Чёрное кладбище звёзд

Хогвартс

      Школа чародейства и волшебства выпустила из своих стен очень многих волшебников и волшебниц. Поколения сменялись поколениями, а одни студенты - другими. Четыре факультета, четыре дома, основанные некогда Годриком Гриффиндором, Пенелопой Пуффендуй, Кандидой Когтевран и Салазаром Слизерином, каждый год принимают новых учеников под свою опеку, фактически ставя им клеймо на всю жизнь.       Но все люди разные и разделить их чётко по четырём группам невозможно. Правда, если ты слизеринец, то обязательно подлый и лживый, пуффендуец- недалёкий добряк, студент Когтеврана - занудливый зубрила, гриффиндорец - чёкнутый самоубийца. Кто-то всё ещё верит этому, кто-то нет, хотя почти всегда человек пытается разглядеть сначала всё плохое, а уже потом начинает думать о хорошем...       В Большом зале начинался завтрак. Несколько сотен студентов в школьной форме разместились за своими столами, сонно зевая и морально готовясь к предстоящим урокам.       — Доброе утро, Сохатый, — Сириус сел напротив своего единственного друга.       Джеймс Поттер - юный чистокровный волшебник, единственный и долгожданный ребёнок в семье и, наверно, ещё один гриффиндорец, к кому Вальбурга Блэк не испытывала явных враждебных чувств. Хотя её очень сильно и смутила тяга парня к одной маглорождённой однокурснице, но женщина пока решила закрыть глаза на это.       — Доброе. Ты чего такой счастливый? — Джеймс удивлённо взглянул на Блэка, показательно посмотрев тому в глаза, потом спустившись чуть ниже, а затем вернулся обратно к глазам. — Если же у тебя есть какие-то новости, то рассказывай, а то мне тебе тоже кое-что сообщить нужно.       — Ты не поверишь… — начал Блэк, загадочно улыбнувшись, словно увидел целующихся где-то в подсобке профессора Макгонагалл и Слизнорта.       Но не успел парень толком сказать что-то, как в Большой зал вошла гриффиндорка с ярко-рыжими пушистыми волосами и зелёными глазами, сразу же отвлекая внимание обоих гриффиндорцев. Девушка уверенно шагала на высоких каблуках мимо всего стола своего факультета, направляясь к месту, где сидели её подруги-однокурсницы. Глаза Поттера засветились хитрыми огоньками, а руки тут же взъерошили тёмные волосы на голове. Поправив указательным пальцем очки на своём носу, Джеймс быстро перекинул ноги из-под стола в проход и, когда его однокурсница была в паре шагов от него самого, парень схватил рыжеволосую за руку и потянул, усадив к себе на колени.       — Доброе утро, цветочек, — задорно сказал он, зарывшись носом в пышную шевелюру и прижимая тонкое и кажущееся таким хрупким, словно лучики снежинки, тело девушки к себе.       — Во-первых, — гриффиндорка попыталась освободиться от объятий Поттера, — никакой я тебе не цветочек, а мисс Эванс, ну или в крайнем случае Лили. А во-вторых, сейчас же отпусти меня. На нас все смотрят! Ты меня слышишь?       — Согласишься пойти на выходных со мной в Хогсмид, и я отпущу, идёт?       — Нет, Поттер, никуда я с тобой не пойду. А твои идиотские выходки меня раздражают. Отпусти, иначе я сейчас закричу, и будет плохо, — Эванс тяжело выдохнула, начав вбирать в лёгкие побольше воздуха.       Но как только она намеревалась закричать, Джеймс невесомо приблизился к её уху и, убрав руки с талии однокурсницы, прошептал:       — Жду тебя сегодня, после отбоя, на самом верху Астрономической башни, — парень предвкушающе ухмыльнулся, ощутив как Лили слегка вздрогнула, сидя на его коленях. Почувствовав свободу, девушка молча встала, даже не взглянув на Поттера, отряхнула свою одежду от невидимых пылинок и, гордо вздёрнув подбородок, пошла к своим подругам.       Сириус проводил взглядом удаляющуюся однокурсницу, понимающе вздохнув, а после громко рассмеялся.       — И ведь придёт же. Прилежная ученица, отличница и ты берёшь её самым уязвимым местом - любопытством. Мне её даже с одной стороны жалко, такая хорошая девочка попала в копыта такому безумному оленю.       — Ох, а как мне жаль твою сестру… Небось уже вся извелась из-за блох, да, Бродяга? — ответно скривившись, Джеймс положил ложку хлопьев с молоком себе в рот.       — Кстати о Фибс. Наша мать хочет, чтобы мы поженились после школы, так что теперь мы можем быть с ней вместе и не бояться, что об этом кто-то узнает. Правда, сама змейка об этом никому рассказывать не хочет, и я её понимаю. Сомнительно иметь благородной студентке Слизерина тесные связи с неправильным гриффиндорцем.       Джеймс обернулся назад, осмотрев стол вражеского факультета и быстро найдя взглядом нужную девушку.       Фиби сидела рядом с их общим однокурсником, Теодором Ноттом, застенчиво улыбаясь и всё время отводя взгляд немного в сторону. Нотт не сводил с девушки внимательного взгляда карих глаз, постоянно поправляя короткие кудрявые волосы каштанового цвета, спадающие ему на лоб. На фоне миниатюрной слизеринки парень выглядел просто огромным, ведь уже не первый год играл в команде по квиддичу и соответственно имел неплохое телосложение. Старшая сестра семикурсника недавно вышла замуж за такого же волшебника, помешанного на чистоте крови, как и вся её семья, а мужчина оказался старше неё почти в три раза.       Фиби осторожно поправила волосы за ухо, отвернувшись в сторону.       — Мне кажется, или твоя сестра флиртует с ним? — поинтересовался Джеймс, переведя взгляд на друга.       Сириус, даже не взглянув на слизеринский стол, ответил: — Ей нужно получить "превосходно" по всем предметам, чтобы мать разрешила ей пойти работать, а не просто сидеть до конца жизни дома. И да, тебе не кажется, она серьёзно с ним флиртует чтобы списать, но при этом даже поцелуя в щёку его не удостоит, поймав таким образом на свою удочку ещё раза три, минимум.       — Ты так уверенно об этом говоришь, будто знаешь и предугадываешь каждый её последующий шаг.       Сириус поднял одну руку вверх, медленно начав загибать пальцы от большого к мизинцу. "Один". Нотт дотронулся до лежавшей на столе руки Фиби, и девушка тут же подскочила с места, быстро убежав из Большого зала. Теодор непонимающе глядел ей вслед, а затем, забрав свои вещи и рюкзак Блэк, последовал за однокурсницей.       — Браво, это всё, что я могу сказать. И ты прям знаешь, что она всегда будет верна тебе? — Джеймс ухмыльнулся, скрестив руки и облокотившись ими о край стола.       — Каждому льву нужен свой укротитель, а каждому укротителю нужен свой лев. Лучшего варианта для себя, чем сейчас, мы уже никогда не найдём, это точно. Все нормальные девушки давно заняты, как и парни, и остальные вовсе не те, кто будет любить до гроба. Одним нужны деньги, другим статус, третьим признание родственников, четвёртым известность. Если же выгода отношений идёт лишь с одной стороны, то это неправильные отношения. Если же в мыслях хотя бы одной из сторон появляются корыстные думы, стоящие выше самого человека, то эти отношения обречены на провал.       — Да ты у нас прям философ, что могу сказать, — усмехнулся Джеймс, встав из-за стола и закинув лямку рюкзака на одно плечо.       — Нет, просто первым уроком у нас прорицания, пытаюсь настроиться на волну этих чокнутых, — Сириус последовал примеру лучшего друга, поднявшись со своего места. Но как только он ровно встал на ноги, в него кто-то влетел, отчего Блэк чуть покачнулся, отступив назад. — Эй, смотри куда прёшь, чучело.       — Прости, Сириус, я.. я случайно. Я не хотел. Я.. прости, пожалуйста, — залепетал пухлый парнишка со светлыми волосами и круглым лицом. — Я правда случайно, извини..       — Всё, Петтигрю, перестань пресмыкаться как дешёвая шлюха, тебя всё равно никто не захочет. Не раздражай, — Блэк взял своего однокурсника за ворот мантии, отодвинув парня в сторону от себя. — Не умеешь отстаивать себя, так и не путайся под ногами. Не позорься и факультет не позорь, будь так добр.       Гриффиндорец боязливо кивнул. Блэк покачал головой, брезгливо отпустив одежду гриффиндорца, и, показательно вытерев об свою мантию руку, пошёл дальше, вновь пересекаясь с Джеймсом уже возле дверей Большого зала.       — Что-то я не вижу нашего вечно молчаливого и мрачного соседа, как его там.. Ре.. Ри..       — Римус, — помог Поттер. — Так я как раз про него и хотел сказать. Этого тихоню оказывается выгнали из школы, так как он всё это время был оборотнем. Даже несмотря на все мольбы Дамблдора о том, чтобы бедолага закончил последний курс в Хогвартсе, Министерство всё равно исключило его из списка студентов школы и теперь тщательно следит за ним, как и за ему подобными.       — Жаль. Хороший был парень, умный, добрый... — печально протянул Сириус. — В тихом омуте черти водятся, никак не иначе.       — Да уж, пожалуй я с тобой соглашусь в этом. Никто не мог ожидать такого. А ведь мы всё это время спали с ним в одной комнате. А если бы он нас того...       — Да забей. Мы теперь всё равно вряд ли его увидим когда-нибудь.

16:12

      Фиби быстро спускалась по коротким лестницам и шла по длинным коридорам всё дальше в подземелья, направляясь в свою гостиную. Уроки закончились, теперь осталось лишь выполнить домашнее задание и спокойно жить дальше.       — Мисс Блэк, подождите минутку, пожалуйста, — голос профессора зельеварения глухим эхом разнёсся по пустому коридору, врезаясь в сознание слизеринки.       Девушка остановилась на месте, затаив дыхание, а после повернулась к своему декану, состроив самое невинное выражение на лице.       — Да, профессор Слизнорт, что-то случилось?       — Мисс Блэк, я лишь хотел напомнить вам, что вы обещали мне к завтрашнему дню сделать и принести эссе об изумрудном зелье, зелье удачи и сыворотке правды.       Фиби зажмурилась, тяжело вздохнув, и потёрла двумя пальцами переносицу.       — Хорошо, профессор Слизнорт, я всё сделаю и принесу завтра, — девушка постаралась правдоподобно улыбнуться, но, видимо, это у неё не очень хорошо получилось, так как зельевар в ответ странно скривился и, кивнув, тут же ушёл. Макс пожала плечами, тихо прыснув, и продолжила идти к гостиной.       Голова гудела от переизбытка информации за утро и вот-вот собралась взорваться, разлетаясь на мелкие кусочки. И наверное, для Фиби это стало бы самым лёгким способом, чтобы справиться со всеми учебными проблемами. Ощутимая дрожь из-за долгого напряжения при письме в правой руке не давала покоя, раздражая слизеринку, а тёмный интерьер в подземельях заставлял сознание всё чаще задумываться о переезде в другую часть замка к другому факультету. Хотя единственный, кто ещё может более менее помочь, был Пуффендуй, так как гриффиндорцы ни за что не примут к себе змею, а для того, чтобы попасть в гостиную Когтеврана нужен был мозг и смышлённый склад ума, что, как казалось Фиби, у неё отсутствовало.       Семикурсница свернула за очередной угол в коридорах-лабиринтах и пройдя немного дальше, поняла, что что-то не так. Сделав несколько шагов назад и повернув голову влево, Фиби поняла, что именно было не так. Девушка усмехнулась, развернувшись полностью и, встав в расслабленную позу, прокашлялась.       — Добрый день, любители экстрима. Кхм. А вот можно пожалуйста как-нибудь временно прекратить вот эти все ваши поцелуйчики и хотя бы в коридоре не устраивать разврат средь белого дня, — девушка была проигнорирована. — Регулус!       Парень одной рукой придерживал какую-то студентку за талию, ласково касаясь тонких изгибов её тела. Вторая ладонь лежала на оголённой части её шеи, притягивая ближе к себе. Жадный поцелуй между слизеринцем и когтевранкой наверно мог длиться бы ещё целую вечность, но Фиби была гораздо настойчивей своего брата.       — Регулус! — громко крикнула семикурсница, прожигая взглядом затылок парня. Тот наконец-то оторвался от губ девушки, но всё ещё не спешил оборачиваться. Когтевранка выжидающе заглянула в глаза Блэку, закусив край губы в лёгкой полуулыбке.       — Да, систр, я тебя внимательно слушаю, — ответил Регулус, всё ещё находясь к Макс спиной и определённо планируя закончить начатое.       Фиби угрожающе посмотрела в глаза когтевранке, и та невольно вздрогнула, попытавшись убрать с себя руки парня, но Блэк не дал. Наклонившись ближе к лицу девушки, он сказал: — Гермиона, помнишь, ты обещала мне...       — Да, Реджи, — тут же перебила его она, — я помню, я обязательно приду, не переживай, — когтевранка напоследок чмокнула парня в щёку и тут же поспешила уйти из подземелий.       — А я и не знала, что ты решил ослушаться матери и выбрать себе в пассии жалкую полукровку, — усмехнулась Фиби, встав прямо за спиной Регулуса. — Мне кажется, она сильно расстроится и разочаруется в тебе, братик.       Регулус слегка повернул голову к своему плечу, опершись руками о стену и искоса посмотрев на однокурсницу.       — А как ты думаешь, матушка сильно расстроится, если узнает, что ты трахаешься с её первым сыном уже почти год, скрывая это ото всех, м?       — Ка... Что? Откуда? — опешила Макс, нахмурив брови и чуть приоткрыв губы. Он знал. Он всё знал и молчал...       — То, что я немного младше вас, вовсе не значит, что тупой, недоразвитый и ничего не понимающий. Не думаю, что слух о том, что якобы двоюродные брат с сестрой из порядочной семьи Блэк уже давно вместе, нужно узнать всему Хогвартсу, в том числе и отцу, ведь если же мать ещё кое-как понять и простить вас сможет, то он вышвырнет вас обоих из дома.       — Но ведь они же сами захотели поженить нас, так что в этом плохого? — пыталась придумать оправдание самой себе Фиби. — Тем более у нас всё было по обоюдному согласию. Да и к тому же даже Вальбурга и Орион гораздо больше родственники, чем мы с Сириусом.       — Я лишь предупредил тебя, дальше делайте что хотите, мне в принципе плевать. Ты же сейчас в нашу гостиную идёшь, так? — Регулус повернулся к сестре.       — Ну да, а что такое?       — Пошли, — Блэк взял девушку за локоть, потащив за собой. — Помнишь я недавно рассказывал тебе о Пожирателях смерти? Ты сказала, что подумаешь.       — Блин, Реджи, да ну это полный бред. Я бы на твоём месте ни за что бы не поверила словам этого безносого о благих намерениях для общества. Там, где присутствует слово, близкое по значению к геноцид, физически не может быть ничего хорошего. Он ведь хочет истребить всех грязнокровок и использовать полукровок как слуг, хотя сам явно ничем не лучше них.       — Ты не понимаешь, Фибс, он хочет лучшего для таких как мы! Он хочет, чтобы мир волшебников возглавляли достойные этого люди! — мгновенно вспылил Регулус.       — Ага, богатенькие неучи, не умеющие даже нормально читать, такие как Мальсибер или Булстроуд, — добавила Фиби, останавливаясь на месте. — Я не собираюсь вступать в его ряды и тебе не советую делать этого. Пока плюсов гораздо меньше, чем минусов, так что...       — Ладно, — обиженно произнёс семикурсник, отпуская руку девушки и вставая перед ней лицом. — Хочешь угробить свою жизнь и будущее, помыкая перед какими-нибудь жалкими отбросами магического общества, пожалуйста! — Регулус взмахнул руками, поправляя на себе мантию, а потом резко задрал левый рукав, где красовалась чёрная метка черепа со змеёй. Его метка. Метка Пожирателей смерти. У Фиби внутри всё сжалось. — Просто так, чтоб ты знала, — Блэк опустил рукав обратно, собираясь уже уходить, но потом резко повернулся обратно, добавив: — И да, если же всё таки решишь передумать, скажи мне об этом. Думаю, Тёмный Лорд будет рад видеть тебя в кругах своих людей, как и я.       Регулус ушёл, а у Макс пропало всякое желание делать что-то и жить дальше. Она не могла поверить в это, не могла смириться с мыслью, что её близкий человек мог так сделать. Он уже стал убийцей, ведь только убив человека, Пожиратели смерти могли доказать свою верность Волан-де-Морту.       Сириус всегда учил её сопротивляться любым манипуляциям, отстаивать своё мнение и различать лестную ложь от правды. Старший из братьев презирал все идеи и действия Волан-де-Морта, привив тоже самое и Макс. Слизеринка всегда старалась прислушиваться к нему, и потому у неё даже и мысли не было, чтобы сделать тоже самое, что и Регулус. Но теперь, к сожалению, ей придётся нести в душе тяжёлую ношу человека, знающего больше остальных и хранить эту тайну, также как сам Регулус хранил секрет её и Сириуса...

19:21

      — Я уже ненавижу это зельеварение...       Фиби облокотилась локтем о стол и положила голову на руку, нависнув над пергаментом, исписанным не больше чем на треть. Эссе должно было состоять из пяти страниц.       Библиотека Хогвартса находилась на четвёртом этаже замка и была открыта для учеников ежедневно до восьми вечера. Огромные стеллажи книжных полок, несколько рядов столов для того, чтобы студенты могли выполнить домашние задания, и небольшие светильники под потолком и на самих столах. И самый важный антикварный элемент, вишенка на торте, звезда на Рождественской ели - навечно застывшая во времени, старая и злая библиотекарша мадам Пинс. Женщина настолько трепетно и тщательно относилась к своей работе, что нельзя было найти во всей округе человека, который бы мог сопротивляться её гневу. Что уж говорить об антивандальных чарах, наложенных почти на все книги, которые при любой попытке их хоть каплю испортить, начинали атаковать студентов.       Макс разложила перед собой несколько учебников, раскрытых на нужных ей страницах, но каша мыслей всё никак не могла собраться в единое предложение на бумаге. Фиби пересела на самый кончик стула, вновь заглядывая в один из старых фолиантов и пытаясь найти там что-то новое и полезное, что могло бы натолкнуть её на дальнейшее написание. Увлечённо перечитывая, слизеринка вовсе не заметила, как к ней подкрался брат.       — Думаешь от того, что будешь прожигать книгу взглядом, эссе само по себе появится? — усмехнулся Сириус, подойдя сзади и положив свои руки на плечи однокурснице. — Выпрямись, не порти осанку. Тебе не идёт быть сутулой.       — Сутулые собаки это по твоей части, Сириус, а я сама как-нибудь разберусь без твоих советов, — огрызнулась девушка, повертев плечами и скидывая с себя ладони гриффиндорца.       — Не шипи, змейка, а лучше пиши, у тебя чуть больше получаса осталось, — семикурсник достал с ближайшей полки первую попавшуюся книгу, пододвинул ближе к Фиби стул и сел рядом. — Что ж, я всегда говорил, что нужно думать своей головой, а не надеяться на то, что можно списать у кого-нибудь. Интересно, почему же я, как всегда, оказался прав? — Сириус сел спиной к столу так, чтобы можно было увидеть лицо Фиби, и вытянул ноги в проход, раскрывая книгу.       — Ты пришёл только ради того, чтобы поиздеваться надо мной или что? — Макс раздражённо бросила своё перо на пергамент и посмотрела на оставшегося полностью невозмутимым Блэка. — Хочешь помочь - помогай, хочешь поржать - иди к своему оленю-Поттеру! У вас весьма неплохой дуэт.       Сириус медленно поднял голову на однокурсницу, спокойно заглянув той в разъярённые глаза: — Фибс, пиши и не отвлекайся. У тебя не так много времени осталось, чтобы тратить его на твой праведный гнев по отношению ко мне.       — Не уйдёшь, значит, да? — зло процедила сквозь зубы она. Гриффиндорец покачал головой.       — У меня на тебя сегодня ещё есть кое-какие планы, но боюсь, если ты не успеешь закончить своё индивидуальное эссе, их придётся отложить на время, — продолжил Блэк, перелистнув страницу. Фиби нервно сглотнула, уставившись в написанные её же рукою слова на пергаменте. — Ты пиши, пиши, не обращай на меня внимание.       Макс, поджав губы, перевела взгляд на Сириуса и затаила дыхание, задумавшись. Теперь она точно была уверена, что эссе она не сможет спокойно закончить. Навязчивые мысли всё лезли и лезли ей в голову, несмотря на то, что девушка очень усердно старалась их отогнать. Работа пошла быстрее и уже через двадцать минут она написала почти три страницы и вроде даже смогла что-то понять. Всё это время она периодически поглядывала на гриффиндорца. В тусклом освещении настольной лампы он казался очень загадочным и привлекательным, что заставляло Фиби невольно ёрзать на стуле и иногда закусывать губы.       Оставалось всего две минуты, до того, как закроется библиотека, но Макс необходимо было дописать ещё полторы страницы чтобы закончить. Сириус встал со стула, закрыв свою книгу и поставив её обратно на полку, а затем задвинул стул на его прежнее место. Фиби судорожно дописала предложение до точки, быстро запихав нужные учебники в свою сумку, туда же отправилось и само недописанное эссе. Слизеринка выжидающе взглянула на Блэка, держа сумку в руках.       — Сколько написала? — спросил парень, направляясь к выходу из библиотеки. — Доброй ночи, мадам Пинс.       — Доброй ночи, — повторила девушка, получив утвердительный кивок со стороны старой библиотекарши. — Почти четыре, — двое остановились перед спуском по лестнице.       Сириус повернулся к слизеринке, приблизившись к ней вплотную и нежно прикоснулся пальцами к её подбородку, притянув к себе для поцелуя. Но успела Фиби только обрадоваться, как Блэк тут же отстранился от её губ, так и не коснувшись их.       — Доброй ночи, змейка.       Не говоря больше ничего, парень тут же отошёл назад и быстро стал спускаться по лестнице, оставив разочарованную и неудовлетворённую Фиби одну. Девушка негодующе изменилась в лице, готовая вот-вот догнать Сириуса и как следует ему вдарить за испорченное настроение, но сил не осталось.       — Ты Блэк - последняя блохастая сволочь! Ненавижу тебя! — единственное, что смогла выкрикнуть парню вслед семикурсница.