Наркоман и наркотик

Перед Аароном, и внутри Аарона - ничего. Все расплавлено, растеклось, испарилось, исчезло. Вокруг - пустота. Тихая, приятная, без единой проблемы, блаженная и манящая. Аарон не желает знать сейчас о том, что время на самом деле не остановлено, что оно продолжает течь за пределами нынешнего рая Аарона. Что оно продолжает настигать его, пока действие таблеток плавно заканчивается. Медленно, но очень болезненно проблема за проблемой выносят его на выстроенный из мыслей берег, где Аарон находиться не хочет. Голова начинает болеть от количества того, что ему опять нужно будет переваривать, и Аарон в оборонительном жесте закрывает руками голову, сворачиваясь калачиком на полу. Ковер под ним холодный. Аарон лежит в напряжённом полудрёме, и не сразу замечает тепло рядом с собой. Не сразу заинтересовывается его источником. Не сразу переворачивается чтобы встретить глазами его. Кевин. Он лежит прямо возле Аарона, немного загибаясь дугой, словно защищая и не давая потустороннему внешнему миру опять завладеть Аароном. Аарон тыкает Кевина в щеку, на что он недовольно морщит нос, немного ёрзает, но остаётся на прежнем месте в прежней позе. Аарон понимает что Кевин пьян. Прямо как он сам. Только вот Аарон ещё хуже. Ведь он принял таблетки, а Кевин просто напился до потери пульса. Такие они вот. Наркоман и алкоголик, напрочь забиты своими судьбами в угол. Избитые обстоятельствами. Кровоточащие и внутри, и снаружи из-за детских травм. Аарон не хочет вспоминать про свои. Не хочет думать вновь, потому что проблем после них достаточно. Но то, что случилось с Кевином кажется ему важным до сих пор. Мелкие, но глубокие шрамы, привыкшая к синякам кожа. Привычка закрывать эмоции, прятать под маску брезгливости и отчуждённости. Излишнее высокомерие, принятое к демонстрации в "гнезде". Все без умолку говорит о трудном детстве и взрослении под крылом Рико Мориямы состоящем из лезвий. Кевин проблемный, сломанный, агрессивный. Прямо как Аарон. Но он не признается в этом. Несмотря на это Аарон все ещё заинтересован. Потому что он может быть другим. Дэй не всегда мудак, как могли бы сказать многие, знающие его не по газетам. Кевин, жадный до мягких касаний, горячий, тающий от нежности, и по мнению Аарона прекрасный. Кевин объективно красивый. А Аарон страдающий. Он страдает от своей грубости. Он страдает от факта того, что в какой уже по счету раз оказался неправ. Даже сейчас, его головная боль разъедает его, опять же, заставляя страдать. Но он, кажется, заслуживает этого, потому что Аарон беспричинно посылает Ники. Он беспричинно причиняет боль Кейтлин. Он беспричинно огрызается со всем, с чем возможно. Он не гомофоб. Он гей. И Аарона это жутко бесит. Ещё его бесит то, что мысли опять текут и текут, нескончаемым бурлящим потоком. Аарон берет из-за спины Кевина бутылку с водкой, открывает, и пьет. Пьет и пьет, пока не остаётся на донышке. Он допил оставшуюся половину. Горло жжёт, на языке приятный привкус. Кевин медленно открывает глаза и смотрит на Аарона. Аарон в который раз отмечает про себя красоту зелены. Ещё Аарон слишком поэтично настроен при Кевине. И это тоже его бесит. Алкоголь где-то на задворках разума, вкусно покалывает в его вечно бурлящем мозгу. Кевин приподнимает уголки губ, искренне, но очень сонно и пьяно улыбается. Никто никогда не видел как Кевин Дэй улыбается. Никто кроме Аарона Миньярда. И, наверное, это единственная вещь, которая не бесит Аарона. Кевин медленно подается ближе, и так же медленно целует Аарона. На языках и губах обоих - алкоголь, возможно на дёснах Аарона остатки привкуса таблеток, но им все равно. Все равно что кто-то увидит, все равно что мысли вяжутся самыми корявыми спицами, все равно что за окном холодная осенняя ночь, ведь здесь и сейчас только мягкие, не размятые губы. Аарон ошибся. Его не бесят целых две вещи. Кевин накрывает ладонью щеку Аарона, и он теряется. Исчезает. Вот что ещё блаженнее чем мимолётный кайф от таблеток. Небытие, и только касания Кевина, которые вводят Аарона в транс, заставляют забыть, потеряться в удовольствии. Аарон Миньярд - наркоман. И его наркотик — это Кевин Дэй.