До звонка

Абсолютно непримечательный, во многом даже обыденный урок искусства. Ещё оставшаяся с лета жара, заставляющая белоснежные рубашки прилипать к разгорячённым телам одиннадцатиклассников, монотонный голос учителя, назойливым шумом жужжащий под ухом — и всё это после насыщенного лета! Лёша с тоской пялился в окно, вспоминая это чудесное время. За прошедшие пять минут урока он успел пересчитать всех детей на площадке около школы, прочитать каждый рекламный баннер на улице, и теперь его мозг отчаянно искал занятие, за которым можно было б убить оставшиеся сорок минут. Словно в ответ на его старания, что-то небольшое ткнулось в правую руку. Алексей перевёл взгляд на парту и увидел небольшой бумажный самолётик. Немного помятый и с следами ручки, он одиноко лежал на столе. Сомнений не было — записка. На его губах возникла предвкушающая улыбка — парень, скорее всего, даже знал от кого она. Подняв голову, Лёша только убедился в догадке. С передних парт на него заинтересованно смотрела пара насмешливых глаз, принадлежавшая Роме. Он смотрел на Алексея с похотливой ухмылкой, не скрывая своих намерений, словно в классе ни учителя, ни одноклассников не было. Подмигнув в ответ, Лёша торопливо развернул самолётик. «Через пять минут в туалете слева, » — округлые, но оттого не менее неразборчивые буквы выглядели так, словно их писали в невероятной спешке. Алексей ещё раз поднял глаза на Рому. Заметив это, он встал и направился к учителю. Тот даже не стал выслушивать просьбу и просто махнул рукой, продолжив «вести урок». Парень быстро вышел из класса. Эти пять минут были для Алексея словно пытка. Он прекрасно понимал, зачем друг позвал его за собой в туалет, и теперь, благодаря живим полуфантазиям-полувоспоминаниям его член упирался в школьные брюки, истекая смазкой и настойчиво требуя руки помощи. Его «спасение» покинуло класс в 13.05, и теперь парень каждые несколько секунд поглядывал на циферблат наручных часов, считая каждую минуту. Он был не в силах ждать дольше, и когда на экране было 13.09 Алексей вскочил с места. Поправив ремень и застегнув пиджак, чтобы скрыть выпирающий член, Лёша вразвалку подошел к учителю. Пожалуй, к лучшему, что тот не удостоил ученика даже взгляда: на лице парня красовался яркий, отчасти болезненный румянец, а глаза живо, по-животному блестели. Прохладный школьный коридор стал спасением. Едва оказавшись в нём, Лёша устремился к указанному месту встречи быстрым, едва не срывающимся на бег шагом. Увидев перед глазами обшарпанную дверь туалета, парень ринулся к ней с таким рвением, каким человек в пустыне набрасывается на оазис. — Ты рано, — лениво протянул Рома, едва заметив Лёшу. Парень стоял, скрестив руки на груди и опираясь на стену. О Боги, даже обшарпанная плитка туалета не могла скрыть его естественной красоты! Немного взъерошенные волосы цвета расплавленного шоколада ярко контрастировали с белоснежной рубашкой «с иголочки». Три верхние пуговицы были расстёгнуты, обнажая острые ключицы без следа загара. Заметив это, Лёша шумно сглотнул. — Так и знал, что не продержишься все пять минут, — насмешливо сказал парень и словно невзначай потянулся, задирая рубашку и оголяя торс. Чем же это было, если не призывом к действию? Алексей в одно мгновение оказался рядом с Ромой и прижал того к спине. Тот слабо пискнул от неожиданности, но не прошло и мгновения, как парень опомнился и протянул дерзкие ручки к Лёшиному поясу. Пока Алексей блуждал руками по его подтянутому телу, Рома наконец освободил его член из тугих оков штанов. Парень медленно провёл рукой по стволу любовника, любуясь тем, как его действия отзываться дрожью по всему телу. Лёша сдавленно зарычал, и, не в силах откладывать момент, грубо надавил на макушку Ромы, заставляя того стать на колени. Когда Рома провёл языком по головке, у Лёши в голове будто взорвался фейерверк. В его восприятии весь мир, казалось, сузился до той влажной дорожки, которую любовник оставил на члене. От неё по всему телу расходились волны удовольствия, постепенно переходящего в требовательное покалывание. В экстазе из горла Алексея вырвался протяжный стон. Парень положил руку на голову Ромы и прижал к своему паху. Ловкий язычок нижнего ласкал член Лёши так, что тому пришлось опереться на раковину, чтобы устоять на подкашивающихся ногах. В конце концов Алексей не выдерживает томных ласк языком и пользуясь своим положением начинает грубо иметь партнёра в рот. На мгновение в глазах Ромы проскакивает смешанная с удивлением обида. Он до синяков вцепляется в бёдра Лёши, но тот, казалось, даже не замечает этого. Всё, что сейчас существует для Алексея — узкое горло одноклассника, всегда готовое принять его член по первому требованию. Сладострастное наслаждение словно молния прошибает тело парня и он, в последний момент вытащив член из горла любовника, обильно изливается прямо ему на лицо. Несколько секунд, а может даже минут, Лёша приходил в себя. Ни разу за всю их, кхм, «дружбу», он не испытывал такого сильного оргазма, как сейчас. Он будто на себе ощутил все изысканные метафоры про «разбившиеся миры» и прочую, тогда ему казалось, высокопарную чушь. — Ты ведь не думаешь, что это всё? — спросил Рома, вставая с колен. Изящным пальцем он ловко снял несколько белых капель с своего подбородка и оправил их в рот. Его язык уверенно слизывал сперму Алексея, а сам парень в это время мечтательно прикрыл глаза. Лёша ощутил, как член вновь принял боевую готовность. Закончив с десертом, Рома мельком глянул на партнёра и без лишних слов развернулся. Он оперся на выложенную обшарпанной плиткой стену и по-кошачьи прогнулся в спине, открывая Лёше просто чудесный вид. Аппетитные бёдра с следами загара, упругие ягодицы, что словно стенали о порке, а центром этой пикантной композиции было призывно пульсирующее колечко мышц. Ни медля ни секунды Лёша положил руки на округлые бёдра Ромы и сжал их. Он приставил изнывающий от страсти член к анальному отверстию друга и слегка надавил. Разработанная задница Ромы без проблем приняла его в свои жаркие объятия, и Алексей протяжно застонал. Целиком погрузив свой орган в горячие недра, парень остановился. Подразнивая, он медленно провёл рукой вдоль позвоночника Ромы, ощущая каждый позвонок. Парень под ним возбуждённо дрожал, а его грудь неравномерно поднималась. Наконец, даже Лёша стал не в состоянии терпеть эту сладострастную пытку. Он сразу взял большую скорость и принялся грубо долбить любовника в анус. Даже не смотря на регулярный секс, стенки ануса туго обхватывали член, а с каждым толчком по туалету разносились пошлые шлепки. Лёша не был уверен, закрыл ли он дверь, но сейчас это казалось абсолютно не важно. Сквозь пелену желания до его ушей доносились разнузданные стоны Ромы. В отчаянной попытке насадиться глубже парень начал бесстыдно подмахивать. Горячо. Слишком горячо. Лёша хватает того за волосы и, не прекращая трахать его, опирает на рукомойник. Через висящее перед ними зеркало Алексей рассматривал лицо Ромы. Его щёки были покрыты ярким румянцем, а расфокусированный взгляд полон запретного удовольствия. Лёша и близко не обладал фотографической памятью, но это выражение лица он, казалось, мог в деталях повторить даже с закрытыми глазами. Приближающаяся издалека волна сладкого напряжения знаменовала скорое наступление оргазма. Стремясь ближе ощутить её, почувствовать блаженную точку высшего наслаждения Лёша ускорился. И внезапно весь мир осветила вспышка. Сделав финальный толчок в стремлении войти как можно глубже, Алексей кончил внутрь Ромы. Мгновение спустя парень под ним забился в судороге наслаждения и обмяк. Они замерли. После страстного секса никто из парней не находил в себе сил отойти от другого. Лёша бесстрастным взглядом провел по ноге Ромы, по которой бежал тонкий след его спермы. Прозвенел звонок с урока.