Кто же из нас

Мужчины застыли над телом упавшей женщины. - Мари! Гарольд упал на колени и поднял ее голову. Руки стали влажными и тёплыми...Кровь... - Идиот! Что ты наделал! Мари, Мари, держись. Гарольд вытащил телефон и начал звонить по экстренному номеру. - Срочно, молодая женщина, 28 лет, черепно-мозговая травма. Адрес хххх. Ник сидел рядом на земле. Он даже не пытался уйти. То, что он совершил...а если она не очнётся? Если он убил её? Вдалеке раздался визг сирены скорой помощи. Из подъехавшей машины выскочили люди, бросились к лежавшей на земле женщине. Проверили реакцию на свет, перенесли её на носилки и закатили к салон кареты. В последний момент Гарольд заскочил в машину скорой. Ник остался на стоянке. - Доктор, как она? Гарольд смотрел в глаза этого пожилого врача в зелёном медицинском костюме. - Состояние средней тяжести. Ей повезло, что помощь была оказана быстро. Внутреннее кровоизлияние. Надеюсь, что осложнений не будет. Сейчас она без сознания. Будем ждать. Гарольд сидел в палате около её койки. Если бы он мог поменяться с ней местами. Пусть бы лучше он блуждал сейчас во тьме, чем она. Сколько прошло времени? Он не знал. Медсестры приходили, смотрели показания приборов, измеряли температуру и уходили. Нужно было ждать. Мужчина держал в руках её маленькую ладошку, такие тонкие пальцы, она такая хрупкая. - Мари, не оставляй меня. Вернись, пожалуйста. Приходили из полиции, но он им соврал. Сказал, что сейчас не помнит лица напавшего. Высказал предположение, что это был уличный грабеж. Он сам потом разберётся с этим мудаком. Сейчас главное, чтобы Мари пришла в себя. На третий день она пошевелилась. Движение её пальцев в его ладони разбудило Гарольда. - Мари, ты очнулась. Я сейчас позову врача. Гарольд выскочил в коридор, но в палату уже торопилась медсестра – похоже, сработала техника оповещения. Через несколько минут в палату пришел врач. Осмотрел женщину, сказал, что показатели в норме. Нужно было понаблюдать за ней ещё какое-то время. Когда все ушли из палаты, Гарольд остался с Мари наедине. - Мари... Он взял её за руку и, больше не имея сил, уткнулся головой в её одеяло и расплакался. Почувствовав на своей голове её руку, он поднял лицо и встретил непонимающим взгляд. - Кто Вы? - Мари...это я...Гарольд...ты не помнишь меня? - Я не знаю Вас...Вы не могли бы выйти? Вот это был удар ниже пояса. Гарольд вышел в коридор, ему нужно было прийти в себя. Мимо проходил врач. - Простите, доктор, - от волнения у Гарольда вылетело из головы имя врача. - Вы не могли бы ещё раз осмотреть Мари...Она не помнит меня... - Амнезия? В её случае такое возможно. Кратковременная потеря памяти. У нее сотрясение мозга и внутреннее мозговое кровоизлияние. Наберитесь терпения. Я зайду. Гарольд снова вернулся в палату. Мари, его Мари, смотрела на него чужими глазами. - Мари, что последнее ты помнишь? Ты помнишь свое имя? - Мари Ковен. - А меня ты совсем не помнишь? - Я помню вечер и стоянку. Спорящие голоса, затем удар и темнота. Это Вы меня ударили? - Нет. Я бы никогда не смог поднять на тебя руку. - Но Вы были там? Гарольд кивнул. - Но если Вы были там, то видели, кто это сделал? Он снова кивнул. - Видел. Этот удар предназначался мне. Но ты встала между нами и поэтому пострадала. - Кто? - Ник. Ты помнишь его? - Ник? Он бы этого не сделал. Он...любит меня... - Да? Тогда почему он сейчас не здесь? - Я устала. Мне нужно отдохнуть. Гарольд вышел из палаты. Ему тоже нужен был отдых. Да и поменять одежду не мешало бы. Но когда Гарольд вернулся в больницу, то застал в палате Ника. Он нежно смотрел на Мари и что-то ей говорил. - Ты...ублюдок! Уложил ее на больничную койку, а теперь воркуешь? Гарольд схватил мужчину за воротник и вытащил его в коридор. Во взгляде Ника была победа. - Что? Она не помнит тебя? А понту-то было! Я тебе говорил, что она моя. Она никогда не была самостоятельной. Можешь убираться, иначе я заявлю в полицию, что это ты ее ударил. - Урод! Если я ее ударил, то почему находился рядом с ней все это время? С самого первого момента, с машины скорой? И звонок в службу спасения был с моего телефона. Не лезь к ней, иначе пожалеешь. Гарольд отпустил халат, наброшенный на Ника, и вошёл в палату. - Мари, мне пришлось отлучиться. Прости, я оставил тебя... Женщина смотрела на Гарольда. Она по-прежнему его не узнавала. - Вам лучше уйти. Может быть, мы и были знакомы, я не отрицаю, но я Вас не помню. Наверно наше знакомство было незначительным. Я благодарю Вас за помощь, но... Так это правда? Её чувства не были такими сильными? Всего лишь возбуждение? Нет, этого не может быть. Он заставит её вспомнить. Но сейчас он был бессилен. Выйдя из палаты, он, не оборачиваясь, ушёл. Прошла неделя. Мари шла на поправку и ее собирались выписать. Гарольд отслеживал состояние Мари через справочное, поэтому знал текущее положение вещей. Он приехал к больницу рано утром и стал ждать. Через некоторое время, Мари и Ник вышли на крыльцо. Он что-то сказал ей и вернулся в больницу. Терять такой момент было нельзя. Гарольд выскочил из машины, быстро добежал до Мари. Закрыв её рот рукой, он подхватил ее другой и как можно скорее вернулся в свою машину. Захлопнул дверь, взвизгнули шины, и они уехали. В зеркале заднего вида он увидел Ника, выскочившего на крыльцо. Тот осматривался с растерянным видом, но рядом не было никого, чтобы спросить о случившемся. Гарольд проехал по улице некоторое время, потом остановился на обочине. На заднем сиденье сидела испуганная Мари. Она во все глаза смотрела на Гарольда, боясь сказать хоть слово. Все произошедшее было для нее полнейшей неожиданностью, и сейчас она пыталась прийти в себя. - Мари...прости. Я не мог поступить иначе. Дай мне свой телефон. Дрожащими руками Мари протянула ему мобильник. - Я просто его выключу. Потом я его тебе верну. Он смотрел на ее отражение в зеркале. - Этот человек...Ник...я не знаю, что он тебе наплел, но это все неправда. - Вы сумасшедший? - Наверно, - Гарольд горько усмехнулся. Я точно сошёл с ума. Ещё когда Ник забрал тебя из моей квартиры. Потом, когда пытался начать жить без тебя. И снова схожу с ума сейчас. - Я была у Вас в квартире? Вы меня похители? - Нет. Ник сам привел тебя ко мне. Тогда он назывался мистер Смит. Помнишь? Мари измученно смотрела на него. - Я не понимаю Вас. Я так устала. Вы можете меня отвезти куда-нибудь? Гарольд задумался. Логичнее всего было отвезти Мари на ее квартиру, но не было гарантий, что там не появится Ник. Можно было поехать на его съёмную квартиру, но и тот адрес Нику был известен. Гарольд не хотел рисковать. Когда они подъехали к дому, Мари сказала: - Я не знаю это место. - Конечно, ты его не знаешь. Это мой дом. - Почему Вы не боитесь, что я закричу, позову на помощь? - А разве ты не хочешь узнать правду? Незнакомец ждёт у твоей постели, когда ты очнешься, заявляет об отношениях с тобой. Неужели тебе не интересно кто я? - Чего Вы хотите? - Я хочу вернуть тебя. Хочу, чтобы ты вспомнила меня. Может быть, ты тогда снова полюбишь меня... Ты поживаешь некоторое время у меня. Если твои воспоминания не вернутся, я отпущу тебя. Обещаю. Если ты захочешь уйти, я не стану тебя держать. Я не насильник и не садист. Мне нужно твое абсолютное доверие. Договорились? Эти слова что-то всколыхнули в её памяти. Мари попыталась удержать тень воспоминания, но это что-то ускользнуло. - Договорились. Они поднялись на лифте, и Гарольд открыл дверь своей квартиры. - Проходи. Он помог женщине снять её пальто. - Проходи в комнату. Ты, наверно, проголодался, я сейчас что-нибудь приготовлю. Мари ушла в комнату, но когда с кухни раздались звуки готовки, тихо вернулась. Прислонившись к косяку двери, она наблюдала за этим невозможным мужчиной, который свалился на неё ниоткуда. Внезапно появившись в её жизни, он утверждал, что у них отношения, что он любит её. Даже больше, по его словам она, Мари, тоже его любила. Тогда почему она этого не помнит? И всё же ей нравилось наблюдать за тем, как ловко он орудует у плиты. Ей нравилось смотреть на его длинные ноги и стройную фигуру. Ей нравились его пронзительно голубые глаза и черные волосы, которые на солнце отливали синевой. В груди что-то сжалось и ей стало жарко. Словно почувствовав спиной ее взгляд, Гарольд обернулся. Она стояла у двери такая трогательная и беззащитная. Ему безумно захотелось обнять её, закрыть руками от этого злого мира, но он боялся испугать ее ещё больше. Вместо этого он показал на тарелки. - Можешь накрыть на стол. Сейчас будем обедать. Разложив по тарелкам мясо и овощи, он пригласил Мари к столу. - Вкусно. Вы вкусно готовите. А вот я... - А ты не любишь готовить. Ты всегда с удовольствием ела приготовленную мной еду. На завтрак это были блинчики. - С джемом. - Ты вспомнила? - Нет. Но почему-то захотела. Она улыбнулась. - Расскажите, как мы познакомились. Легко сказать. Гарольду вдруг стало неловко. - Я занимаюсь консультированием людей. Однажды мне позвонил мужчина, представился мистером Смитом. Ему была нужна помощь с молодой женщиной, 28 лет. Он хотел...хотел, чтобы я... Гарольд внезапно остановился. Он должен был это сказать, но слова не шли у него изо рта. - Хотел, чтобы Вы что? Что Вы должны были сделать? Мужчина положил вилку на стол и закрыл лицо руками. - Он хотел, чтобы я научил женщину сексу. У него были проблемы с её поведением в постели. Он хотел раскрепостить свою подругу. Это моя работа. Я работаю сексконсультантом. Так в мою жизнь пришла ты, Мари. - Что? - Мари...я... Женщина выскочила из-за стола и убежала из кухни. А чего он ещё мог ожидать? Вот так заявить о подобном. Гарольд пошел её искать. - Мари...Мне правда очень жаль, но это правда. Что тебя так напугало? То, что мы были близки или то, что Ник так поступил с тобой? Его квартира не была огромной. Мари сидела на диване, забившись в угол. Он сел перед ней, взял в руки её ладони. Они были ледяные. - Ты замёрзла. Дай я тебя согрею. - Не прикасайтесь ко мне. Гарольд вздохнул, поднялся и принёс плед. - На, иначе заболеешь. Мари укуталась в плед, как в кокон. Ей было непонятно, отчего её так трясет, от холода или от той информации, что этот мужчина выложил ей. Это не может быть правдой. Её Ник, конечно, не идеален, но так поступить со своей женщиной он не мог. Ведь не мог? Тогда почему она в больнице видела его виноватый взгляд? Перед ней оказалась чашка чая. - Черный, крепкий и сладкий. Ты ведь такой любишь? Она держала чашку двумя руками, пытаясь согреться. - Что было дальше? Что Вы делали...со мной? Ее щеки залила краска. Ей было стыдно спрашивать подобные вещи, но чем больше она соберёт информации, тем быстрее она во всём разберётся. - Я разговаривал с тобой. Нужно было понять, почему ты так зажата. Ты рассказывала о своей семье. - И что я рассказала? - Твои родители развелись, когда тебе было десять. Мать не смогла простить отца, не позволяла вам видеться. Ты закончила школу для девочек. Отец уехал жить в другой город, вы так больше и не общались. Ты работала в школе учительницей рисования. Потом встретила Ника, он заставил тебя бросить работу, ты стала жить с ним. Что ещё? Ты не любишь готовить. - Всё правильно. Почему же я Вас не помню? - Похоже, для тебя было большим потрясением, что Ник отправил тебя ко мне. Тогда, пусть твое тело вспомнит меня само. Он вытащил из шкафа шелковый шарф. - В первый раз ты тоже боялась. Я завязал тебе глаза. Давай попробуем снова? Гарольд завязал ей глаза. Мари дрожала, как пойманный зверёк. - Я не сделаю тебе больно...ты можешь остановить меня. Мужчина забрал у нее из рук пустую чашку. Сначала взял её руки в свои, прикоснулся ими к своему лицу. Провел её пальцами по своему лбу, глазам, коснулся губ. Захватил ее палец губами, облизал его языком, стал посасывать. Перешёл губами к ладони. Он целовал её руки, поднимаясь всё выше. Расстегнул пуговицы на её рубашке. Её кожа была прохладной и нежной. У Гарольда кружилась голова от её близости, от её аромата. Осторожно он коснулся ее шеи, там, где билась жилка. Его руки заскользили под рубашкой, расстегнули бюстгальтер и сняли его вместе рубашкой. Кожа на ее сосках сморщилась от холода. Гарольд припал к ее груди и стал целовать. Он понимал, что ведёт себя не как мистер Клаус, а как Гарольд. Опрокинув ее на спину, он расстегнул и стащил с нее юбку. Почему она позволяет ему все это? Почему не сопротивляется? Не кричит? - Заведи руки за голову. Я не разрешаю тебе их опускать. Поняла? Медленно, дюйм за дюймом, мужчина продвигался вниз. Его рука легла на холмик внизу живота. Руки развели женские ноги. - Ты становишься влажной. Подцепив её трусики, он стащил их и откинул в сторону. - Наше знакомство начиналось приблизительно так же. Ты так же упорно не хотела признавать свое возбуждение. Но в конечном итоге сдалась. Он коснулся губами ее губ, облизал их. Его палец проник внутрь. - Ты горячая и влажная. Скажи, чего ты хочешь, и я сделаю это - Отпусти меня. - Не раньше, чем ты вспомнишь меня. Он продолжил начатое. Теперь в ней двигались три его пальца, а язык и губы терзали её клитор. Он давил и мял её плоть, ласкал и целовал до тех пор, пока не почувствовал, что ее зажатость уходит. Она расслаблялась. - Ты хочешь ещё. Признай это. Она упрямо мотнула головой. Гарольд усмехнулся. - Все такая же упрямая. Но я заставлю тебя. Продолжая исследовать ее изнутри, он не забывал работать языком. Её клитор, возбуждённо подрагивающий, заставлял женщину забывать обо всем и думать только об этих ласках. В ее голове прозвучали слова: "Ты должна думать только о своих ощущениях, о своем партнёре". Это был не голос Ника...это был голос Гарольда. Она вцелилась руками в плед, на котором лежала. - Там...там есть точка...А-а-а...коснитесь её, господин Клаус. Гарольд опешил. Она вспомнила его как господина Клауса или слова сорвались машинально? Его пальцы ускорили темп, язык подстраивался под руки. Ещё немного и волна оргазма накрыла тело женщины. Она судорожно свела ноги. Гарольд сел на пол. Он устал, психологически он вымотался за эту неделю. Сейчас, когда он смог добиться первого телесного контакта с Мари, смог заставить ее кончить, он испытывал облегчение. Помня, что после оргазма она всегда мёрзнет, Гарольд укрыл Мари пледом. Сел рядом и положил ее голову на свои колени. - Кто такой господин Клаус? - Не знаю, слова сами собой вырвались. - Похоже, придется рискнуть. Мы съездим с тобой в одно место. С этой квартирой у тебя не связано никаких воспоминаний. Сегодня переночуем здесь, а утром отправимся. Был риск нарваться на Ника если он сторожит их там, но другого способа вернуть Мари память он не видел. Утром, собрав вещи, он отвёз Мари на ту квартиру. Если первый визит туда был для нее стрессом, то она, может быть, что-нибудь вспомнит. Ему повезло - около дома они никого не встретили. - Заходи. В доме практически ничего не изменилось. На кухонном столе лежал мобильник мистера Клауса, он забыл его здесь в свой последний визит. Сейчас аккумулятор полностью разрядился, и Гарольд поставил телефон на зарядку. Когда телефон набрал несколько процентов, Гарольд включил его. Сорок пропущенных. Один и тот же номер. Кто бы сомневался. Стоило номеру появиться в сети, раздался звонок. - Скотина! Куда ты дел Мари? - Мари? А разве она не с тобой? - Не ври, я знаю, что это ты ее похитил! - Она сказала мне в больнице, чтобы я ушёл. Ты был с ней, а теперь обвиняешь меня в ее пропаже? Верен себе. - Дай слово, что она не с тобой! - Кто ты такой, чтобы я давал тебе своё слово? - Я заявлю на тебя в полицию! - Да? И что ты им скажешь? - Она пропала, - мужчина на другом конце провода всхлипнул. Если она не с тобой, то где? - Может она кое-что вспомнила и ушла? - Её телефон молчит. Я сойду с ума. Если ты обманул меня, то я... - Прости, но у меня клиент. Гарольд отключил звонок. Он не знал, что ему делать. - Мари! Ответа не было. - Мари!!! Неужели она ушла? Вбежав в комнату, он увидел Мари - она стояла возле стеллажа с книгами. - Я помню это место. Здесь было...хорошо... Гарольд не мог больше сдерживаться. Он сел на пол и разрыдался. Через некоторое время он почувствовал, что Мари сидит рядом и обнимает его за плечи. Он уткнулся в её руки. - Мари... Он повторял её имя, словно заклинание. Словно одно это могло вернуть ее память, её чувства. - Если хочешь, можешь пойти в душ. А приготовлю нам что-нибудь поесть. Он стоял у плиты и взбивал омлет. Это оказалось единственное блюдо, которое он мог приготовить из имеющихся продуктов. Внезапно за спиной раздался голос. - Трахните меня, господин Клаус. Венчик выпал из рук Гарольда, и он резко повернулся. - Мари...ты вспомнила? - Значит, такое действительно происходило? В голове все путается, но эта сцена была такой яркой. Это было на самом деле? - Да...Я заставил тебя учиться говорить вслух нецензурные слова, чтобы побороть твою зависимость от материнского давления. А потом попросил сказать что-нибудь вслух. И ты сказала это. - Что было потом? - Потом? Ты хочешь знать? - Да, хочу. Вы трахнули меня? Здесь же, на этом столе? - Нет. - Почему? - Я…заставил тебя сделать мне минет. Вот на этом стуле. - Тогда не будем нарушать традицию. Взяв Гарольда за руку, она подошла к стулу и села на него. - Как Вы заставили меня? Мужчина взял её за подбородок и поднял лицо. - Ты...действительно этого хочешь? - Я вспоминаю отдельные моменты. И понимаю, что Вы говорили мне правду. Я хочу вспомнить всё. Вам придётся повторить то, что Вы делали со мной раньше. Что я должна сделать? - Расстегни мои брюки. Сделай это зубами. Женщина подчинилась. У Гарольда возникло ощущение дежавю. Её голова так же, как и тогда, склоняется над его членом. Сейчас ее движения были более уверенными. Навык? Но её горячий рот, то, как она с силой засасывала его член... - Возьми мошонку рукой у основания...потяни её...м-м-м... Мари двигала головой вверх и вниз. Её слюна смешивалась с его смазкой, кухню наполнили влажные звуки. Как и тогда, Гарольд положил одну руку на ее плечо, второй держал ее волосы. Он смотрел, как его упругий член входит в её рот. Как он блестит от слюны, с какой жадностью она его заглатывает. - Не забывай про язык. Ему всё труднее удавалось сдерживаться. Ещё мгновение и он вытащил свой член и в то же мгновение кончил. Сперма попала на ее лицо. - Буккаке. - Что? - Вы тогда сказали, что это называется "буккаке", когда кончают на лицо. Гарольд взял со стола салфетку и промокнул капли. Да, он тогда так и сказал. Тогда он захотел поцеловать её, узнать вкус своей спермы на ее губах. Тогда он не позволил себе так поступить. Но сейчас... сейчас его ничто не могло удержать. Он впился в ее губы своими. Они были влажными и мягкими. Податливыми и жадными. К его удивлению она ответила на его поцелуй с такой же страстью. - Мари...я так хочу тебя... Она поднялась со стула, прижалась к нему всем телом. - Иногда я вспоминаю...отдельные моменты...такие яркие...Если Ник действительно привел меня сюда на обучение...или лучше сказать отдал в разработку? Почему он так поступил? Ведь он говорил, что любит меня... По ее щекам текли слёзы. Гарольд обнял её за плечи и прижал к себе. Что он мог сказать в оправдание? Да и стоило ли вообще что-то говорить? - Завтра мы пойдём в кино. А сейчас я бы хотел накормить тебя. Он застегнул брюки, вымыл руки и снова вернулся к готовке омлета. Но Мари так и стояла за его спиной, положив руки на его талию. Почему она вдруг почувствовала прилив теплоты и нежности к этому совершенно незнакомому мужчине? - Мне нужно будет выйти за продуктами. Ты посидишь одна? Она кивнула. - Я закрою тебя на ключ. Не подходи к двери, ладно? Она снова кивнула. Возвращаясь из супермаркета, Гарольд увидел у входа Ника. - Зачем ты пришёл? - Я пришёл забрать Мари. - Я уже сказал тебе, её здесь нет. Сам смотри за своей женщиной. - Я не верю тебе. Пусти меня в квартиру. - Нет. Конфиденциальность клиента я гарантирую. Тебе бы понравилось, если бы туда приходили посторонние в то время, как там жила Мари? - Зачем она тебе? Ты же красивый мужик, неужели не можешь найти себе женщину? - Я уже нашёл себе женщину, которая идеально мне подходит. Твое дело не мешать. Ник стоял, прислонившись к стене, и смотрел на Гарольда. - Мистер Клаус...или лучше господин Клаус? Как ты собираешься совмещать любовь к Мари со своей работой? Ты будешь приходить к ней, пропахший чужой кончей? Будешь касаться её руками, которые побывали в чужой пизде? - Не твое дело. Почему-то тебя не волновали эти вопросы, когда ты привел Мари ко мне. Тебя интересовал результат. Ты хотел получить идеально разработанную партнёршу. Чтобы заводилась от одного вида твоего члена, чтобы была готова трахаться с тобой в любое время и в любом месте. А когда она была у меня, ты завёл интрижку на стороне. Зудело в одном месте? А когда Мари узнала и ушла от тебя, ты разозлился на меня. - Ты хочешь держать её для себя? Ты же под себя её дрессировал? - Дрессируют животных. А Мари...когда я узнал её, то захотел помочь. Не потому, что ты заплатил, а потому, что хочу ей счастья. Если она вернет воспоминания и решит быть с тобой, я отпущу её. Лишь бы она была счастлива. А теперь уходи. Она сама позвонит тебе, когда будет готова. - И ты думаешь, я буду покорно ждать? Гарольд поставил на землю сумки и быстрым движением скрутил Нику руки за спину и прижал лицом к стене. - Слушай, ты, гондон, я устал объяснять очевидные вещи. Она...сама...тебе...позвонит...тогда...когда...будет готова. Сама, понял. Если ты не оставишь её в покое, я найду на тебя управу. Думаешь, я смог бы заниматься подобным бизнесом, не имея крыши? Пока что я вел себя корректно, но ведь я могу и разозлиться. После того, как ты изувечил её, мне стоило большого труда не разделаться с тобой раз и навсегда. Но ведь я могу передумать. Гарольд оттолкнул Ника, поднял сумки и вошёл в дом. В квартире было тихо. - Мари? Это я. В первое мгновение Гарольд испытал страх. Пока его не было, Мари совершенно спокойно могла уйти из квартиры. Замок открывался изнутри, и если бы она захотела, то помешать ей он бы не смог. Но вот она вышла из комнаты, и весь его страх улетучился. - В дверь звонили. Это был Ник? - Похоже, что да. Он ждал меня около дома. - И? - Мы поговорили. Я пообещал, что ты позвонишь ему сама, когда будешь готова. Хочешь это сделать сейчас? Мари покачала головой. - Нет. - Почему? - Я тут кое-что нашла. Она подошла к мужчине и показала альбом. - Это же я рисовала? Почему он здесь? - Уходя, ты оставила его. Когда я нашёл тебя, то спросил – ты его забыла или оставила на память? Ты сказала, что... - Не хотела, чтобы его увидел Ник? - Да. - Ты хотел, чтобы я закончила его. - Ты вспомнила? - Да. Сейчас память возвращается быстрее. Я словно смотрю кино наоборот. Наверно скоро увижу первые кадры. Мужчина притянул её к себе и крепко обнял. - Я жду этого. - А если я решу уйти? - Если это будет твое решение, я приму его. Как бы мне ни было тяжело, я отпущу тебя. Я хочу для тебя счастья. Они стояли в коридоре, обнявшись. Гарольд вдыхал запах её волос. Он ничего не хотел больше говорить. Вот так бы стоять с ней, чувствовать её тепло, когда она так тесно прижимается к нему. Слышать, как бьётся её сердце. - Что ты хочешь на обед? - Всё равно. Я люблю всё, что ты приготовишь. Она уже второй раз назвала его на "ты". Гарольд улыбнулся, он был счастлив. - Как всегда вкусно. Мари отодвинула тарелку. - Я наелась, как удав. Потолстею, что будешь делать? - Для этого есть хороший тренажёр. Его взгляд был весьма откровенным и недвусмысленным. Мари покраснела. - Я люблю тебя смущать, ты такая милая в эти моменты. Сегодня я тебя вымою. Он набрал ванну, налил туда пены. Подошёл к Мари. Его руки скользнули под одежду, прошлись по спине, стащили через голову джемпер. Расстегнутая юбка с шорохом упала к ее ногам. Женщина подняла руки и обняла Гарольда за шею. - Ты вымоешь меня? Он наклонился и взял предложенные губы. - Да, вымою. Каждую твою складочку, каждый сантиметр твоего тела. Он подхватил женщину на руки и отнёс в ванну. - Если хочешь, я могу присоединиться. - Нет, мы не поместимся здесь вдвоем. Гарольд намылил волосы Мари. Хлопья пены покрывали ее голову и плечи - Ничего не напоминает? - Ты как-то уже мыл меня. Гарольд рассмеялся. Он скользил руками по телу Мари, спустился вниз и раздвинул ее ноги. - Положи голову на подушку и расслабься. Он ласкал грудь женщины, бедра, его пальцы проникали вглубь. Он трогал внутри Мари, растягивая стенки. Его рот нашёл губы Мари, и он вошёл в неё языком. Горячая вода, мужские руки, проникающие куда угодно, жадные губы. Мари теряла голову от этого дикого коктейля. - Я хочу тебя... чувствовать внутри себя...Гарольд, займись со мной любовью. Но мужчина как будто не слышал её. Он продолжал свои безудержные ласки до тех пор, пока Мари не дернулась в его руках и не обмякла. Его рубашка и брюки были мокрыми насквозь. Подняв женщину, он завернул ее в огромное полотенце и отнёс в комнату. Разомлевшая, Мари лежала на кровати в полудрёме. Он бы с радостью присоединился к ней прямо сейчас, но нужно было сначала привести себя в порядок. Когда он вернулся, Мари уже спала. Её маленькие розовые ступни вылезли из-под одеяла, и Гарольд не смог удержаться. Сначала он прошёлся по ним губами, потом забрал в рот пальчики на одной ноге и принялся их посасывать и вылизывать. Потом его рот стал подниматься выше. Он целовал ее ноги до коленей. Мари потянулась, и это было настолько эротично, что Гарольд почувствовал эрекцию. Он перевернул Мари на живот и поднял ее бедра. Перед его глазами находилась её розовая попка, такая аккуратная, что мужчина не удержался и начал её целовать. Язык спустился к анусу и начал вылизывать его. Пальцы проникли во влажное влагалище, а большим он надавил на анус, заставляя его раскрыться. Там было настолько тесно, что палец проникал с трудом, не смотря на обильную смазку слюной. - Мари, я хочу взять тебя. Можно? Сквозь сон она согласно кивнула, приподняла и раздвинула ноги. Это было согласие и приглашение. Гарольд прижал головку своего возбуждённого члена к её вагине и двинулся вперёд. Влажные и горячие стенки сжимали его, заставляя желать большего. Он рвался вперёд, глубже, сильнее. Его желание обладания этой женщиной было настолько велико, что он не мог сдерживаться. Уперев руки в её талию, он вонзался в жаркую плоть. Толчок...снова...снова...глубже...ещё...Из него рвалось дикое, необузданное желание. То, что давно сдерживалось, сейчас искало выход. - Мари, прими меня. Его член, налитый желанием, продолжал неумолимо двигаться внутри женщины. От такого напора женщина проснулась. - Гарольд...ты сошёл с ума. - Наверно. Я сделал тебе больно? - Нет. Я тоже хочу тебя...Хочу видеть тебя... Перевернув её на спину, мужчина поднял ее талию и снова вошёл. Её грудь мягко повторяла его толчки, и это заводило мужчину ещё больше. Тело покрылось испариной. Подняв руку к её лицу, Гарольд надавил на ее рот, и разжав губы проник внутрь. Мари подхватила игру, начав обсасывать его палец, словно ее рот был заполнен его членом. Движения стали жёстче, он поражался себе. Не имея больше сил сдерживаться, Гарольд вытащил член и кончил на её живот. - Мари...ты жива? Она рассмеялась. - Жива. Ты наполнил меня жизнью...и желанием...ты раскрыл меня...Придется тебе отвечать за это... Гарольд опешил. - Мари, это твой ответ? Ты всё вспомнила? - Да. Вспомнила. И это мой ответ. Я тоже хочу быть с тобой, быть твоей. - Девочка моя... Мужчина сгреб ее в объятия и крепко сжал. - Я так боялся...что ты не вспомнишь...что ты уйдешь...Не оставляй меня, пожалуйста...никогда не оставляй...Я люблю тебя... очень люблю... Мари прижала его голову к себе. - Я люблю тебя, Гарольд. И не оставлю тебя. Она целовала его лоб и виски, перебирала пальцами волосы, гладила его спину. - Ты единственный мужчина для меня. Мои глаза будут видеть только тебя. Они спали, тесно прижавшись друг к другу. Даже во сне Гарольд боялся отпустить Мари из своих объятий. То чувство, которое он испытал утром, увидев ее рядом собой, взволновало его до глубины души. Он тихо поцеловал ее в висок, скользнул губами по щеке и накрыл ее губы. Его поцелуй был лёгким и нежным. - Мари, доброе утро. Женщина потянулась в его объятиях, прижимаясь всем телом к любимому. - Доброе. На ее губах порхала улыбка. - Чем займёмся сегодня? - Кое-кто обещал кино. Ты хочешь посмотреть фильм или повторить прошлый опыт? Гарольд замялся. Когда он предлагал пойти в кино, то действительно хотел повторить сцену из прошлого. Он бы пошёл на что угодно, лишь бы вернуть Мари память. Но вчера ночью она всё вспомнила. - Я хочу того, чего хочешь ты. - Тогда, как это ни грустно, нам надо разобраться с долгами. Мне нужно появиться на работе, Ник наверняка уже там побывал. Нужно встретиться с Ником и расставить все точки над "i". Боюсь, что до выходных у нас не будет времени на кино. Ты расстроился? - Я счастлив от того, что ты рядом. Всё остальное может подождать. Я поеду с тобой на работу, не возражаешь? - Нет. Разговор в издательстве оказался не из приятных. Пропажа Мари из больницы была воспринята как прогул. Но, войдя в ее положение, увольнять её не стали. Оформили как отпуск без оплаты. Когда Мари вышла из издательства, Гарольд ждал ее на выходе. Почему-то в его душе периодически поднимался страх, что Ник похитит её. Наверно это были последствия того, что он сам совершил такой поступок. - Ну, как все прошло? - Могло быть хуже. Завтра я выхожу, но сегодня мне разрешили остаться дома. - Тогда в кино? Она погладила мужчину по щеке. - Гарольд...это надо сделать...лучше не затягивать. Мари достала телефон и набрала номер. - Ник...это я...Нам надо поговорить, у тебя есть время? ... - Ник, зачем нам встречаться? Я могу всё сказать и так. ... - Хорошо, давай адрес. ... - Ну, что он сказал, - Гарольд не мог дождаться конца разговора. - Он хочет встретиться...без тебя... - Я не отпущу тебя одну, даже не думай. - Ты боишься? - Разве это стыдно - бояться за свою любимую? - Я радуюсь...ты беспокоишься обо мне...Он ждёт меня сейчас, поехали? Когда они приехали по адресу, указанному Ником, он уже был там. Даже не думая скрывать своего недоверия, Гарольд вышел из машины и остался на виду. Мари подошла к Нику. - Ник, я всё вспомнила...И то, что ты отправил меня к господину Клаусу, и Клэр, и твой удар...Наверно, разговоры излишни. - Мари, прости меня. Я прошу, вернись, всё будет по другому. - Ник, ты не слышишь меня. Я ухожу от тебя. Вернее, я уже ушла. Просто смирись. Прощай. Мари развернулась и собралась уйти, но Ник схватил её за руку. - Мари! - Ник! Ты не понял? Пошёл на хуй! Слова, которые вырвались...так легко...без запинки...Она сама от себя такого не ожидала, а уж Ник...Для него это было ещё большим потрясением. От неожиданности он выпустил её руку. Ник смотрел, как эта женщина второй раз уходит из его жизни и, похоже, навсегда. Где он оступился? Где ошибся? Он не понимал...Пока не понимал. А Мари шла к машине, у которой её ждал Гарольд. Мужчина, который так случайно по чужой прихоти вошёл в её жизнь, стал опорой, другом, любовником. И её любовью. Он стоял, прислонившись к капоту машины, и смотрел, как к нему идёт его судьба, смотрит ему в глаза, улыбается только ему. Он ждал её всю жизнь. Мари подошла близко-близко, коснулась пальцами подбородка Гарольда, притянула к себе. Их губы слились в глубоком поцелуе, и больше не имели значения профессии, окружающие люди, мнения кого бы то ни было. Они были единственными друг для друга. Их путь только начинался.