наметился вариант, как их компенсировать. И сервера не пострадали. Короче, пусть это будет тем самым малым несчастьем, которые закрывает дорогу большому. — А, — смущенно отозвался Олег. — Ты про сигнализацию. Да, нужно было, наверное, снять этот датчик. Хотя бы на время корпоратива. Не подумал. — Может, это уже вообще другой датчик. Раньше-то вода не лилась. Короче, это в любом случае не твоя вина, и давай закроем тему. — Давай. Хотя, раз ты подумал, что я собрался говорить об этом, доля моей вины тут явно есть, — Олег усмехнулся. — А я вообще по другому… кхм, вопросу. — По какому? — Ну, отойдем? — Да нас вроде никто не слушает. Сережа огляделся. Юля с Игорем ушли на несколько шагов дальше, и Юля, встав на цыпочки, что-то говорила Игорю прямо в ухо. Некоторые сотрудники гуляли по парковке, разговаривая по телефону, но большинство столпились ближе ко входу, где на асфальт падала тень от здания, — солнце клонилось к закату, но было все еще жарко. — Я просто не сказать… Точнее, сказать тоже. Блин, — Олег издал короткий смешок, — не получается что-то. Сережа нахмурился. Олега никак нельзя было назвать прирожденным оратором и уж тем более болтуном, но когда он говорил, то делал это обычно внятно. Сережин взгляд опять наткнулся на сверток у него под мышкой, и он машинально спросил: — Это что у тебя? — Это? — Олег взял сверток в ладони и посмотрел на него так, словно видел впервые. Бумага была плотной, и Сережа понял только, что весит содержимое немного. — Еще что-то от партнеров? — предположил он, протягивая руки. — Тоже на охране оставили? Олег отдал ему сверток как будто с неохотой. Внутри было мягко. Сережа провел пальцем по краю листа и нащупал полоску скотча. — Это не от партнеров, — сказал Олег. — А от кого? — Сережа попытался аккуратно отлепить скотч, но бумага порвалась, и его пальцы наткнулись на что-то гладкое, приятное на ощупь. Ткань какую-то. — От меня, — тихо ответил Олег. — Ну, это просто так. В смысле, не на день рождения Вместе. Просто тебе. Сережа, глядя на него недоуменно, на автомате дорвал бумагу, которая упала на землю, и посмотрел на голубовато-серую икеевскую акулу в своих руках. Сверху казалось, что она очень глупо улыбается розовым ртом в обрамлении белой бахромы зубов. — Ты сказал вроде, что хочешь эту акулу, — добавил Олег. — Сколько ты заплатил? — спросил Сережа. Олег поморщился. — Какая разница? — Олег, их же с дикой наценкой продают. — Могу себе позволить. — Да это просто того не стоит. — Сереж, — недовольно сказал Олег. — Ну-ка, хватит измерять мои благородные порывы деньгами. Сережа прижал акулу к себе, вдавил подбородок ей в голову, сглотнул и произнес: — Ладно. Он чувствовал себя ужасно. Внутри все ощущалось мягким, разболтанным и хлипким, готовым задрожать или вовсе в любой момент развалиться. Примерно так же, как когда в шестнадцать лет Олег на скопленные с подработок деньги безо всякого повода вдруг купил и подарил ему складной нож. Сережа не вспоминал об этом уже лет десять, а сейчас вот вспомнил. В то время до интимных отношений еще было далеко, и, хотя они стали лучшими друзьями, практически братьями, вдвоем против остального мира, Сережа так и не сумел сказать «спасибо». Сказал потом, через несколько дней, затачивая этим ножом карандаш — кстати пришлось, ну, и получилось выговорить. Но нож-то был подарком полезным, с мягкой игрушкой так не выйдет. Не зная, что делать, Сережа оглянулся. Юля и Игорь смотрели на него. Юля что-то говорила Игорю и, поймав Сережин взгляд, показала большой палец. Игорь криво улыбался. Только сейчас Сережа понял, что на нем нет кепки. — Игорь без кепки глупо выглядит, — сказал он, повернувшись обратно к Олегу. — Он тоже так считает, — ответил Олег. — Позавчера только мне говорил. Они немного помолчали. — Все знают, да? — наконец спросил Сережа. — О чем? — О нас с тобой. — Ну-у, — протянул Олег. — Возможно, не все. — Я догадывался, — сказал Сережа. — Но не хотел об этом думать. — Ты расстроен? Сережа пожал плечами, но почти сразу понял, что не расстроен ни капли. — Нет, — ответил он. — Хотя, знаешь, вообще-то это все нехорошо. Я потому об этом и не думал, наверное. Мало ли куда информация попадет. — Да я уволюсь, если что, — сказал Олег. — Это не катастрофа. Мы и так постоянно рядом, а я без работы уж не останусь. Или буду сидеть дома и готовить тебе каждый день обед из трех блюд, как жена Прокопенко. — О боже, нет, — Сережа засмеялся и спрятал лицо в акуле. — Зря отказываешься. Без ложной скромности, готовлю я очень неплохо. — Олег, слушай, — сказал Сережа, не поднимая головы. — Ты просто не знаешь… — Я знаю. — Нет, ты не понимаешь… — Понимаю. — Ну и пожалуйста. Сережа повернул голову набок и приложил к акуле ухо. Море в ней, конечно, не шумело, но что-то точно шумело в его голове. — Я тебя перебил, извини, — тихо произнес Олег. — Что ты хотел сказать? — Спасибо, — сказал Сережа. Вышло это неожиданно легко. — И еще — я тебя люблю. — И я тебя, — ответил Олег и, немного помолчав, добавил: — Не хочу прерывать момент, но сюда идет Гречкин. С бутылкой. — Это очень плохо, — произнес Сережа, закрывая глаза. — Очень плохо. Но, знаешь, удивительно кстати.