ad infinitum

Palladio

Солнце стыдливо скрылось за горизонтом, оставив последние яркие блики на оконном витраже, уступая место огню. Высокие своды собора, некогда терявшиеся в сумраке, впервые были освещены настолько ярко. …сера…босые ступни медленно ступали по растрескавшейся мраморной мозаике. Едкий запах горящей, местами обугленной плоти заполнял всё пространство, сопровождаемый оглушительным грохотом лопающихся от температуры цепей. Происходящее странным образом завораживало, заставляя испытывать детский восторг. Остаться единственным свидетелем данного торжества было Его целью. Ему нравилось слушать приятный звук огня, который поглощал всё, чего касался. Шаг, второй, поворот, словно в танце, его переполняло удовольствие. Шаги постепенно ускорились, останавливаясь у ступенчатого выступа только для того, чтобы небрежно отодвинуть в сторону лежащее у края тело священника, а затем, брезгливо протерев ладони о брюки, опуститься на колени, игнорируя залитые кровью ступени. Сложив руки в замок у самой груди и пристыжено, будто всё происходящее вовсе не Его рук дело, он опустил голову, собираясь с мыслями. -Вечный покой даруй усопшим, Господи, и да сияет им свет вечный. Да покоятся в мире. Аминь. *

***

Население Модены составляло около ста тысяч человек. Город находился в регионе, который славился своей средневековой архитектурой и, несмотря на то, что миниатюрным его назвать было сложно, новости здесь распространялись очень быстро. Наверно поэтому весть о горящем кафедральном соборе вызвала такой большой ажиотаж. Чонгук стоял у окна своего гостиничного номера и смотрел на отблески пламени – пожар окрасил багряным половину ночного неба. Его сутана небрежно валялась на полу, а телевизор работал весь день, заполняя своим звуком непереносимую Чонгуком тишину. Пламя плясало над городом, отражаясь яркими отблесками от витрин ближайших магазинов и окон квартир. В какой-то момент Чонгуку начало казаться, что он отчетливо чувствует запах дыма. Он любил смотреть на огонь, на то, как язычки пламени вырываются вверх и растворяются в воздухе. Пронзительный звонок телефона раздался в номере. От неожиданности Чонгук чертыхнулся. -Слушаю. -Илай? Рад слышать твой голос. Я не поздно звоню?- интересуется едва слышимый голос – связь отвратительная. Однако Чонгуку хватило и этого, чтобы понять с кем он говорит. -Тебя раньше это особо не волновало.- Отойдя от окна, выдохнул Чонгук, опускаясь на постель. -Это чистая формальность. Просто хотел убедиться, что ты действительно вернулся. -А огненное шоу, полагаю, в мою честь? Я рад, что ты позвонил. -Внеплановый сюрприз. Об этом тоже поговорим и… -Увидимся завтра, - продолжил он, бесцеремонно прервав разговор и бросив трубку. Чонгук больше не стал поднимать ее снова, когда телефон зазвонил во второй раз. Пустые разговоры они вполне могут продолжить при встрече. Голова болела. Ему следовало свести к минимуму все возможные вылеты «по звонку» и закончить с этим делом года два назад. Но разбираться с этим сейчас смысла уже не было, так уж сложилась жизнь…бесконечный, безвыходный круговорот. Устало потирая лицо, Чонгук откинулся на подушки. Где-то снаружи ревели сирены, а затем его взгляд упал на экран телевизора. Местные новости освещали всё тот же пожар крупным планом. Огромная толпа людей вышла на площадь, не смотря на позднее время. Диктор сухим поставленным голосом объявил количество жертв: погибло пять человек. Зацепок нет, как и предположений о возможных причинах возгорания. Теперь всё внимание Чонгука привлекал экран. Он смотрел, как мерцает пламя, как на землю падает женщина, точнее то, что от нее осталось – обугленная головешка, - как пожарные раскручивают кольца брандспойтов и чувствовал, что его трясло от возбуждения. Ему хотелось выйти на улицу, присоединиться к общему безумию, быть в первых рядах, однако крупицы здравых мыслей вовремя напомнили о том, что это сумасшествие. Необходимостью в данный момент являлось только желание разобраться со сложившейся ситуацией. Когда Чонгук вновь перевел взгляд на экран, там уже показывали какую-то ерунду. Он раздраженно схватил в руки пульт и выключил телевизор.

***

Сколько Чонгук себя помнил, ему всегда приходилось идти на поводу у чьих-то требований. Ему не запрещалось иметь собственное мнение, и чаще всего он охотно его выражал, но жизнь сложилась так, что он был вынужден пренебрегать им, выдвигая долг и работу на первый план. Из всего количества прожитых дней он оставался наедине с собой считанные разы, которые очень ценил. Однако странно было думать, что даже в такой момент его оставят в покое. Связав свою жизнь с церковью, Чонгук заранее был готов попрощаться со своей спокойной жизнью. Утро наступило очень скоро. И назвать его безмятежным не поворачивался язык. День обещал быть прохладным, пасмурным. В самый раз для подкрепления напряженной атмосферы после ночного события. Поднявшись с постели, Чонгук первым делом подошел к окну. От полуночной паники не осталось следа, однако людей от этого меньше не стало. Новость о пожаре уже потрясла весь регион. Несмотря на то, что вызвали Чона по другой причине, он знал, каким будет его следующее задание. На стук в дверь Чонгук отреагировал с холодным спокойствием. -Обслуживание номеров. Отойдя от окна, Чонгук открыл дверь, пропуская официанта в номер. Когда официант ушел, Чон подошел к столику, наливая себе чашку кофе, и разложил на кровати принесенные газеты, чьи заголовки ничем не отличались между собой. В них были и снимки. Развернув одну из газет, Чонгук пробежался по строчкам глазами, делая первый глоток кофе. Информации было более чем достаточно для обывателя, но не для него. К счастью он знал человека, который мог поведать об этом больше.

***

Свернув с главной улицы, Чонгук остановился прямо напротив ограды из прутьев, осматриваясь. Центральный парк не внушал доверия и странным образом пугал своей мрачностью. Судя по состоянию, о благоустройстве парка весьма удачно забыли, мхом поросли даже питьевые фонтанчики, а деревья почти не пропускали свет из-за густых крон, которые, не смотря на запущенность, формировали интересный полог. Однако место встречи выбирал не он и чем обоснован выбор, не предполагал. Следовало, наверно, удивиться, но после столь долгого общения с камерленго, Чонгук сомневался, что в этом мире осталось ещё что-то, что способно вызвать в нем подобные эмоции. Зная всё о могуществе и возможностях Папского престола, любой удивился бы, узнай, что одним из секретных мест для встреч представителей церкви был выбран Центральный парк. Калитка неприятно скрипнула, отбрасывая тень на гравий. Чонгук не сомневался, что слышал за спиной шаги, но оборачиваться не стал. -Боишься переступить? – поинтересовался мужчина, поравнявшись рядом с Чонгуком. -Жду, когда окропишь вход святой водой. Усмехнувшись, Намджун перевел взгляд на Чонгука. Всё такой же невыносимый и острый на язык. Нисколько не изменился. Сколько они не виделись? Полгода, год? Глупо было рассчитывать, что наказание возымеет хоть какой-то эффект. -Мне казалось или разрешение на ношение штатской одежды, в исключительном порядке, получил только я? – не дождавшись ответа, спросил Чон, шагнув на дорожку из гравия следом за Кимом. -Больше года эта привилегия перестала быть только твоей. С того момента, как благодаря твоим заслугам, я стал привлекать много внимания. – добродушно произнес мужчина. -Я ведь извинился за тот случай. -Однако последствия, как видишь, преследуют до сих пор. – Пожал плечами Намджун, продолжая идти прямо, не сворачивая с тропинки, которая уводила вглубь парка. Чонгук старался не отставать. Не то чтобы он был здесь в первый раз, но последняя встреча была настолько давно, что вероятность свернуть не туда сильно возрастала. -Сюда же ты позвал не за этим? – нетерпеливо выдохнул Чонгук. Разговоры ни о чем, включая «дружеские» беседы – это последнее, чему он хочет сейчас посвятить время. -Ты как всегда проницателен, твои навыки ценны. Возникла необходимость в устранении одной неприятности. Церковь готова закрывать глаза даже на твои методы решения проблем. Однако после ночного инцидента эта неприятность больше не фигурирует как таковая. Считай, что у тебя новое задание. -Причина пожара? – напрямую поинтересовался Чонгук. – В новостях озвучили, что есть погибшие. -Поджог. Более точные данные еще не готовы. Погибших пятеро: трое прихожан, один из них ребенок, священник и один из министрантов. С установлением личностей небольшая заминка - лица обгорели до неузнаваемости. Сделано это умышлено, или простое совпадение – тоже выясняется, - Чонгук задумчиво отвёл взгляд. Сказанное Намджуном никак не складывалось в голове с тем, с чем Гук уже мог сталкиваться, а список примеров, что врать, был достаточно внушительным. Рано было предполагать, но возможная мысль о том, что это не последнее подобное происшествие уже прочно засело в голове. Словно это грозилось быть приветствием, мол, не расслабляйтесь, самое интересное только впереди. -Раньше твои источники работали быстрее. -Раньше моих источников было в разы больше, - ответил Ким, тонко напоминая Чонгуку о том, что в сложившейся ситуации он сыграл не последнюю роль: - К тому же, зачинщик пожара явно наслаждался происходящим, - Намджун остановился у чайного павильона, поворачиваясь к Чонгуку лицом. -Он оставил послание, - продолжил мужчина, протягивая Чону фотографию, очень вовремя выуженную из внутреннего кармана. Обычный снимок обгоревшей стены вряд ли привлёк бы внимание, не имей он маленькую деталь в виде надписи, что наталкивало Чона только на одну мысль – шансов на простое решение этой задачи у него нет, как и перспектив на небольшой отпуск. Чонгук скользнул взглядом по буквам в попытке разобрать почерк – неровный, слова читались с трудом. Писали небрежно, словно боялись не успеть, а сама фраза звучала слишком дерзко. -Peccatum solvitur per mortem. – Разобрав последнюю часть, произнес Чон. -Грех оплачен смертью, - добавил он чуть тише, подняв взгляд на мужчину. -Тебе это о чем-нибудь говорит? – поинтересовался Намджун, не дав возможности собраться с мыслями. -Кто-то решил блеснуть знанием Ветхого Завета? – скептично уточнил парень, покрутив в руке фотографию, в надежде разглядеть ещё что-нибудь. -Блеснул в буквальном смысле. Полыхало всю ночь. -Но если серьёзно, понятия не имею с чем это связано. Громкие голоса со стороны павильона привлекли внимание обоих, заставляя прервать разговор. Только в этот момент Чонгук обратил внимание на двух глубоких стариков, которые что-то усердно обсуждали между собой, не забывая прерываться на глоток чая. Стоило ли говорить о том, что Чонгук впервые так сильно позавидовал чьей-то безмятежности. -В любом случае, - продолжил Намджун, прервав мысли Чонгука, - Этот инцидент теперь под твоим контролем. Разберись с этим как можно скорее, дополнительная головная боль нам ни к чему. Всё необходимое мы предоставим. Тоже самое касается и информации. Если возникнут вопросы, ты знаешь, как со мной связаться. И, отдельная просьба, в этот раз всё должно пройти тихо и гладко, - протянув Чонгуку ключи закончил Ким. -Не могу обещать, - честно ответил Чон, взяв связку ключей, чтобы сразу же спрятать их в нагрудный карман пальто. -С Божьего благословения... -Не нуждаюсь, - прервал Чонгук. Осмотревшись напоследок и кивнув Намджуну на прощание, Чон развернулся, направляясь к выходу, оставляя камерленго одного.