Возвращение в Хогвартс

В своем платяном шкафу Гермиона находит теплое зимнее пальто и высокие сапоги своего размера. Сменив футболку и брюки на свитер и утепленные джинсы, девушка надевает пальто и сапоги и спускается вниз по широкой мраморной лестнице. Люциус Малфой уже ждет ее. На нем песцовая шапка с длинным хвостом, черное меховое пальто, а в руках трость. Гермиона вспоминает, что раньше ни разу не видела лорда Малфоя без этого его атрибута. Видимо, ему запретили брать этот аксессуар в школу. Сейчас Люциус Малфой выглядит солидно и внушительно, впрочем, почти, как и всегда. Но это больше не пугает юную ведьму. На нижних ступенях она касается протянутой руки мужчины, и они вместе выходят из дома. По пути он надевает перчатки. Ночью в поместье снова шел снег, но все тропинки уже давно расчищены. Люциус ведет девушку в зачарованный розовый сад, где цветы цветут круглый год. Морозная свежесть и нежный аромат роз смешиваются, создавая непередаваемые запахи в воздухе. На дорожке, ведущей к парку, скользко, но Малфой уверенно поддерживает Гермиону за руку. Они проходят небольшой тисовый лабиринт. - Как здесь красиво, - восхищенно шепчет Гермиона, и облачко пара из ее рта поднимается высоко вверх. Мелкие блестящие снежинки застревают в ее волосах. Мужчина соглашается с ней. Он наслаждается прогулкой со своей очаровательной спутницей, совершенно позабыв о том, что она его ученица. О том, что когда-то они находились по разные стороны баррикад, он старается не вспоминать. - Могу я спросить? – Гермиона поворачивает к Люциусу свое лицо, ее щеки раскраснелись от мороза. - Конечно, - пожимает плечами хозяин мэнора. - У вас же были павлины..? – вопрос повисает в воздухе, девушке неловко за свое любопытство. - Да, но они с другой стороны дома, там, где обычно любят прогуливаться гости Малфой-мэнора, - он тактично умалчивает о том, что большая часть павлинов передохла, пока он был в Азкабане, а выжившие предпочитают находиться в теплом павильоне зимой. - Значит, мы сейчас гуляем не там, где обычно? – брови ведьмы ползут вверх совсем не так изящно, как у лорда Малфоя. - Эта территория предназначена для отдыха членов семьи и наших особенных гостей, - ни капли не смущаясь, произносит он, а щеки Гермионы тем временем становятся пунцовыми уже совсем не от мороза. Девушка поскальзывается, теребя пуговицу чужого пальто, но сильная рука Малфоя уже в который раз не позволяет ей упасть. - Прости, я стала слишком неуклюжей, - выдыхает запыхавшаяся от попытки удержать равновесие девушка, не отрывая от пронзительных серых глаз свой взгляд. Люциус Малфой слишком хорош. Он улыбается, а девушка судорожно надеется, что эти мысли остались невысказанными ею вслух. Мужчина резко наклоняется, крепко обхватывая Гермиону за талию двумя руками, и впивается в ее губы долгим и страстным поцелуем. Она с большим удовольствием отвечает ему, одной рукой цепко ухватив его за плечо. Неожиданно на голову девушке падает свернутая трубочкой записка, которая соскальзывает прямо в снег. Гермиона открывает глаза и с неохотой отстраняется от Люциуса. Все ее тело сейчас протестует против этого, но она наклоняется за влажным пергаментом и разворачивает его. «Гермиона, надеюсь, ты успела насладиться компанией своих родителей и готова присоединиться к нам на площадь Гриммо 30 декабря. Будет весело! Гарри и Ко» Девушка кусает губы до крови. - Что-то случилось? – не отрывая от нее своих глаз, спрашивает Люциус Малфой. - Да, в смысле нет. Это от Гарри, - девушка начинает лихорадочно размахивать руками и двигаться по кругу. – Он приглашает меня на вечеринку. Гермиона замолкает и смотрит в необыкновенно красивые серые глаза напротив. Она не знает, как объяснить ему то, что хочет сказать, и не знает, стоит ли вообще ему это объяснять. - Пойдем в дом, мне кажется, ты замерзла, - Люциус прекрасно все понимает, но дает девушке возможность все обдумать самой. Сидя перед пламенем камина на мягком красном ковре, девушка греет свои озябшие ладони. Она молчит, но ее мысли космическим потоком кружат в голове. Альфред приготовил для них глинтвейн, девушка машинально принимает его, пробует, не отводя от камина своих шоколадных глаз, которые в задумчивости щурит на огонь. Девушка прекрасно осознает, что не может сказать друзьям, что провела столько времени в Малфой-мэноре, практически наедине с самим Люциусом Малфоем. Получается, что она и родителей бросила ради него. И даже целовалась с ним несколько раз. Ведьма улыбается совершенно глупой и счастливой улыбкой, которую замечает Люциус. Он сидит чуть поодаль от нее, на удобном диване рядом с журнальным столиком, попивая согревающий напиток. В его порцию глинтвейна Альфред по обычаю добавил немного огневиски. - Гермиона, ты сомневаешься, стоит ли тебе идти на эту вечеринку? – прерывает молчание мужчина. - Да, то есть, нет, то есть, я не знаю, хочу ли, - она закрывает рот, чтобы у нее не вырвалось «не хочу уходить от тебя». Широко распахнутыми, растерянными глазами она окидывает Люциуса с ног до головы и возвращается к его манящим губам. - Иди сюда, - он говорит тихо и спокойно, но его тон не терпит возражений. Гермиона медленно поднимается и, будто загипнотизированная, движется к нему навстречу. Останавливается всего в одном шаге от дивана. В одном шаге от него. - Скажи мне честно, чего ты хочешь? – низким и тихим голосом спрашивает Люциус. Он пронзительно смотрит на нее, и девушка не в силах отвести свой взгляд в сторону. Гермиона снова кусает губы до крови, чтобы только не ответить «Тебя». Но ее участившееся дыхание и потемневшие глаза говорят опытному мужчине все куда лучше. Он кладет руки ей на бедра и чуть тянет на себя. Гермиона оказывается сидящей сверху на нем. Ей стыдно, и страшно, и интересно. Она обнимает его за шею, запускает пальцы в блондинистую шевелюру и проводит по ней. Люциус снова ее целует. Но сейчас его поцелуи почти болезненны. Его губы напористы и агрессивны, руки, крепко прижимающие девушку к себе, скользят по ее спине. Гермионе кажется, что она тает. Ей совсем не хочется его тормозить. На ум приходит мысль о том, что Рон ни разу не пытался даже ее так поцеловать. Но эта мысль об Уизли быстро растворяется, потому что рядом с Люциусом Малфоем просто невозможно думать о другом. Каждое его движение настолько точно, настолько чувственно. Девушка даже не может сообразить, как и когда он успел снять с нее одежду. Она отдается ему прямо здесь, на диване в гостиной, под таинственные тени очага. Когда ее накрывает волной оргазма, она от удивления распахивает свои глаза, и из них стекают прозрачные дорожки слез. Она боится признаться самой себе в том, что ей этого мало и хочется еще. Люциус Малфой шепчет какие-то магические слова, и они аппарируют в его спальню. Мужчина бережно укладывает Гермиону на черных шелковых простынях, наслаждается ее обнаженной красотой и разметавшимися по подушкам кудрями. Люциус снимает с себя рубашку, которая все еще успела остаться на нем. Гермиона не знает, что стоит говорить в таких ситуациях, поэтому просто протягивает руку к нему, и он послушно опускается рядом. Нежно проводит губами по ее влажным щекам, спускается к бархатной шее и плечам. Ее тело пахнет миндальным маслом и потом. Он утыкается носом в ее подключичную ямочку и наслаждается таким теплым ароматом. Они занимаются любовью еще несколько раз. Гермиона даже в самых смелых своих фантазиях не могла придумать, что так тоже можно это делать. Девушка впервые расслабилась настолько, что перестала думать вообще о чем бы то ни было, кроме самого Люциуса Малфоя. Юная ведьма даже не заметила, как уснула в объятиях самого красивого и загадочного волшебника на земле. - Гермиона, просыпайся, - донесся до девушки приятный мужской голос. Кто-то нежно коснулся губами ее виска. - Неужели это был не сладкий сон? – очень не охотно Гермиона распахнула свои карие глаза и, натянув повыше мягкое пуховое одеяло, приняла полусидячую позу. - Не знаю, что именно тебе снилось, но нам пора собираться в оперу, - Люциус Малфой был облачен в домашний махровый халат. С его влажных волос капельками спадала вода. Гермиона поняла, что настала ее очередь двигаться в душ. Закусив губу и обернувшись одеялом, чем немало позабавила утонченного аристократа, девушка открыла дверь из хозяйской спальни в хозяйскую ванную комнату.