Это было лучшее лето

POV Антон Подросток провел пальцами по лицу, пытаясь понять, что же сейчас произошло. Это он потянулся к Арсению, чтобы с ним поцеловаться? С человеком, которого он знает два дня, но который уже успел завладеть его разумом и сердцем? Это просто безумие какое-то. Антон покачал головой и вернулся обратно на кухню, находя под раковиной какие-то перчатки и надел одну на больную руку, только чтобы не намочить бинт. Все-таки Арсений ему помог и позаботился о нем, хотя мог вообще проигнорировать, что Антону больно. Нет. Арсений не такой. Он самый лучший и самый заботливый. Наверное. Закончив с посудой, Шастун убрался на кухне и заметил, что кардиган все еще тут. Арсений, видимо, после всего того что произошло, опять забыл его забрать. Ладно. Значит отдаст его ему чуть позже. Спустя минут тридцать он лежит в постели и смотри в потолок, не забыв взять с собой мягкую вещь. На ней еще ощущается легкий запах парфюма Арсения и от этого на душе приятно, а внизу живота начинает образовываться узел. Подросток. Сейчас Антон благодарит кого только можно, что руку он повредил именно левую, а не правую. Не хотелось бы становиться незнакомцем для своего собственного тела. Хотя такие эксперименты он уже проводил и было очень даже необычно. Шастун скидывает одеяло на пол, кладет кардиган Арсения рядом с собой на подушку, представляя, что именно мужчина сейчас лежит рядом с ним. Снимает трусы, чтобы они ему не мешали, достает из ящика крем и выливает немного на пальцы, обхватывая вялый член. Подросток закрывает глаза и поворачивает голову на бок, втягивая носом запах от кардигана. Подушечкой большого пальца он скользит по головке, вперемешку с кремом размазывая естественную смазку по стволу. Антон прикусывает нижнюю губу, потому что член поднимается моментально. Образ мужчины четко стоит перед его глазами, от чего движения руки по члену становятся чуть быстрее, однако быстро кончать он не хочет, хочет представить все то, что Арсений мог бы с ним делать. Наверное, он уже опытный мужчина. Да даже не, наверное, а точно опытный. Арсений подходит к Антону и обхватывает его за талию, прижимая к себе, втягивая в страстный поцелуй. Толкает на кровать и нависает сверху, оставляя на шее несколько легких укусов, чтобы немного подразнить. У них есть вся ночь впереди. Арс стягивает с Антона вещь за вещью. Начиная с футболки, заканчивая бельем. Он чуть привстает на кровати, чтобы окинуть взглядом потрясающе красивое тело подростка. Худой, с уже полностью стоящим членом, с головки которого выделяет смазка. — Ты так возбуждён, малыш. Антон слегка улыбается и облизывает пересохшие губы, смотря зелеными глазами, в которых плескается похоть и желание, на Арсения. Попов же не раздевается, оставаясь в своей одежде и, кажется, даже не планирует снимать хоть что-то. Мужчина вновь нависает над подростком, спускаясь с поцелуями чуть ниже, обхватив один сосок губами, проводя по горошине языком, от чего Антона чуть было не подбрасывает на месте, только крепкие руки Арсения не дают ему двигаться, удерживая на одном месте. По телу проходит табун мурашек, а на животе образовывается маленькая лужица от смазки. Еще немного и он просто взорвется от того, что Арс делает все на столько медленно. Попов же, как только замечает, что Антон в нетерпении кусает свои сладкие губы, то чуть слышно смеется и спускается с поцелуями еще ниже, оставляя парочку на тазобедренных косточках. — Тебе нравится? –шепчет Арсений, поднимая голубые глаза на Антона, подушечками пальцев скользя по его прессу. — Да… Боже….да. Арс… — чуть слышно стонет Антон, не зная куда деть свои длинные руки, от чего опускает одну вниз, сжимая волосы Попова, пытаясь надавить на его голову. Чтобы он сделал то, что должен был, по мнению самого Антона. Арс закатывает глаза и улыбается, а после проводит языком по стволу Антона, вбирая головку в рот. — Арс! — вскрикивает Антон и слишком уж бурно кончает, заливая спермой свою руку, живот и даже парочка капель долетают до его подбородка. Он тут же открывает глаза, осматривая взглядом свою пустую комнату. Фантазия была слишком реальной. — Я схожу с ума? Спрашивает Антон сам у себя и дотягивается дрожащими руками до пачки салфеток, достав оттуда парочку, чтобы вытереть следы своего «преступления». Чувствует он себя после такого ужасно, однако оргазм был на столько сильный, что он, бросив салфетки на пол, поворачивается на бок, закрывает глаза, прижимая к себе кардиган и тут же засыпает. День был слишком ярким на эмоции.