- Мой мальчик.

*** Вару, проснулся намного раньше чем Данте, так как ему нужно было по раньше встретится со своим продюсером, хоть и были выходные. Впопыхах взяв булочку с творогом, и, быстро выбежал из подъезда, при беге тяжело дыша. Остановившись, мальчишка кинул взгляд на окно своей квартиры. Оттуда выглядывала уже с кухни лицо Данте. Да, Вару скорее всего разбудил своего философа своим же быстрым бегом, и шумом который создал пока выбегал. Через какое то время, парнишка уже выходил из старбакса вместе со своим "Колд Латте" вместе с зефирками и взбитыми сливками. Все прямо как любит Зеленка. После этого, мальчишка поспешил на встречу, а в его голове медленно всплывали воспоминания.. На его шее, развивался все тот же шарфик, повязанный его любимым Данте, которого он все так же не изменно любил.. *** Тем временем Данте, сидя на кухне, делал себе яичницу, жаря ее с беконом. Он знал куда делся его валет пики, так что не переживал за того, и не отдал должного внимания тому, куда тот делся. Приоткрыв форточку на кухне, Даня высунулся из окна, будучи находясь на минуточку в боксерах и черной майке которую быстро накинул, надеясь догнать своего возлюбленного. Легкий зимний ветерок отдавал прохладой биясь об лицо философа, что тому было приятно. Он отошел от окна, взяв в руки кофе, и, переставив его на стол, начал убирать с подоконника плед и все остальное что оставил мальчишка вчера, забыв растения переставить все же на место как его перед уходом просил Данте, на что тот отмахнулся высунув на не длинное расстояние свой язычок. Данте навилось когда тот не сильно, но все же дулся на него же. Вспоминая события вчерашнего утра, Данте расставил все уже при спокойно на подоконник, он сделал глоток уже немного остывшего кофе. Телефон нервно запиликал оповещая о том что сработал будильник, и уже нужно снимать еду со сковороды. Данте все это сделал, бережно пере ложа еду в кругловатую тарелку с узорами, а саму сковородку складывая в раковину, бережко снимая с той подсолнечное масло, и сдирая остатки от яичницы и бекона, сбрасывая в мусорку, после чего аккуратно помыв, сложил ее обратно ко всем сковородкам, поставив на стол свою пишу, и рядышком поставив кофе. Сегодня у него уже должны были начаться дистант уроки, так как со вчерашнего дня их перевели на удаленку. Он, быстро все доев, прихватил в свою комнату свой кофе, поставив его рядом с компьютером. Да, уроки шли даже в выходные, но были только литература и русский, математика, а так же-иностранный, и именно первый язык. Но так было только по выходным дабы не затруднять старшеклассников. Он открыл свой компьютер, после чего создав конференцию в тимсе, начал дожидаться своих учеников. Поздоровавшись со всеми теми кто пришел, Данте завел перекличку. Он, сидел с вырубленной камерой, так как был пока что не одет в свою обычную, привычную ученикам одежду. Проверив, все ли на месте, он заметил что отсутствовали всего лишь 3 человека, и, сказав, что урок начнется примерно через 10 минут, после чего вырубив себе микрофон, начал одеваться. Он оделся в теплый коричневый свитер сверху, поверх которого повесил свой белоснежный как снег на улице шарф, снизу которого красовалась цепочка с обручальным кольцом, которое так же висело у Вару, но под его футболкой. В скором времени эти двоя хотели женится, так как Данте сделал тому предложение примерно неделю тому назад. Но, они так и не начали готовится к свадьбе.. Но не в этом суть. Одев свои брюки, Данте спокойно сел уже за стол, одев на свою левую руку часы, после чего, кашлянув, включил микрофон с камерой, начав урок. Он не был удивлен тому, что чувствовал на себе взгляды старшеклассниц, хотя ему было на минуточку уже примерно под тридцать, а внешность была на лет 21-22 максимум. Это все было оттого, что Данте за собой довольно хорошо следил, так же, как и за своим парнем. Вот только за ним он приглядывал чуть сильнее, так как тот был для него сильно важен, и он не хотел его потерять.. Многие девушки школы пытались склеить нашего Даньку, что не у одной не выходило, ведь его мысли были полностью в его возлюбленном.. Ведь по секрету сказать, он писал книги, которые Вару умолял, вставая чуть ли не на колени отдать в издательство, дабы они это напечатали... Но, Данька бы не был против, но он не думал что его книги понравятся кому то кроме его возлюбленного. Хотя все таки одна из его книг была издана, название которой носило: "Снег летом". Но, что-то я ооочень сильно отвлеклась.. Вару, после какого то времени начала уроков Данте, вернулся во время его перерыва. Прейдя в квартиру, мальчишка скинул куртку, после чего, заглянув на кухню, увидел своего обожаемого философа, и, с нежной улыбкой на своем лице, кинулся тому в объятья, прошептал невнятную фразу "Я соскучился...", на что услышал тихое нашептывание на ухо "Я тоже, лучик ты мой..", а после и нежные слова, от которых на теле Вару возникали мурашки по телу, или же так скажем, его брало в дрожь от таких теплых слов в его адрес. Ноги немного подкашивались, из-за чего Данте по привычки приходилось брать в свои руки младшего, обхватывая того за талию, а тот лишь спокойно переползал на спину, после чего, хватаясь покрепче за плечи Данте, философ разгонялся, иии.. Бегал из комнаты в комнату, на что Вару одной рукой переставал держаться(иногда двумя) за Данте, крича на всю квартиру радостное: "Юхууу!". И им было по барабану как то на мнение старой бабушки-гомофобки, и на то, что та опять будет на них орать за то что они гомики, и что это не правильно и со временем они начнут любить девушек. Но, увы, этого не исправить. Они гомики с детства, так еще и никогда не любили девушек, да и не будут их любить.. Они это решили для себя, так как одному(а именно Данте)-за тридцать, и он не будет натуралом, а одному-хоть и только 28, но он не хочет переставать любить своего философа.. И она все же пришла и опять высказала свое мнение, но Вару(пусть это и не прилично), показал его средний палец, хлопнув перед ее носом дверью, на что та повозмущалась, и все же ушла на свой этаж, оря двух этажным и благим матом на эту необычную парочку. Данте, тяжело вздохнув ушел в комнату, так как его ждали еще долгие уроки, а Вару в свое время принялся делать тому кофе.