•••
Утро выдалось тяжёлым. А особенно тяжёлыми казались собственные веки, потому что Вики едва смогла их разлепить. Она уставилась в потолок и шумно вздохнула. К её большому удивлению на душе было достаточно спокойно, даже несмотря на неприятно пульсирующие воспоминания вчерашнего разговора с бывшим парнем. Обидные слова не исчезли из памяти, но почему-то сейчас казались полнейшим абсурдом, а потому она просто отмахнулась от них. Комната была окутана мраком. Только приглушённое свечение исходило из-за портьер. Это немного удивило, ведь девушка отчётливо помнила, что вчера они оставались открытыми. Она чуть повернула голову в бок и резко подскочила на локтях. На прикроватной тумбочке красовался букет нежно-розовых пионов и небольшая записка рядом. Уокер подвинулась ближе, заправляя за ухо прядь каштановых волос. Голубоглазая взяла в руки записку и прочитала:«Эти пионы столь же нежны, как и твоё сердце, что подпускает не тех людей.
Пусть они немного поднимут твоё настроение…»
На секунду у шатенки перехватило дыхание. Она застыла поражённая таким красивым жестом мужчины. Вики почему-то чётко чувствовала, что это именно Люцифер оставил их. Может дело было в интуиции, может в логике, а может в том, что от клаптика бумажки веяло дорогим мужским парфюмом, принадлежащим бизнесмену. Уокер приблизилась к букету и глубоко вдохнула пьянящий аромат. На губах сама по себе появилась мягкая улыбка. Тогда она на всякий случай перевернула записку, не ожидая, что там будет продолжение:«Я сказал Марте не будить тебя слишком рано, сегодня некуда спешить.
И тем не менее, заеду за тобой в 2…»
Неестественно детский трепет завладел телом девушки. Интерес пронзил девичий разум, как стрела, и она чуть мечтательно закусила губу, усмехнувшись собственной наивности. «Вики, ты знаешь этого мужчину 2 дня. Он выкупил тебя у твоей семьи. У него есть полное досье информации на тебя!» — уверенно констатировал разум. «Нельзя отрицать тот факт, что он чертовски красив, богат, сексуален, да и к тому же джентельмен…» — твердило сердце. А Вики… Вики разрывалась между их голосами, искренне понимая, что и то, и то правда. Поэтому дабы не мучить себя мыслями дальше, она сладко потянулась, встала с кровати и побежала в ванную, по пути включая музыку на телефоне. Время на экране оказалось знатно позже ожидаемого, что удивило, но мысль: «Плевать, сегодня можно» убедила не нервничать. Напевая какие-то незамысловатые мелодии, шатенка сделала все водные процедуры, не забыв зажечь любимую ароматическую свечу. Приятные запахи витали в комнате, но кое-что её всё же отвлекало — куча неразобранных коробок. Она оглянулась по сторонам, выбирая с чего же начать. И решила, что свежий воздух сейчас не помешает. Девушка вновь распахнула портьеры и открыла окна. Кожи коснулся холод с улицы, заставляя поёжиться. Но зато дышать стало легче. С полотенцем для волос на голове и в лёгком атласном халатике лилового оттенка, голубоглазая принялась разбирать вещи и аккуратно раскладывать их на полки. Когда она закончила, до приезда мужчины оставалась ещё пара часов. Вики высушила волосы и сделала минималистичный макияж, сделав акцент на бордовых губах, что для неё было очень непривычно. «Отец бы не позволил выйти на улицу с такой яркой помадой, не то, что с мужчиной, а даже просто…» Уокер быстро надела джинсы того же цвета и уютный укороченный свитер кремового оттенка. Спустившись на первый этаж, она увидела Марту, которая возилась с какими-то тряпками и моющими средствами. Женщина ещё издалека услышала девичьи шаги и гадала в каком же настроении выйдет Вики. Всё утро она проходила мимо её комнаты, прислушиваясь к звукам, проверяя, что та встала и собирается. Любопытный взгляд Марты выдавал её заинтересованность в реакции шатенки на цветы. — Доброе утро, — тихо поздоровалась голубоглазая, мило улыбнувшись. — Доброе, Вики… Как спалось? Дождь не прекращался со вчерашнего вечера всю ночь, потому я закрыла у тебя окна. — Всё в порядке. И да, я заметила, спасибо, — проговорила та, вспоминая окончание вчерашнего вечера. Точнее обрывки, потому что всё было как в тумане. Вот Макс начал раскидываться оскорблениями, вот Люцифер уже выгнал его и занёс её в дом поближе к камину, а затем… тепло от огня и мягкий плед сделали своё дело, переплетаясь с усталостью и склоняя девушку в сон… Щёчки почему-то вспыхнули лёгким румянцем от мысли, что мужчина нёс её на руках, нарушая личное пространство, когда зашёл в комнату. Но ведь это его дом, поэтому он имел на это полное право… Но затем девушку бросило в жар, когда пришло осознание того, что проснулась она не в уличной одежде… Видя резкую перемену эмоций на лице шатенки, Марта без слов догадалась о том, что так встревожило Уокер. — Ты вчера очень рано уснула, поэтому я тебя переодела… Надеюсь, ты не возражаешь? — на лице домохозяйки промелькнула неловкость, но тут же сменилась доброжелательностью. — Нет… Простите, что доставила хлопот, — она чуть стыдливо потёрла затылок, отводя взгляд. — Ох, в этом нет никакой проблемы, — глянув на настенные часы, она продолжила, — господин вот-вот подъедет. — Вы называете его… так? — Это лишь привычка, — женщина повела рукой в простом жесте, спокойно улыбаясь. — Наша семья уже очень долгое время служит родословной Денниц. — Понятно… Марта, я… ещё хотела спросить… — Спрашивай, — без колебаний продолжила та. — Эти цветы утром… Вы причастны…? — Вики чуть смущённо улыбнулась, а затем увидела как Марта перевела взгляд за её спину. — Лишь косвенно, — спокойно ответил, как всегда, словно из ниоткуда возникший Дьявол, а на его губах красовалась уверенная ухмылка.•••
После утреннего разговора с Мартой прошло немного времени, но принц Преисподней уже успел успокоиться. Ну почти. Нервозность помогала снять очередная сигарета, выкуренная за рулем, дым от которой развеивался по улице из окна дорогого автомобиля. Он будто испытывал самого себя на прочность. Не привыкший покоряться и принимать нравоучения, он всё равно успел побывать в офисе, где накричал на парочку медлительных и тупых человечков. Когда директор появлялся в поле зрения работников, всё тут же затихало. Был слышен лишь отчётливый стук клавиш клавиатуры и звук активной работы письменных принадлежностей. — Как проходит сделка по поводу доставки новой партии машин? — грубоватый голос как всегда звенел. — Без единой запинки или проблемы, — быстро проговорил молодой парнишка, перед этим сглотнув. — Прекрасно. Отвечаешь за неё головой, Мартин, — чуть пересохших губ коснулась удовлетворённая ухмылка. — Что насчёт клуба? — «Dark night» вчера обогнал все рейтинги по посещаемости за последний месяц. Прибыль увеличилась почти на 30%, — подглядывая в свои записи, констатировал Мартин. — Неплохо, — он окинул того размеренным взглядом, — Сегодня меня не будет. Всё под твоим контролем. — Как скажете, господин, — сотрудник кивнул, выказывая уважение и с разрешения удалился по делам. Уже когда брюнет направлялся за Уокер по загруженной в это время дороге, в его мысли внезапно ворвалась её лучезарная улыбка. Мягкие, пухлые губки, которые в ней расплывались. А то, как она светилась счастьем в их первую встречу, нельзя было просто выбросить из головы. Её беззаботность в тот, столь интимный лишь для них двоих момент, притягивала, а голубые омуты затягивали в неизвестность, заставляя утонуть и забыть обо всём… — Б-И-И-И-П… Послышался громкий гудок соседнего автомобиля… Брюнет задумался и перестал следить за дорогой. «Если сегодня же я не увижу в ней, хоть чего-то демонического, окончательно разочаруюсь в задании…» Он тряхнул головой, прогоняя девушку из мыслей. Мужчина был недоволен тем, что она так легко завладела его разумом. В целом его нелегко было вывести на эмоции, но потеря самообладания как раз могла взбесить его на раз-два. Он выдохнул, выпуская пар и принялся набирать скорость, обгоняя другие машины. Припарковавшись у самого входа, он зашёл в дом и услышал сладкий голос шатенки: — Эти цветы утром… Вы причастны…? — Лишь косвенно, — ответил тот, подходя ближе к девушке. Она вздрогнула, словно от удара током, будто каждое его слово разжигало в ней неконтролируемые чувства. Но на лице застыла смущённая улыбка. — Спасибо… большое, — голубоглазая подняла взгляд на мужчину и замерла. Они молчали несколько минут, не прерывая зрительного контакта. Но эти мгновения для обоих казались какой-то вечностью. Когда всё вокруг расплылось и остались только её бездонно лазурные зеницы и его алые горящие. Когда мурашки пробежали даже без прикосновений. Слова тут были излишни. Её грудь плавно вздымалась под свитером, только сердце почему-то с каждой секундой начинало стучать со всё большей частотой. А он вдруг на секунду, всего на секунду, задумался, что хотелось бы коснуться её бархатной кожи вновь… Марта уже куда-то очень тихо и бесследно исчезла, и только тогда мужчина первый нарушил тишину, всё также не отводя взгляда, спросив: — Ты готова? — холодный, почти ледяной тон никак не вязался с тем пожаром, что горел в его глазах. Казалось, будто они способны согреть на расстоянии, лишь силой мысли. — Д-да, — в горле резко пересохло и она сглотнула. — А куда мы едем? — любопытство заиграло в ней новыми красками. — Увидишь, — он расплылся в фирменной ухмылке. Затем сдержанный, почти приказной тон, — На улице холодно, одевайся теплее…