Это было лучшее лето

— Давайте разобьемся на пары, чтобы обсудить книги, которые мы читали или планируем читать. Отличное задание от организатора этого книжного фестиваля. Сюда люди приходят изучать книги, а обсудить что-то старое или узнать что-то новое для книгоманов самое интересное. Арсений осматривается и замечает долговязого парнишку, который мнется в углу и явно не решается подойти хоть к кому-то. Арс улыбается своим мыслям и подходит первым. — Привет, я Арсений. — Привет, а я Антон. — Какую последнюю книгу ты прочитал? — спрашивает Арсений, когда они садятся на стулья подальше от толпы. Попов внимательно рассматривая юношу перед собой. Высокий, непослушные волосы, которые тот часто поправляет пальцами. В груди странные ощущения и это слегка пугает. — 1984. Роман-антиутопия Джорджа Оруэлла, — тут же произносит Антон, показывая увесистую книжку в темной обложке. (Легально роман «1984» был опубликован в СССР в 1988 году.) Арсений тут же хмурится. — Она же нелегальная. — Я знаю, просто узнал о ней по радио, когда обсуждали этот роман и говорили о том, что он очень неординарный. Вот и сразу любопытство взяло верх. Смог купить у перекупщиков. Ты же меня не сдашь, что я читаю нелегальную литературу? — вдруг вспыхивает подросток, со страхом в глазах смотря на Арсения. — Нет, конечно. По правде говоря … — Арс тихо смеется и достает точно такую же книгу, вызывая ответную улыбку у Шастуна. — Ого. Да мы оба плохие ребята. — Хочешь после мероприятия выпить по коктейлю в баре? Я тут видел недалеко один, — спрашивает Арсений и слегка улыбается, сжимая книгу пальцами. — Почему бы и нет. Я люблю выпить, — тут же говорит Шастун и молится кому только можно, чтобы Арсений не догадался, что ему семнадцать и ему ещё не очень — то правильно бывать в баре и выпивать пиво с незнакомыми людьми. Мама же учила, что нужно быть внимательным и аккуратным. И не пить никогда, а то… — Твой дядька умер от цирроза печени. Так что не пей. — Мам, мне 14. Я не планировал делать это ближайшие лет 5. — Вот и правильно. И наркотики не употребляй. До добра это точно не доведет. — Любишь выпить? И что же нравится больше всего? — Эм…пиво часто пью. Антон судорожно пытался вспомнить какое же пиво стоит у них в холодильнике и какое постоянно пьёт отец. — Какое? — Столичное. — А. Светлое. Оно вкусное. И градусов мало. Кстати, ты же слышал, что началась антиалкогольная компания? Что про неё думаешь? — вдруг решил спросить Арсений, потому что у него были смутные сомнения, касающиеся его нового знакомого. Который выглядит как взрослый молодой человек, который рассуждает как взрослый, но, кажется, не достиг совершеннолетия. — Антиалкогольная компания? Правительство думает, что мы начнем меньше пить, если запретить алкоголь, — пожимает плечами Антон и убирает книгу, чтобы она не маячила перед глазами. — Если не будет высокого градуса, значит будут делать самый маленький. Люди меньше пить все равно не станут. Многие работают на заводах в несколько смен подряд и самый простой способ расслабиться, это немного выпить. У меня отец так работает. И каждый день в холодильнике пиво. Он даже нашел в нашей квартире темное и холодное место и варит пиво самостоятельно. — Ничего себе. Значит у тебя всегда дома пиво есть. Удобно, раз ты так любишь его пить, — Арсений слегка улыбается, а после переводит взгляд на организатора, который благодарит всех за участие и назначает дату следующей встречи. — Теперь идем в бар. Расскажешь мне еще, что думаешь о нашей современности. Главное говорить тихо, чтобы никто не услышал. Смеётся Арсений, от чего и у Шастуна расползается улыбка до ушей. Смех у Арсения приятный. Они выходят на улицу и медленно идут в сторону бара. — Ты живешь в Москве? — спрашивает Арсений, убирая руки в карманы. — Да. С родителями. Мы…просто пока не разъехались. Я квартиру ищу. — А. Понятно. Ты учишься или работаешь? — Учусь, — резко говорит Шастун и мысленно бьет себя по лицу ладонью. — Я студент. Учусь в МГИМО на журналиста. Антон соображал быстро, поэтому придумать себе студенческую жизнь было на сложно. — И сколько учишься уже? — Я на втором курсе. Мне 19. А ты чем занимаешься? Я довольно-таки часто хожу в этот клуб и раньше никогда тебя не видел. Ты в Москве проездом? — Да. Проездом. Я живу в Ленинграде. А сюда приехал отдохнуть. Мне всегда говорили, что за свою жизнь обязательно нужно посетить столицу России и вот я здесь. Да и я играю в театре, поэтому решил узнать для себя что-то новое, почувствовать атмосферу, так сказать. — Ого. Так я познакомился со знаменитостью? — смеется Шастун, повернув голову на Арсения, немного залипнув на его родинках на щеке. Так. Пялиться дурной знак. Антон тут же отводит взгляд и смотрит на часы, которое показывают половину 5. Надо будет маме позвонить и сказать, что он задержится. — Да брось. Какая уж тут знаменитость. В Москве я совершенно не известный. Гастроли нашего театра сюда планируют приехать следующим летом. Будем играть «Царя Бориса». — А где ты играешь? Может как-нибудь поеду в Ленинград и зашел бы, чтобы посмотреть. — Театр имени Комиссаржевской. Но лучше сказать мне заранее, чтобы я билеты получше подобрал, — улыбается Арсений и они заходят в бар «Жигули», устраиваясь в одном из углов. Заказав две бутылки светлого пива, Арсений ставит их на столик и открывает, приподнимая одну и смотрит на Антона. — Что же. За знакомство? — проговаривает Попов и сталкивается своей бутылкой с бутылкой, что поднял Шастун. — За знакомство. Через двадцать минут Антон просит прощения и уходит в уборную, чтобы после быстро выйти на улицу и позвонить маме с телефона автомата. Сегодня он точно придет домой позже. — Вернись хотя бы в десять. — Мам, мне уже семнадцать. — Ладно. В одиннадцать. — Люблю тебя. — И я тебя. Антон вешает трубку и возвращается в бар, вновь усаживаясь напротив Арсения. Они шутят друг с другом, болтают о всякой ерунде. О театре Арсения и МГИМО Шастуна (он говорит то, что читал в газетных вырезках. Все-таки он правда хотел туда поступить и много чего знал). И вот Шастун выпил уже четыре бутылки и его повело. Антон и раньше пробовал алкоголь, но именно пробовал, а не напивался, как сегодня. Арсений оплачивает их счет, а после идет следом за Шастуном в туалет, чтобы помочь, если вдруг тому будет плохо. Он еще ни разу не видел, чтобы так быстро напивались со Светлого пива. Оно же такое легкое. Шастун пьяно улыбается, смотря на Арсения. — Знаешь, а ты первый человек, с которым мне так легко общаться. Многие меня не понимают. Считают мои шутки глупыми. А с тобой весело, ты меня поддерживаешь. Антон говорил медленно, язык его заплетался и все это он говорил только потому что алкоголь развязал ему язык. Арсений слегка улыбается и смотрит на этого «ребенка». — Тебе пора домой, Антон. — Не-не. Родители не поймут. Помоги дойти до…до дома моего друга. Я ему сейчас позвоню. Арс пожимает плечами. — Почему родители не поймут? Тебе же уже есть восемнадцать. Или пока ты живешь с ними, то выполняешь определенные правила? — Я никогда еще так не пил. И не приходил домой пьяный. И да…конечно же правила. Мама не одобряет, когда я пью. Говорит Антон, а после тянет Арсения на выход, подходя к телефону автомату, чтобы набрать номер Димы. — Дим…это я. Антон, — хихикает он в трубку, смотря на Арсения. — Я тут…я тут немного выпил. Можно мне у тебя переночевать? Пожалуйста. А то родители меня убьют, — тише добавляет последние слова Антон, чтобы только Попов не услышал. — Ты выпил? Ты же не пьешь. — Так получилось. Ну пожалуйста. Я тебе потом помогу с твоей курсовой. — Боже мой, Шаст. Ладно. Ты сам дойдешь? Или приехать? — Я приду. Тут познакомился с парнем. Он мне поможет. Я скоро буду. Дима не успевает ничего ответить, как Шастун вешает трубку. — Идем. Тут идти минут двадцать. — Давай вызовем такси? — спрашивает Арсений, а после смотрит на Шастуна, который позеленел за считанные секунды и добегает до кустов, где его выворачивает наизнанку. Алкоголь явно сыграл плохую шутку. После того, как они простояли возле кустов минут пять, а Арс успел купить Антону бутылку воды. То они медленно пошли в сторону дома Димы. Арс стянул свой кардиган и накинул на плечи подростка, который уже начал дрожать из-за интоксикации. — Спасибо. Извини, что я испортил такой вечер. Я…не пил так много раньше. — Да я уже понял. Не извиняйся. — Сколько ты будешь в Москве? — До августа. Живу в отеле. — А мы можем завтра встретиться вновь? — Тебе бы завтра полежать дома и отдохнуть. — Можем вечером. — Что же…если тебе станет лучше, то мы можем прогуляться по Москве. Покажешь мне какие-нибудь красивые улочки. Антон слегка улыбнулся и кивнул. — Оставишь мне номер твоего номера в отеле? Я позвоню. — Конечно, — когда они остановились возле дома Димы, то Арс написал на листке из книги 1984 номер и отдал Антону. — Тогда до завтра. — До завтра. Антон грустно улыбнулся, что этот вечер превратился в такой ужас и зашел в подъезд, совершенно забыв отдать Арсению его кардиган, который то купил парой дней назад в универмаге «Молодежный», который уже успел пропахнуть его парфюмом. Точно будет повод встретиться. Шастун заходит в квартиру Димы, снимает кеды и на еле двигающихся ногах идет в спальню, где падает на постель, даже не переодевшись, но прижимает кардиган к себе, вдыхая такой приятный запах, от которого сразу же становится легче. — Родители знают, что ты здесь? — Нет…я…я позвоню сейчас, — бормочет Антон, но проваливается в сон, поджимая длинные ноги, потому что все еще было очень холодно. Дима накрывает его одеялом и идет к телефону, чтобы предупредить родителей Антона, что он будет у него эту ночь. Майя спокойно выдыхает, потому что Диме верит, они в очень хороших отношениях. — Передай ему, что мы завтра уезжаем на дачу и нас не будет несколько недель. Вся еда в холодильнике и в морозилке. — Конечно. — Спасибо. Спокойной ночи. — И Вам. Дима кладет трубку и качает головой смотря на Шастуна который спит, словно кот, свернувшись калачиком. И ему 17. Ну да.