Ты мой навсегда

Постоянные туры, выступления, интервью — всë это не даëт сосредоточиться на личной жизни. Она есть, но моментов, проведëнных с любимым человеком, становится всë меньше. На сцене проявляются всяческие взаимодействия, и порой они делают это специально. Насладиться моментом что ли, поиграть между собой. Интервью — это вообще отдельная тема. Их посадят в разных «углах», а они переглядываются и пытаются дотянуться друг до друга. Всегда выражают свою любовь, даже на публике, отчего потом получают от Бан Шихëка своего рода выговор. Нет, директор не гомофоб, просто волнуется за них. Мало ли… Из близких и друзей никто не против отношений между двумя парнями, главное, чтобы они были счастливы, ведь у всех есть право на любовь. Чонгук и Тэхëн находятся вместе «двадцать пять на восемь», при каждом удобном случае один из них сядет к другому на колени, погладит по спине или вообще начнëт заигрывать при всех. Остальные участники иногда шутят по этому поводу: мол, хоть бы постеснялись. Чон и Ким понимают, что это просто подколы, и не воспринимают их в серьëз, а наоборот смеются вместе со всеми. Они привыкли к этому и считают, что в этом нет ничего обидного. Когда на съëмках объявляют перерыв длиною в целый час или даже больше, что бывает крайне редко, Гук и Тэ уединяются в специальной комнате для отдыха, где никто им не сможет помешать. Что значит уединяются? Для них это просто поговорить на волнующие темы, поласкать друг друга, шептать приятные слова, да и просто расслабиться, ничего более. Тэхëн относится к Чону с таким трепетом, вечно оберегая его, осыпая нежную кожу поцелуями и мимолëтными касаниями за разные места. Называет его кроликом, ведь так и есть. А Чонгук в свою очередь доверяется ему и выражает ответную любовь своему хëну. После трудного рабочего дня они заваливаются в апартаменты и, до жути уставшие, поднимаются на свой этаж. Раздеваются, принимают вместе душ, а потом со спокойной душой располагаются на большой мягкой двухместной кровати. Перед тем как лечь спать Тэхëн поëт Чонгуку. Это может показаться по-детски, но они так не считают. Несмотря на то, что они целыми днями погружены в работу, Ким сочиняет небольшие песенки, посвящëнные своему любимому зайчонку, а потом исполняет их в живую. Чон всегда благодарит Тэ-Тэ за это. Не словами, а по-другому, по-Гуковски… Всю ночь проводят в обнимку, крепко прижавшись друг к другу, но в этот раз Чон отстранился от Тэхëна и ворочался из стороны в сторону, мыча что-то нечленораздельное, потом и вовсе подорвался и принял сидячую позу.  — Гук~и, ты чего? — обеспокоенно спросил Ким, заметив, что младший весь в поту. А тот никак не реагирует и дышит очень томно, раскрыв и без того большие глазки. Тэхëн проводит рукой по лбу, медленно ведя по волосам, а потом садится чуть ближе, заключает лицо в свои большие ладони и осыпает личико Чона поцелуями. Тот прижимается всем телом к старшему и вонзается короткими ногтями в голую спину.  — Тише, милый. — шепчет Ким, поглаживая его по спине. — Всë хорошо, зайчик, я здесь.  — Ты же никогда от меня не уйдешь? — голос Чона рябит и трясëтся от страха.  — Нет конечно, — улыбается хëн и продолжает: — ты мой навсегда, слышишь? Ким отстраняется и бежит на кухню, чтобы налить прохладной воды, а потом возвращается в спальню.  — Держи стакан, я сейчас принесу успокоительное, — Тэхëн начал рыться в своей сумке, перебирая вещи. — Вот, прими таблетку. Всë хорошо, не бойся, кролик. Тэ всякими способами его успокаивает, ведь знает, как страшный сон может влиять на человека. Киму даже спрашивать не пришлось, он сразу понял в чëм дело. Чон, приняв успокоительное, вновь расположился на кровати и закрыл глаза, Тэхëн последовал за ним, но спать пока не будет, охраняя сон младшего. Еле поглаживает по волосам, переходя к лицу, и опускает руки на талию Гука.  — Спи сладко, солнышко, — чмокает его в щëчку и сам закрывает глаза.