Моя прекрасная кукла

      — Расскажи мне, тетя, что это за кукла, — попросил темноволосый мальчик, указывая на фотографию в красивой рамке.       Мива повернула голову в ту сторону и тихо вздохнула, погружаясь в воспоминания. Она погладила племянника по темной шевелюре и посадила его напротив.       — Я расскажу тебе историю о прекрасной кукле с живым сердцем, — ответила Мива, слегка прикрыв глаза.

***

      Город Соуллес. Ходят слухи, будто бы он проклят. Кто бы ни пытался выбраться из города, всё равно возвращался обратно, а путник, идущий туда целенаправленно, не мог найти дорогу. Любой, кто случайно заплутал, оставался там навсегда, медленно сходя с ума в окружении трупов. Так и стоял город, похожий на молчаливый призрак, среди голых скал, где гуляет одинокий ветер. Город погружён во вечную тьму, лишь изредка освещенную грустным лунным светом.       Почему же такое происходит в городе? А причина проста. Дело всё в «ужасной» кукле, что, по слухам, убивает людей. Но разве кукла на такое способна? Это же…всего лишь кукла.       — Можно…можно я вам спою? — прошелестел тихий голосок, напугав случайно забредшую женщину.       — М-монст! — завизжала она и оттокнула куклу, убегая подальше от неё.       Кукла звонко впечаталась в стену, сползая вниз. Её некогда белоснежные волосы превратились в серый колтун, мешая взору. Кукла со скрипом повернула голову в сторону убежавшей женщины.       — Спеть…       Может ли быть у куклы мечта? Вполне возможно. Кукла городка Соуллес мечтала лишь об одном…

Спеть

      Она мечтала спеть кому-нибудь, кто с радостью выслушает её мелодичное пение и похвалит, сказав, что она прекрасно поет. Как это было раньше.       Из живых кукол осталось лишь она. Одна, проклятая многими людьми, кто побывал в Соуллес. Но в чём же она виновата? В том то и дело, что вина лежит не на её хрупких плечах, а на людях, которые распускают грязные и лживые слухи. А ведь куклы тоже способны на чувства. И иногда они оказываются намного милосерднее людей.       Мива тихо всхлипнула, когда в очередной раз, споткнувшись об камень, упала на твёрдую поверхность, сдирая кожу на коленках. Девочка пискнула, размазывая грязь со слезами на лице. Она вся промокла от мелкого дождя и дрожала от холодного ветра. И вот, снова её бросили, словно использованую вещь. Или игрушку.       — Можно я спою тебе? — послышался тихий голосок и скрип.       Мива подняла голову, сталкиваясь с ярким голубым глазом, который смотрел словно сквозь неё.       — Спеть? Д-да, давай, — девочка попыталась встать, но сразу же рухнула, шипя боли.       — Боль уйдёт, как я спою, — уверенно сказала кукла, прижимая ручки к груди и садясь напротив девочки.       Её мелодичный голос околдовывал и пьянил, унося куда-то далеко, позволяя забыть о проблемах. Кукла пела тихо, буквально мурлыкая себе под нос. Но Мива всё слышала, с восторгом и замирающим сердцем вслушиваясь в каждую строчки. Забыла ли она о боли? Частично. Из ноги всё ещё продолжала течь кровь, скатываясь вниз, впитываясь в твёрдую землю.       — Это было очень красиво. Как тебя зовут? — спросила Мива, когда кукла закончила петь и с ожиданием смотрела на неё.       — Зовут? Меня? — кукла сконила голову на бок. — Как давно я не слышала подобного вопроса. Меня зовут Алиса.       Так и началась совместная жизнь Мивы и Алисы, полная радости и счастливых моментов. Мива быстро привела её в порядок. Отмыла от грязи, зашила платье и заплела из прекрасных белоснежных прядей роскошную косу. Алиса же всё время пела, позволяя расслабиться своей новой подруге. Но всё это закончилось, стоило в городке появиться группе путников.       Алиса хоть и кукла, но никогда никому не желала зла, ни словом, ни действием. Чем и воспользовались путники, стоило ей попасть им в руки.       — Монстры должны умереть, — уверенно воскликнул один из путников, когда к ним прибежала Мива, пытаясь помешать.       — Тогда почему вы всё ещё живы?! — крикнула она, прижимая к груди тело подруги, — Алиса? Алиса, прошу, живи.       — М-можно я тебе спою? — просипела та.       Мива ничего не смогла сказать, лишь закивала, стирая слезы. Алиса пела до последнего вздоха и умерла с улыбкой на лице, но со стеклянным взглядом. Мива громко закричала, зарывшись пальцами в волосы и долго плакала, склонившись над телом Алисы.       И в этом момент, в первые за долгий промежуток времени, из тёмных грозовых туч выглянуло солнце.

***

      — Ты моё солнце, — сказала лишь одними губами Мива, глянув на заснувшего племянника.       На слегка размытой фотографии, запечетлена девочка, счастливо улыбающаяся камере.       — Ты больше не кукла, Алиса