Всего одна, казалось бы, бездушная звезда.

Темнота. На протяжении нескольких минут ничего не происходило. Было не холодно и не тепло, а конечности не ощущались, будто их не было. Словно ты паришь в воздухе, в небе, в полном неведении, и не можешь открыть глаза, как привык делать. Не можешь дышать, потому что кислород уже не был необходимостью. Любая попытка сдвинуться, вздохнуть, сделать хоть что-нибудь, из того что ты умел час назад оборачивалась провалом. И вдруг раздался очень громкий взрыв. Если бы были уши, в них бы давно звенело. Ощущение было, словно ты маленькая крошечка посреди пустоты, не имеющая ничего, кроме маленького глазика. И в этой пустоте словно включили свет. Всë буквально загорелось. И наконец...

* * *

Страдания закончились. Руки и ноги по-прежнему не чувствовались, зато теперь можно было двигаться вперëд, вниз, вправо и влево. Через пару секунд открылся вид: самый обыкновенный космос. Как только видеть стало возможным, сразу мысль "Сейчас кислород закончится, и я умру", но этого не происходило. И тут осенило: "Звезда, точно, я–звезда! Ну конечно!" Теперь стало намного легче ориентироваться в пространстве. Летать по космосу и не умирать–это, конечно, мечта всех расс на свете. Но нашей звезде было сейчас совсем не до радостей. Она точно знала, куда отправиться, какова будет еë цель, и медлить с еë достижением она не стала. Некоторые звëзды были совсем маленькими, но такими же светящимися, и потому с Земли их было видно не меньше, чем обычных. И нашу звезду угораздило родиться совсем малявкой: размером с детëныша Земного кита. И она немедленно отправилась в путь, на поиски того, что сейчас хочет найти больше всего на свете. И летела она долго. Первый год она не отчаивалась, второй–засомневалась, ну а третий–так совсем прекратила прокручивать в голове долгожданную находку. Не то что бы она больше не хотела это искать, нет-нет, она просто была абсолютно уверена в том, что ничего уже не найдëт. Но в один прекрасный день...

* * *

Она летела так же как обычно, с такой скоростью, чтобы можно было разглядеть цель. Шансы на находку были чрезвычайно малы. И вдруг вдали показался какой-то космический корабль. Звезда обнадëжилась. Подлетев ближе, она заметила оранжевый и синий оттенки. Ещë ближе, и разглядела название корабля: Милано. Да, это может быть именно то, чего она искала всю свою жизнь. На всех парах она помчалась к кораблю. В панике несколько минут она искала хоть кого-то внутри, ожидая, что сейчас корабль откроет телепорт и больше звëздочка никогда его не увидит. Но этого не произошло, Милано по-прежнему не двигался.

* * *

Что-то очень яркое за бортом привлекло внимание Квилла. Он пошëл за пятой чашкой кофе, а когда вернулся, то около его корабля оказалась какая-то мелкая, но очень яркая звезда. Питер сел на своë капитанское кресло. Сначала смотреть на звезду было мучением для глаз, но вскоре они привыкли к свету. Квилл уже в который раз просто пялится в открытый космос, и из его глаз который год льются литры слëз. Вот и в этот раз он решил чуть-чуть отдохнуть от реальности и поразмышлять о Гаморе. Каждый год он так хочет кому-то излить душу, но некому. И сегодня к нему прилетела... Звезда? Квилл осторожно подходит к самому краю корабля. Звезда подлетает немного ближе. От неë идëт приятная эйфория, такая знакомая, родная. Питер решает с ней поговорить. —Привет?.. Звезда в ответ чуть сдвигается с места. —Ты можешь слышать меня? –Неуверенно мямлит Питер. Звезда всеми способами пытается подать знак, показать, кто она такая, ведь этого человека он обязан помнить. Но ничего не получается. Через несколько минут монолога Питера и движений звëздочки, Квилл решается выговориться ей насчëт Гаморы. —Я знаю, что тебе одиноко, как и мне. Я потерял того, с кем мне было всегда весело и беззаботно. А ты? Звезда попыталась подвигаться вверх-вниз, изображая кивок. —Сочувствую. Девушка, которую я потерял, была самой лучшей на свете... И тут он уже открыто изливал всë, что накопилось за три года этой звезде. А она с большим интересом и пониманием слушала. —Знаешь, мне так еë не хватает. Если бы существовало перерождение, то я бы искал еë по всему свету, даже среди таких, как ты. Может ты–и есть она. Но вряд-ли. И тут его монолог прервал грубый мужской голос, и изподтишка выполз Бог Грома. —Тор, сколько раз я просил стучаться? Тор в ответ лишь посмеялся и сказал что-то про срочный улëт на какую-то планету, после уйдя. —Прости, звëздочка, но нам нужно срочно улететь. Я не забуду тебя, и спасибо, что стала моим слушателем. Я буду продолжать еë искать, и, возможно найду. Спасибо. С этими словами, он сел за штурвал, и корабль улетел. А звезда осталась довольной тем, что нашла Питера Квилла. Она точно знала, что сколько бы он не искал Гамору, он не найдëт еë. Ведь не будет присматриваться к звëздам. Жаль, что звëзды не умеют говорить. Но Гамора обязательно найдëт способ в теле звезды сообщить Питеру, что он уже нашëл свою возлюбленную, а она нашла его.

Теперь Гамора пообещала себе, что точно найдëт Питера вновь и ещë раз услышит его голос.

* * *

Души умерших странствующих по космосу переселяются в звëзды, чтобы найти человека, которому хотят ещë раз мысленно сказать "спасибо". Каким-то звëздам повезло, и они его находят. А какие-то до сих пор ищут. Теперь каждый раз, когда вы будете видеть падающую звезду, подумайте. Вдруг это Гамора ищет своих Стражей Галактики.