Ощущать тебя рядом...

В этот субботний вечер трое новоиспечённых друзей решили собрать "Звезду смерти" в очередной раз. Нууу, как решили...Решил Нэд, а остальным пришлось повиноваться. Питер был рад присоединиться к своему другу, а вот ЭмДжей это было в новинку. Как минимум то, что Лидс ей командовал — в школе такого бы точно не могло произойти, ну а во-вторых — она никогда не собирала конструкторы, тем более про "Звёздные Войны", но, под умоляющим выражением мордашки Питера она сдается. По началу ей не нравится собирать Лего — больно нажимать пальцами на пластмассу, а потом она понимает, что сборка Лего чем-то напоминает рисование — такое же искусство творения, только нужно соблюдать какие-то определенные правила, чтобы все получилось правильно. По истечении полутора часов сборки ребята уже начинают просто дурачиться и собирать свои собственные корабли из деталек, а потом на общем конкурсе выяснить, у кого получился самый боеспособный корабль, а у кого самый красивый. По итогам этого "Модного приговора" самым красивым был признан корабль Мишель, а приз за воинственность разделили Питер и Нэд. И всех это устроило. А "Звезду Смерти" можно и в другой раз продолжить собирать. Когда настало время ложиться спать, ЭмДжей опять была очень смущена. Это мы умалчиваем о том, как она удивилась своему прибыванию в кровати Питера прошлым утром, а особенно её мучали думы о том, как она туда попала. А сейчас ей нужно на глазах у всех самостоятельно заползти, как бы это не звучало, в чужую постель. Её радовало только одно — ей не придется делить с Питером кровать в присутствии Нэда. — Хвхых, ей идут твои шмотки, — тихо прошептал Нэд на ухо Питеру. В ответ он увидел убийственный и испепеляющий взгляд своего друга. — Что вы там шепчетесь, голубки? — съязвила Мишель, но чуть позже поняла, как двусмысленно это звучит и покраснела, — ладно, извините, я переборщила. — Ничего страшного, — лицо Питера сияло. Ночью Питер всё никак не мог провалиться в сон, возможно из-за высказывания Нэда про одежду, а возможно из-за того, что он ещё не очень устал. И тут он вспомнил, что было бы очень неплохо пойти на патруль, а то прошлые две ночи Нью-Йорк был без своего главного защитника. Тихо надевая трико, он все ещё очень сомневался в правильности своего решения. Он буквально спорил со своим внутренним голосом: *— Питер, что ты творишь?!* — Успокойся, я сделаю всё незаметно, всё равно же не спится, а так хоть пользу буду приносить. *— Ну ты идиоооот...* — Что есть, того не потерять, — улыбнулся своей же глупости Паркер. Но не совсем всё пошло по плану паучка. Закончился патруль тем, что в 4:38 утра он просто ввалился в свое окно, с окровавленным ранением в животе. Шипя от боли, он достал аптечку и начал пытаться вытащить из себя пулю скальпелем. Но все попытки были безуспешны, ведь сложно попасть куда надо, когда тебя лихорадит, бросает в жар и трясутся руки. И в этот момент он замечает, что ЭмДжей в противоположном углу комнаты молча втыкает на него огромными стеклянными глазами, полными ужаса. Да, он хотя бы сидит не в костюме, но часть его торчит из-под дивана. Ну а пуля в животе и предмет красно-синего цвета, при том, что все происходит ночью и выйти через дверь Питер не мог складываются в очевидный пазл в голове Мишель, и Питер прекрасно это понимает. — Я так и знала, — почти с ненавистью проскрежетала зубами ЭмДжей. — Я всё тебе объясню, позжееее, — шепчет Питер. Его жалкий и умоляющий о помощи вид, о чем он сам, возможно не осознает, стимулирует Мишель сползти с кровати и помочь своему другу-неудачнику извлечь из себя пулю. Тот шипит, но понимает, что по-другому — нельзя. Закончив операцию и наспех зашив паучье брюхо, ЭмДжей начинает медленно плакать. Тихо, почти неслышно. Но под светом восходящего солнца Питер видит лицо Мишель и пытается успокоить её. — Ты хоть понимаешь, что ты мог умереть? — всхлипывая, спрашивает девушка. И почему этот Паркер её так волнует, но она точно знает — это не влюбленность. — ЭмДжей, успокойся, не плачь, всё же обошлось. — Легко тебе говорить, попробовал животом свинец, а потом спирт со скальпелем, — с небольшой улыбкой говорит любительница книг и рисования, — а сейчас сидишь и наслаждаешься! И всё это шёпотом, как будто они делятся секретами. — Кстати, о спирте. Открой-ка окно, Питер, если ты сможешь, конечно, — косится на Паркера Мишель, — твоя тётя подумает, что мы или бухали всю ночь напролет, или от неё явно что-то скрывают. — Да, хорошо. Так они и сидят ещё час, просто смотря друг другу в глаза и наслаждаясь друг другом, вдыхая свежий утренний воздух. Но оба отчаянно думают — это же не влюбленность. А Нэд наутро так и не узнает о том, как Мишель попалила Паучка, но она уже догадывалась о том, что Паркер — Паук, что заставляет её улыбнуться.